Адвокат Владимир Комлев. Выступление на конференции 13 июля 2019 г. "Российская адвокатура - от конфликта к диалогу"

Начинается с отметки 7 часов 57 минут 32 секунды.

"Спасибо большое, коллеги.

Очень благодарен Ивану Павлову, благодарен организаторам, Дмитрию Талантову и Андрею и всем, особенно мне очень понравилось, что говорила Каринна Акоповна, что мне, очень понравилось, сказал Тимур Удалов и коллега Юрий Костанов (2 речи - здесь и здесь, Т.Н.) и, в принципе, все сидящие в принципе адвокаты, которые, действительно, видно, что практически (неразборчиво) назрело.

Это назрело то, что у нас, получается, мы стали разобщены, получается, помимо того, что нам больше нужно открытость, то, что тезисы полностью одобряю. 

Тезисы, то, что нам нужна открытость, толерантность именно и плюс к тому, что, может быть, то, что диалог, может быть, не получится у нас с ФПА, конечно, говоря, но всё равно надо любыми путями идти для того, чтобы у нас был диалог и чтобы законодательные органы, в том числе Минюст, чтобы нас хотя бы услышали для того, чтобы … чтобы изменилось как-то, чтобы, у нас не было, практически говоря, сплошь и рядом нарушений прав адвокатов, вот. 

Практически можно сказать, что у нас в судах практически превратилось пос… позвонковое право, то есть, по сути говоря, в системе, в советской системе у нас сложилось, то есть, то же самое, что у нас практически … у нас судьи на судебных заседаниях просто сидят когда, например, допустим, подсудимый или, допустим, адвокаты сидят, например, что-то выступают, они просто спят.  Они не слушают, не хотят слушать даже нас, то есть, практически говоря, то есть, по сути говоря…

Голос из зала (неразборчиво)

По сути говоря, получается, что следствие, что про… судьи… судьи просто у нас по сути говоря получается нас не слышат и не видят.  Нас просто стат… ну, защи… ну, получается, адвокаты просто превратились в такую систему, что просто мы … эээ… нам… нужно явно это… консолидация, явно именно получается, чтобы мы консолидированы были, корпоративность и просто, чтобы защита была практически ежесекундно, например, чтобы мы могли пойти, например, я недавно выступ… вот, пришел, примерно такая же ситуация, просто коллега обратился, помоги, говорит, пожалуйста, у меня, говорит, сына по 318-й часть 2-я закрыли, я сам не могу, тяжело просто идти, помоги, пожалуйста, позащищай моего сына.

То есть, я с удовольствием бы даже, с удовольствием просто откликнулся, побежал просто защищать, просто по одной простой причине, что просто это касается у нас каждого.  То есть, по сути не то чтобы, допустим, что творится у нас в отношении адвокатов, то же самое, любого адвоката могут взять просто-напросто и все что угодно или какие-либо действия следственные провести просто.

То есть, у нас просто что ФПА, что вот органы, правоохранительные органы, нас не слышат, то есть, просто … что хотят, то и делают.  По сути говоря получается я считаю, что, может быть… то, что многие коллеги говорят, может быть, нам нужно постучаться, пойти, например, Дмитрию Талантову или Ивану Павлову, например, пойти и какой-то диалог построить, может быть, с Новаком.  Может быть.  Попробовать.  Было бы супер.

То, что ФПА нас не услышит, я думаю, это однозначно, потому что что касается поборов, взносов, которые, откровенно говоря, то есть по сути говоря у нас получается, действительно, коллега правильно сказал тут, не помню, кто, у нас такое ощущение, что у нас происходит, получается, работодатель, получается – адвокатская палата, получается, а мы работники.

То есть, по сути говоря, получается, так и есть.  То есть, по сути говоря, мы платим, а мы не знаем, за что платим.  По сути говоря получается вот такая система у нас сложилась, это неправильно, это совершенно просто ужасная.  Может быть, то, что нам просто, может быть, какую-то, ну, акцию какую-то сделать, чтобы нас хотя бы, может быть, зауважали судебная система и следствие просто зауважало, для того, чтобы как то чтобы изменилась как-то это ситуация.

Взять, например, акцию … не прийти, например, ну, хоть на одно, на двух заседаниях всем вместе, к примеру, тогда мы, действительно, нас как адвокатов просто зауважают и услышат, может быть, Федеральная палата услышит то, что, действительно, творится просто-напросто.  То, что дальше уже просто некуда, да.

И поддерживаю полностью Виталия Буркина, поддерживаю, в принципе, многих коллег, которые выступали, Екатерина Семина.  Действительно, нам нужно, это явно, объединяться, это явно, и то, что у нас творится сейчас в системе адвокатуры, получается, у нас оценка то, что сказал бы там… Чернов – «пять», я бы сказал, у нас не «пять», у нас, наверное, единица и даже меньше единицы, по сути говоря, потому что такое впечатление, что просто мы каждый сам за себя, это неправильно.

То есть, это не должно быть каждый сам за себя, мы должны быть друг за друга, а не каждый сам за себя, в нашей профессии.

Всё, в принципе."

Адвокат Тимур Идалов, Москва. Выступление на конференции 13 июля 2019 г. "Российская адвокатура - от конфликта к диалогу"

Начинается с отметки 7 часов 51 минута 19 секунд.

"Добрый день, коллеги.  

Московский филиал «Право», коллегия адвокатов «Низам».  

Идалов Тимур Магомедович. 

"Всё, что необходимо – всё уже было сказано коллегами.  Вместе с тем хотел бы обратить некоторые моменты.  Я считаю, что … без Федеральной палаты адвокатов изменения Федерального закона об адвокатуре, в частности, по срокам ответов на адвокатские запросы, которые составляют месяц…  Месяц – это огромный срок.  Федеральный, вот, закон, который издан, закон, ответ на адвокатский запрос в течение одного месяца.  Месяц – это огромный срок.

Сроки ответов на запросы следователя, судЕй, сУдей, составляет очень короткие сроки, трое – десять суток.  Это недопустимо. 

Что касается, вот, Иван Павлов, коллега, уважаемый мной человек, позиция его мне понятна, близка.  Хотел бы обратить, вот, заметить …на корпоративную поддержку.  Когда в прошлом году мы Рахматов… мы уча… принимали участие в рассмотрении уголовного дела в отношении Гаджиева, который был обвинен в терроризме, фактически дело было сфабриковано сотрудниками ФСБ, он был запытан до полусмерти.  И когда меня исключили из процесса, вот сидит, который … Комлев Владимир, он принимал участие по назначению, ФСБ, точнее, суда, Московского городского военного суда, он продолжил защиту в кавычках интересов Гаджиева, по назначению суда, а я был изолирован, я был привлечен к административной ответственности за управление транспортным средством лицом, лишенным водительских прав, притом, что водитель  был за рулем, а я находился рядом.

Никаких аудио-, видеозаписей представлено суду не было.  Но это уже другая ситуация.

И хотел бы обратить в контексте этого про корпоративную поддержку.  Сегодня приходила сюда адвокат Сахиева Сюзанна, которая, видя запытанного до полусмерти Гаджиева, прошла, сказала подписать вот здесь, вот здесь, и человек, который был подвергнут пыткам, подписал признательные показания, которые легли в основу 17-летнего приговора.  Это чудовищно.  Это страшно.

И то, что говорит – это вот Чернов, по 10-балльной шкале оценивать адвокатуру, я считаю, что адвокатура спустила ниже плинтуса, уважения к адвокатуре нет никакого. 

И если мы ничего не будем делать, так и будет продолжаться.  ФПА ничего не надо.  Руководству адвокатуры ничего не надо.  У них всё есть.  А нам только нужно защищать людей, а какая защита в судах и какое у нас правосудие, мы тоже все хорошо знаем. 

И, уважаемые коллеги!  Я бы хотел еще обратить внимание то (sic), что, вот, в пятницу я был в Бутырке, в Бутырке, в СИЗО-2, все… всем известное.  Так вот, в Бутырке я ожидал живую очередь  5-6, на 6-м часу мне сказали – нет очереди.  Нет свободных кабинетов.  Притом, что, выйдя, один коллега наш сказал – 22 кабинета было свободно в Бутырке.  Просто запретили зайти в Бутырку. 

Это проблема не одного адвоката, а, там Иванова, Петрова, Сидорова, Идалова.  Это проблема наша общая.  Почему мы должны доверять надзирателям, вот такое произвольное, вот, решение?  «Нет кабинетов».  Это неправильно, этого быть не должно.  И посмотрите, уважаемые коллеги, в каких условиях ожидают очереди следователи, судьи, в Бутырке, в частности.  И какие, каковы ужасные условия ожидания многочасового… И если они относятся к адвокатам, к следователям так, надзиратели, то какое отношение будет к заключенному?  Который находится у них в руках? 

Это ситуация неправильная, без … без поддержки Федеральной палаты адвокатов, к сожалению, мы многое … мы мало чего изменим.  К сожалению, это так.  И, в принципе, вот, хотелось бы, конечно, многое сказать, но, учитывая короткий промежуток времени, я считаю, что нам нужно, действительно, быть вместе, вместе идти вперед и вместе реагировать и если коэффициент, как, вот, сказала, вот, коллега, коэффициент полезного действия.

Я считаю, что нам нужно идти вперед, добиваться совершенствования законодательства, совершенствования …мы не можем пройти … в Верховный суд по удостоверениям, а туда приходят по удостоверениям сотрудники ФСБ, прокуратуры и других органов правоохранительных нашего общества приходят туда, а адвокат не может по удостоверению прийти туда, другие могут. 

Да, вопросов много, проблем много, поэтому нам нужно част… чаще встречаться, чаще разговаривать, идти вперед. 

Спасибо, у меня всё."

Адвокат Амгалан Балданцэрэн, Москва. Выступление на конференции 13 июля 2019 г. "Российская адвокатура - от конфликта к диалогу"

Начинается с отметки 7 часов 44 минуты 50 секунд.

"Здравствуйте, коллеги.

Адвокатский кабинет города Москвы. 

Значит, чтобы не повторяться, я постараюсь коротко.  Я считаю, что вот всё, о чем мы сегодня говорили, вот, в каждую региональную палату, на конференцию, будь то это конференция малочисленных адвокатских образований, или ежегодная конференция адвокатов – это позицию надо до-но-сить, до-но-сить, до-но-сить, каждый год, говорить, вырываться на трибуну, быть там осмеянным, ну, и так далее, обруганным, но это доносить, то есть, другую позицию доносить, что не всё хорошо, и есть проблемы, и есть конфликт, и есть раскол.

Вот, то есть, и тогда будет диалог, а так это будет, знаете, игра в одни ворота, никто не будет слушать и никто сюда ходить не будет.

И, значит, по поводу того, что, вот, якобы, значит, поменять, там, Юмадилова на Буркина, там, Буркина на Талантова, Талантова на Иванова, и так далее, то есть как бы якобы идет какая-то грызня за, вот, власть, там, и так далее, и что по сути система не меняется.

Это – не-прав-да.  Это неправда.

Вот.  И если уж говорить без ложной скромности, каждый адвокат должен быть готов в критическую минуту возглавить адвокатуру.  Каж-дый.  Иначе это за нас сделают, за нас изберут, за нас проголосуют и за нас скажут, и опять нас не спросят.

И тогда мы опять будем удивляться – а что мы делали, там, 17 лет назад, 20 лет назад и так далее.

Вот, мне кажется, что никакой ложной скромности в том, чтобы быть избранным в… в… президенты адвокатов, да?  Любому, вне зависимости от стажа адвокатской деятельности, от опыта, от политических и прочих, там, взглядов, да?  У каждого адвоката это право есть.

И ложной скромности – что, вот, я не хочу власти, я не хочу управлять, ни у кого быть не-долж-но.

Иначе это не самоуправление.  А самоуправление под… предполагает именно это, готовность каждого взять власть в свои руки, управлять этим сообществом, нести ответственность перед этим сообществом, быть открытым, транспарентным, подотчетным. 

И когда говорят, что, якобы, оппозиция от адвокатуры не имеет программы, это неправда.  Она есть, и она сформулирована в 3х этих … взрывоопасных словах, которые, вот, не хочет слышать ни ФПА, ни региональные палаты.  Еще раз повторяю – транспарентность, подотчетность, открытость. 

Как только они будут реализованы, не на словах, не понарошку, не каким-то там… ротациями, прочим, не какими-то разговорами, забалтыванием, что всё замечательно, есть какие-то мелкие шероховатости.  Вот когда это будет реализовано по-настоящему – вот тогда произойдет настоящая … реформация адвокатуры, демократизация.  Вот тогда можно будет о чем-то говорить.

Далее.  Значит, ну, исходя из как бы, значит … ну, немножко я буду сбиваться, потому что хочется всё-таки, да, многое сказать.  Вот, насчет примата, значит, Кодекса профессиональной этики адвоката, да, я увидела.  Вообще, конечно, вот это вот… Я считаю, что это безобразие (смеется), полное (показывает копию резолюции).  Это не русский язык Пушкина, это, ну, не знаю, да?  Вот, ну, кто-то, наверное, так, вот, изъясняется.  Это очень трудно, правда, вот, удобоваримо, и под каждым, ну, словом, будет каждый понимать что-то своё.

То есть, это недействительно, не документ, который … ну, как бы для обсуждения и для подписи, потому что каждый, подписывая это, тоже будет предполагать своё что-то.  Вот. 

Ну, тут есть, правда, вот этот вот пункт, «Примат норм профессиональной этики», да?  Я скажу так, что вот… ну, я, кроме того, что я юрист, я еще и ориенталист, востоковед, да?  И я скажу, что вот это, спор о примате этики или права, там, этики и морали и так далее – он еще шел в 6-м веке до нашей эры.  И он шел устами Конфуция.  Поэтому говорить о том, что, вот, примат, ну, этика – это этика, а право – это право.  Вот.

Значит, изменения законодательства на чрезвычайном съезде адвокатов России прямым, тайным голосованием всех адвокатов России.  Я это предлагала – ну, зимой.  Меня посчитали сумасшедшей.  Ну, вот, чрезвычайный съезд состоялся, но не всех адвокатов России, а в Башкортостане, да?  То есть, вот, всё как бы идет, вот … наоборот.  Вот.

Не согласна с мнением вице-президента, значит, гильдии российских адвокатов, что руководить могут облеченные только авторитетом, опытом, известностью, выигрышными делами и так далее.  Я уже говорила.  Потому что это полностью подрывает принцип равноправия адвокатов.  Вот.

Неправда, что у оппозиционеров нет программы, я уже сказала, что она состоит их трех пунктов, да?  Обозначенных. 

Ну, вот, собственно, наверное, вот, как я вижу, да?  Какие сегодня есть проблемы в адвокатуре."

Адвокат Артур Воробьев, Москва. Выступление на конференции 13 июля 2019 г. "Российская адвокатура - от конфликта к диалогу"

Все выступления на конференции я размещала до сих пор без комментариев, комментарии будут потом, отдельными статьями.

Для этого выступления сделаю исключения.

Из текста выступления и вида выступающего вполне очевидно, что он выступал пьяный вдрызг.

Там, где в стенограмме "язык заплетается, неразборчиво", на самом деле непередаваемая фонетическая феерия, не пропустите, послушайте и посмотрите сами.

А уж сопровождающие феерию жесты...

Выступление начинается в опубликованной "Голосом адвоката" видео конференции 

на отметке 7 часов 34 минуты 47 секунд.  Судя по цвету лица и речи некоторых других выступавших, а также некоторых членов президиума той же сессии, Артур Воробьев был в своих исследованиях звездочек не один.

Вообще, конечно, непонятно, как модератор Андрей Рагулин мог допустить до выступления человека, допившегося к моменту выступления до положения риз, с глазами не просто налитыми, а уже практически закрывающимися.  Практически под стол падал оратор.  

Адвокатская "этика", или, скорее, ложное ее понимание, не позволили снять с эфира пьяного вдребодан "коллегу", выступление которого само по себе было из ряда вон выходящим актом неуважения к коллегам и аудитории, смотрящей и слушающей конференцию по Интернету?

"Престиж адвокатуры" такие выступления, да еще и транслируемые в прямом эфире и потом выкладываемые в публичный доступ для всеобщего обозрения, точно не поднимают.  Конечно, если под престижем понимать, что адвокат - он "от народа", "пьет, как и все", то, конечно...

Могу себе представить, если этот адвокат такой же пьяной скороязыкозаплеталкой "защищает" людей в суде.  Как можно держать такого в адвокатуре?  Как можно доверять ему судьбы людей?

Лектор, приглашаемый в Московскую областную палату лично Дмитрием Галогановым читать лекции по повышению квалификации адвокатов, за адвокатские взносы, поздравляю адвокатов этой палаты сердечно.

Пыталась передать фонетически во всей красе, что уж поняла из этого потока сознания.

======

"Да ладно просто, там тезис, да?  В потаённости творятся только неправедные дела, поэтому об открытости – вот этот принцип, который посмотреть…

Я когда Ивана пытался остановить, там кричал, да, что, там, вот если так всё уже сказали, не о чем говорить. 

По сравнению с первой конференцией, когда… тогда все хотели просто выговориться, я даже написал в это…  Ну, все выговорились.  Надо по-другому теперь вести, вот, как сейчас.  Да?  Андрей, да? Андрей, я к тебе (заплетающимся языком, неразборчиво), да, Андрей?

И как принимается решение.

Вот сейчас я тоже сконинг (sic), тоже, ткскзть, писучий такой (смеется), да?  В жизни.

Вот сейчас можно же как (берет себя за лацканы пиджака) сделать, Андрей… Андрей…  Если взять все выступления, и убрать, вот, кто что говорил, да?  То получится, вообще, единая, мощная, хорошая монография об адвокатуре.  Ну, вот чуть (язык заплетается, неразборчиво).  Вот… И, кстати, об этом тоже надо подумать, как это всё…., ну, напечатать.  Ну а чо, потому что просто замечательно, можно просто переструктуризировать выступающие еще что-то.

Когда я (язык заплетается, неразборчиво), Иван, сказал что-то, почему я пытался крикнуть, ну, хотел против, да?  Ну, я имел в виду, что как раз не уподобляться другим решениям эмоциональным.  Отличные вот эти …эээ… тезисы.  Правильные, еще там что-то, всё.  Но я хотел просто (язык заплетается, неразборчиво), проголосовать за то же самое через 20 минут.

Ну, сейчас мы немножко поговорим.  Скорее всего, за то же самое проголосуем.  Но через 20 минут все-таки мы немножко успокоимся, немножко подумаем, может быть, чуть-чуть (делает жест в сторону своей головы) в себе улажимся … (sic), но вот здесь дал резолюцию мне Андрей, ну, это самое, ну, мы сначала там (язык заплетается, неразборчиво), я сидел-сидел писал, целый час двадцать шт… и написал (показывает, как писал), что письменно.  Андрею принес, говорю, вот так я вижу эту резолюцию.

Почему я отдал ему заранее?  Я говорю – я грю, ну ты пока почитай, подумай, ну, вот, и что-то потом обсудить.  Вот смысл.

Теперь (радостно улыбается) здесь всё отлично говорят, всё прально, только вот… ммм… о чем я говорю, здесь говорят все о больном, но я говорю, да, тоже о больном, всю жизнь на эт положил.

Все всё знают адвокаты, всё хорошо, но только с адвокатом невыносимо разговаривать.  С ним на любую тему – он начинает сыпать враз всякими параграфами и зразными (sic) законами.  У него какое-то нервотимный акт (хотел сказать «нормативный», но язык заплелся) – ни логики, ни смысла, ни принципов.  В большинстве случаев это отсебятина.  Отсебятина – это значит нет базы, нету основы, нет принципов, всё что-то… (берет себя за лацканы пиджака).

Ну, скажем, ФПА там еще что-то у них… У них там есть полтора человека, которые знают принципы и правила.  И они этим вот пользуются.  То есть, с чего там началась (sic) 32?  Ааа… Ааа… Или вот эта резолюция которая… Там принцип какой?  Не зови волков против собак.  Ну вот эт вот вся эта резолюция (показывает руками большой круглый предмет) написана.  Тость (то есть) они (язык заплетается, неразборчиво) собак-то вы победите, а волки останутся.  И вместо того, чтобы (водит руками) … тридцати двум сейчас скажем мы все 32, да?  Сказать – какие, это кто это собаки?  Это вы-то собаки?  Нееет.  Вы волки.  Мы позвали волков против собак, пусть две стаи (бьет костяшками кулаков друг об друга) еще что-то.  То ли сговоритесь (продолжает бить костяшками), то ли не сговоритесь, еще что-то.

Вот это принцип должен быть.

А пошли адвокаты, ну, эт поначалу, сейчас-то уже чуть-чуть стала меняться ситуация, да, ну по… ну как-только это появилось, пошли по нормативным ак…, всякими параграфами из разных законов.  Сейчас страшная вещь, да, скубарёв (передано фонетически).  А это зыбкая почва – закон, ну, нормативный акт, зыбкая.  Конституция потому что у нормативного акта (язык заплетается, неразборчиво) есть основания, причины, повод.  Те принципами, правилами, логикой (показывает руками), а мы здесь (делает руками синхронное бросательное движение)  – статёйка, статёйка.  Ну, мы ж тоже статейки в законах все пишем, еще что-то.

Вот теперь по судебными решениями, да, мы знаем, как сейчас выносятся судебные решение последние… последние несколько лет судьи пишут.  Начинается с Конституции (закладывает один палец), европей… а, нет… Конституция, законы, постановления Конституционного суда – это они все перечисляют (показывает руками большой список) в начале судебного решения, да?

Постановления Верховного суда – ну и конечно, Европейский суд по правам чка – а куда же без него-то у нас?  Все по него (sic).  Потом вся логика неле… рассуждения – это выдержки из разных законов, статья такая, (неразборчиво) такой-такой-такой-такой-то, полтора, ну, два или три абзаца – там, ну, за жизнь, ну там, о чем проблема-то, собственно (вращает, потом трясет руками) была (язык заплетается, неразборчиво), и (пишет рукой в воздухе) решил – приговорить, решил и всё.  Адвокат начинает возмущаться.  Как же так!  Ни логики (возмущенно пожимает плечами, разводит руками), ничего, недокон… статьи все перечислят еще что-то… А потом адвокату уже начинаю говорить – слушай, дорогой товарищ, а ты-то подсмотри (sic), чо ты написал?  В ходатайстве, в иске, в возражении там иск (sic) или еще что-то?  Ты что?  У него на пять страниц… на пяти страницах (активно «пишет» одной рукой на ладони другой) написано, в соответствии со статьей такой-такой-такой-то, согласно (перечисляет на пальцах) такой-такой-такой… А где, собственно, право-то?  (Язык заплетается, неразборчиво).  То есть, нету. 

Мы очень влияем на суды.  Они научились  Если (делает руками движения, как будто что-то раздает) вот те закон, вот закон, для Европейского суда научились, всё по статье и (язык заплетается, неразборчиво). 

Теперь о чем я говорю что.

Есть ко… Кодекс об этике.  Это … этика вообще – философская наука.  В адвокатуре, конечно, есть несколько человек, с кем я могу поговорить на эти фило… по этим философским вопросам.  Но это несколько человек!  И вот это прикрытие , оно совершенно ложное.  Но есть правила адвокатской профессии.  Это то, что там пишут резолюции, стандартики и всё что-то, не убей, не укради, еще что-то.

И нам выдают все, особенно в ФП… в Федеральной палаты (sic) и в другие Советы вот эти тезисы, вот эти… а как я грю… афоризмы.  Ну, есть сборник аферизмов (sic) – ну, это забавно читать, приятно читать, на каждый случай жизни там, да?  (Поправляет лацканы пиджака обеими руками)  Но изучать надо – это, кстати, Дмитрий Николаевич (жест в сторону президиума), да, вот это (язык заплетается, неразборчиво) на Вас – есть повышение квалификации вот это адвокатов, ну да, правильно повышать.  Чтобы квалификация была, ее надо, чтобы оставаться на месте (делает плавательные круговые движения руками), то надо очень быстро бежать вперед (показывает руками движения бегуна), вперед, да, тоже … принцип, тезис (поправляет двумя руками лацканы пиджака).

Всё.  Все известные вещи.  Но что кое (sic) квалификация?  Слово квфикация озчает (sic) готовность, зчит, готовность оказывать юридическую помощь.  Видите, я избегаю слова «квалифицированная»?  Оказывать помощь.  Вот сейчас адвокатура оказалась (делает жест двумя руками и корпусом) не готовой оказывать помощь.  В своей массе (показывает массу руками).  В своем поведении (показывает руками виляющее поведение).  И вот если повышать вот эту готовность бесконечную, то и надо изучать правила адвокатской профессии – не те вот эти, ну… тезисы, а самоё (показывает руками) аргументацию, самою аргументацию (sic).  Вот что внутр…

Вот недавно Московская палата приняла (поправляет двумя руками лацканы пиджака) там, очередное (водит руками в воздухе перед собой) разъяснение, как заключать соглашения в пользу третьего лица, там (показывает руками) еще что-то.  Ну, вроде бы что-то написано.  Но надо посмотреть – а правильно ли, или … эээ… всё это аргументировано?  Доказано?  Может быть, произошла так называемая подмена тезиса, хотели доказывать одно, а доказали другое, на самом деле, написали одно, а фактически доказали другое.

Я уж не говорю о том, что я просто последнее, что помню (поправляет двумя руками лацканы пиджака), там есть пара слов – ну просто опасные, просто вредные.  Просто вот это …б… ну… ск… написано на АПК, хотя по стилю-то я вижу, кто это писал, ну, хотя писал это там мы индуцируем же, ну, с кем общаемся, да?  Обычно также и говорим эти… манерки… Вот основа основ – вот это правило адвокатской профессии.  Не как сейчас вот это повышение квалификации – приходят и рассказывают адвокатские байки вообще.

Ну, я вот 5 лет, а в обвла (не может выговорить)… в областной (грозит пальцем и смеется) палате читал лекции, называется, Карин, «Коллизионная защита», Борис Фатыхыча (фонетическая передача) вот это, да, вот это… «Коллизионная защита», каждый раз по 4 часа там, да?  Вот это.  То есть, меня областная палата (поднимает руку вверх с радостной улыбкой), Галоганов, зовет (делает рукой приглашающий жест), а в московскую (поворачивается всем корпусом вбок и показывает двумя руками) никто не зовет, да? (Поправляет двумя руками лацканы пиджака)

Я там … я там пытался даже … я, право слово, ничего не говорю, и Галоганову и еще говорю – надо правило прям специальное, лекция «Правила адвокатской профессии», кое-как я это сделал, один раз дали такую лекцию прочитать, потом (делает закрывающий жест руками) всё это закрыли и всё.   О философии стали говорить – сейчас, я заканчиваю.   Вот я грю, хоть вы начните говорить (призывный жест рукой).  Хоть вы начните (призывный жест двумя руками) учить.  И есть правила адвокатской профессии, аргументация, да? 

Это самое важное – адвокаты и политика.  Вот сейчас несколько раз (смеется и указывает пальцем в зал), да, и к тебе тоже хорошо обращаюсь, да, да, да, (реагирует на голоса из зала) и Ксан Пе… нет, нет, нет (поправляет двумя руками лацканы пиджака)… есть высказывания которые адвокатские перескакивают на некие политические изъявления, и-деологические (показывает руками перескакивание), правые-левые (показывает руками), бесконечные Берия, еще там что-то, портреты, а есть аргументация, что адвокаты, особенно таки св… не должны туда лезть.

Ни национальный вопрос, ни тот, ни этот, ни этот, ни этот, ни тот (считает на пальцах).  А к… откуда, вы же только что сказали – а вдруг кто-то не так мыслит, а вдруг кто-то не так мышли…  другого… мало ли какого мировоззрение там?  Там, еще там что-то.  Это конец.  Вот всё на нет будет сведено.  Вот это п… вот это правило надо изучать, но это очень тяжело (мотает головой), это (дотрагивается до лба) в глв… Я пока всё, потом дальше поговорю."

Адвокат Иван Павлов, Санкт-Петербург, президент и основатель "Пражского клуба". 2-е выступление на конференции 13 июля 2019 г. "Российская адвокатура - от конфликта к диалогу"

Начинается с отметки 7 часов 29 минут 22 секунды.

Стенограмма первого выступления адвоката Ивана Павлова здесь.

"Друзья!

Вообще, честно говоря, здесь собрались адвокаты – это сразу видно, потому что, ну, вот такое разнообразие мнений, вроде как единомышленники, а мнений все равно много. 

Дмитрий (смотрит на Талантова в президиуме), вот ты единственный был на съезде из нас, там также было, такое же разнообразие мнений?

Талантов:  Ну, мне здесь крикнули «иди работай в милицию»

Павлов:  закрой пасть

Талантов:  закрой пасть – это, да, да, да.  Там было более монолитное, единое сообщество, я думаю переходить туда. 

Павлов: Вот!  Вот!  Коллеги, я вам расскажу сейчас, для того, чтобы разрядить, один маленький анекдот.  Ну, председатель одного суда понял, что у него нет судей для того, чтобы рассмотреть один простой спор, вызвал старенького судью из отставки, значит, ну, для того, чтобы, вот, он рассмотрел.  Приходит старичок и говорит – как, слушай, я всё забыл.

Ничего, говорит.  Мы тебе дадим молодого помощника, смышленого, он тебе всё поможет.  Ну, ладно.

Ну, сел рассматривать дело.  Выступает одна сторона – он говорит:  «О, ты прав».  Помощник ему – «Нет!  Ваша честь, так нельзя, надо выслушать вторую сторону».  Он говорит – «ну, ладно, давайте, выступайте, вторая сторона».  Вторая сторона выступила – он говорит:  «О, ты прав!»  Помощник опять – «Ваша честь, так нельзя!  Надо теперь как-то вот решить, кто из них прав».  Говорит – «О, ты тоже прав». 

Вот, послуша… прочтешь резолюцию – ну, вроде как нормальные слова написаны, да? 

Послушаешь коллег – и критика вроде бы правильная, да?  Давайте посмотрим – а что нас объединяет?  Вот мы с Каринной здесь сели, да, накидали 3 пункта.  Мне кажется, вот именно эти 3 пункта – ну, возр… никто против них не возразит, хотя это наша с Каринной как бы такая вот… такое наше предположение. 

Вот первый пункт.  «Обеспечить всех преследуемых адвокатов корпоративной защитой» (кивает головой, аплодисменты).  Поднимите, пожалуйста, руки, кто против.

Голос с места (неразборчиво)

Не надо!  Вот, всех, всех преследуемых – трактуйте, как хотите.

Второе.  Второе.  Обеспечить прозрачность и подотчетность деятельности всех органов корпоративного управления.  (Аплодисменты)

Есть кто-нибудь против? 

И третий пункт.  Обеспечить сменяемость путем реализации возможности выдвижения и самовыдвижения рядовыми членами корпорации во все органы корпоративного управления – это можно сейчас реализовать, даже не надо (кричит) никакого закона менять.  (Аплодисменты)

Есть кто-нибудь здесь, в этом зале, кто против? 

Коллеги!

Три пункта.  Они просты, ну, как штаны пожарника.  Понимаете?  Давайте их, ну, я не знаю, проголос… можно проголосовать всей … я не… можно… как, как вы хотите проголосовать? 

Голос с места:  Вот так хотим

Вот так хотите проголосовать? 

(Размахивает руками и кричит) Поднимите руки, кто за!

Покажите, пожалуйста, камеру направьте на этот зал!

Ладно.  Опустите руки, пожалуйста, кто «за».

Поднимите руки, кто «против».

Голос из зала:  против чего?  (смех)

А вот нельзя выходить из зала.  Против нет!  (в зале видна поднятая рука «против») Поднимите руки, кто воздержался.  (Кто-то встает с поднятой рукой)  Спасибо, коллеги!  Спасибо!"

Адвокат Александр Пиховкин, Москва. 2-е выступление на конференции 13 июля 2019 г. "Российская адвокатура - от конфликта к диалогу"

Начинается с отметки 7 часов 22 минуты 35 секунд.


Стенограмма первого выступления адвоката Александра Пиховкина здесь.

"Уважаемые коллеги!

У меня несколько слов, буквально.

В связи с услышанным.  Здесь стало модно приводить в пример психологические эксперименты.

Был такой эксперимент в 1973-м году, Дэниэл Бастон и Джон Барли провели эксперимент, который называется условно «о добром самаритянине».  Притча о добром самаритянине – это притча о том, кто помог несчастному, который требовал … который нуждался в помощи и помог ему бескорыстно.

Был поставлен эксперимент соответствующий.  Семинаристам … семинаристов разделили на 2 группы, одним сказали, что … одним рассказали притчу про доброго самаритянина и попросили рассказать проповедь по услышанному в соседнем кампусе, другим рассказывали о преимуществах лучших способов устройства на работу и также попросили прийти в соседний кампус.

По дороге… Некоторым из них … некоторых из них, в той и в другой группе, попросили прибыть как можно скорее.  По дороге из кампуса в кампус лежало тело, лежал человек, который по… своим видом требовал помощи.

Собственно, вопрос о том, на… был, сколько людей … значит, из одной группы и из второй группы… эту помощь оказал бы.  Оказало в среднем из обеих групп по 10% человек, по 10%, и, естественно, меньше всего их оказали люди, которым прибыть как можно скорее.

Это говорит о том, интерпретировали результаты опыта психологи, что мы, во-первых, комформны, а, во-вторых, цепляемся за любую возможность не выйти из этой зоны конформности и комфорта, пройти мимо.

И это главная проблема.  Не ФПА – главная проблема активной части адвоката.  Проблема… главная проблема адвокатов – это вот эта самая инертность и комфортность.  Мы в большинстве своем – диванная армия или фейсбучная армия, которая знает, как, которая может задолбать советами, но которая никогда не сорвет свою известную точку, не придет и не сделает что-то.

Значит, я хотел бы еще вот на каком моменте остановиться.  Уважаемый коллега Рустэм Чернов (sic) сообщил, что положение адвокатов можно оценить на «пятёрочку» по 10-балльной шкале, и здесь я вынужден с ним согласиться.

Адвокат Маркин получил 3 года за адвокатскую деятельность, адвокат Загорский получил 7 и 8 лет за адвокатскую деятельность, среднее арифметическое – это 5. (Аплодисменты)

Значит, реально же мы чувствуем себя на 0,16% по 100-балльной шкале.  Это процент наших оправдательных приговор, это наш коэффициент полезного действия, это то, что мы реально заслужили.  (Аплодисменты)

Значит, следующее, что я хотел сказать.  Мой друг Александр Мелешко выступал, с совершенно правильной позицией, задал 3 важных вопроса, как Чернышевский, только еще лучше. 

Значит, обращение 32-х.  Законно ли оно?  Да.  Морально ли оно?  Ну, да.  Разумно ли оно?  Нет.  Я полностью согласен с двумя первыми ответами и вынужден не согласиться с последним, именно потому, что … по причине, по которой я рассказал опыт с притчей с самаритянином.  Мы должны понуждать себя к правильным действиям, к участию в разумном и к неучастию в подлости.

Значит, тем не менее, тем не менее.  Существует вот эта самая известная проблема, и мы не должны, ни на этой конференции, ни вообще в нашей деятельности превращаться, там, называть свои встречи «Адвокатура: от конфликта к конфликту», да?

Мы не зря назвались как «Адвокатура: от конфликта к диалогу».  Диалог нам необходим.  Без диалога мы перестанем существовать как общность.  Мы разделимся на 2 маленьких враждующих лагеря, между нами будет огромная масса неопределившихся адвокатов, и мы останемся ни с чем.  Обе стороны будут у разбитого корыта.

Поэтому диалог, я считаю, необходим, и мы должны действовать с оглядкой на вот эту большую неактивную массу, во-первых, во-вторых, на… с оглядкой и с … пониманием необходимости диалога с ФПА.  Это необходимо учитывать, и мы должны предлагать позитивную повестку. 

Позитивной повестки не так мало тоже может быть.  Это, во-первых, повышение… появление, скорее, появление внутрикорпоративного контроля деятельности органов самоуправления, внутрикорпоративный аудит и изменение выборов, процедуры выборов, в той части, которая регулируется не законом, а которая регулируется на уровне положений Советов.  Это огромная часть и огромная масса точки приложения усилий.

Значит, последнее, что я хотел бы сказать – это, собственно, о том, что диалог путем оскорблений и ультиматумов – это всегда путь в никуда, это монологическая речь.  Монологическая речь – это в большой степени признак психического нездоровья.  Поэтому – будьте здоровы.

Спасибо."

Адвокат Камиль Бабасов, Дагестан. Выступление на конференции 13 июля 2019 г. "Российская адвокатура - от конфликта к диалогу"

Начинается с отметки 7 часов 12 минут 25 секунд.

"Добрый день, коллеги.

Я хотел бы сказать о следующем.  Тема сегодняшней конференции называлась «от конфликта к диалогу».  Вот все-таки как-то яростно получилась первая часть с конфликтом, вопрос с диалогом как-то немножко грустно пошел, как мне показалось, да?

Вот резолюция, которая предлагается для рассмотрения и подписания, на самом деле совершенно невозможный к прочтению документ, вот если мне прислали бы такой документ, я вот даже читать не стал бы, честно скажу.

Потому что начинаешь читать, вот, ну, невозможно эти 4 листа осилить вот в том виде, в котором оно написано. 

Я бы предлагал как-то упростить предложение. 

Суть в чем?  Ведь, если мы такое предложим – и там не будут читать.  Вот, наивно полагать, что там кто-то сядет и начнет этот… вот этот текст читать.  Никто не прочтет его. 

Я до прихода в адвокатуру – я на самом деле молодой адвокат, да?  Был чиновником и Ивана Павлова помню еще, когда в 2003-м году он приходил в Минэкономразвития к нам с идеями «Открытой России».  Замечательные идеи, мы никогда…

Голоса с места (неразборчиво)

Открытой.  Ну, «открытости», извини, пожалуйста.  Нет, ну вот, вопрос открытости информации, да, мы всячески вот в этой части его поддерживали, пытались создавать информационные порталы.  Вот, в данном случае, как мне видится, предложение, которое могло бы для ФПА первым зв… первым, скажем так, базой для того, чтобы был вопрос диалога – это настаивать на том, чтобы ФПА и палаты в регионах создали информационный, единый, электронную систему, потратили деньги на создание портала.

Чтобы у каждого адвоката была возможность зайти на этот портал и голосовать по всем вопросам.

И, поверьте, постепенно, постепенно по всем вопросам мы сократим количество вопросов, которые находятся в ведении Советов и всё, как вот швейцарцы – могут же люди, каждую неделю проводят референдумы, могут вот люди спокойно по всем вопросам своим сами решать, никаких проблем.

Вот если техническая база будет, если мы обратимся с одним предложением сделать – сделайте, пожалуйста, информационный портал, это возможно принять, с той стороны услышат, поймут.  А вот прийти и сказать: вот вы все такие демоны, а мы все собрались такие, знаете, д’артаньяны в белых плащах – ну, так не бывает.  Они тоже люди, с той стороны тоже люди.  Нельзя о них говорить как о каких-то, знаете, исчадиях, которые, там… Вот, несмотря на то, что сегодня во всем виноваты монголы, но всё равно так не работает в жизни, ну, что вы так.

Поэтому я предлагаю сократить и предложить, вот, какой-нибудь действующий механизм.  Создайте базу, и потом потихонечку нарастет, не произойдет революции.

Зачем вот это вот, враскоряку ставить сообщество?  Так не работает, так в жизни не может быть, вот, я был чиновником, но так не будет.  Потихонечку придет, но не вот так.

Спасибо большое."