Доступ к правосудию в США - и не только: May 2026

Размещаю ИИ-перевод меморандума права в американском суде против заявки о санкциях против автора как журналиста, отстаивающего в суде свои права как журналиста. Перевод сделан ИИ с аннотацией для российских юристов и со сносками с переводом терминов.

Времени на проверку перевода у меня нет, помещаю как есть, т.к. есть срочность в распространении этой информации в связи с грозящими репрессиями.

Возможно, россиянам и российским юристам будет интересно прочесть этот реальный документ, построенный на реальных событиях, чтобы слетел некий розовый флёр о Первой поправке и ее применении в США - а также вообще о справедливости правосудия в США.

Этот меморандум вынужденный. У автора - тяжелая инвалидность, у ее мужа - тоже. Автор - журналист-блоггер, критически описывающий действия местных властей в графстве Делавэр штата Нью-Йорк, где автор и ее супруг владеют недвижимостью и платят налоги с этой недвижимости.

В январе 2026 года местные власти ввели сбор на просмотр публичных документов, включая титульных документов и актов о продаже недвижимости, а также некоторых судебных документов. До введения этого сбора автор, вооружившись своей профессиональной подготовкой в МЭСИ, вела журналистское и статистическое расследование о коррупции в недооценке налоговой базы недвижимости для отдельных состоятельных владельцев недвижимости в графстве.

Автор объяснила акторам графства свою задачу и попросила снять платежный барьер, акторы отказались, автор подала иск, акторы пытаются добиться против автора санкций и лишения доступа к суду, используя против автора ее статус адвоката со временно отозванной лицензией.

Данный меморандум - экстраординарный ответ на экстраординарное ходатайство правительства. Длина этого меморандума необычна. Обычно такие меморандумы гораздо (в разы) короче. Автор рискует при подаче меморандума подобной длины, но рискует еще больше, если автора подвергнут квази-уголовному наказанию, запрашиваемому правительством против автора как журналиста - и если автор НЕ отразит всю полноту своей аргументации до того, как это случится.

Обработка документов для данного меморандума велась ИИ с последующей сверкой автора. Протоколы допросов, обработанные ИИ, составляют сотни страниц. Автор сама бы не справилась.

Аннотация для российских юристов подготовлена ИИ.

Предисловие и аннотация для российских юристов

Настоящий документ представляет собой процессуальный меморандум, поданный Татьяной Нерони самостоятельно, без адвоката, в Верховный суд штата Нью-Йорк по делу Neroni et al. v. Gransbury et al., EF2026-101.

Для российского юриста данный документ представляет интерес не как обычный процессуальный текст, а как крайне редкий пример современного американского конституционного судебного спора, находящегося на пересечении свободы слова, свободы прессы, регулирования адвокатской деятельности, подачи государственными акторами ходатайства о санкциях за предположительное злоупотребление судебным процессом (наверняка знакомая для российских юристов практика), права доступа к суду и электронным судебным материалам, а также вопросов использования процессуальных механизмов для подавления критики государственных структур.

Документ необычен уже потому, что написан не адвокатом стороны, а самим участником процесса, адвокатом с приостановленной лицензией, но являющейся, тем не менее, признанной федеральным апелляционным судом экспертом по конституционному праву США (включая по 1-й поправке, свобода слова и прессы). В американской правовой системе самостоятельное ведение дела («pro se») допускается значительно шире, чем в российской практике, особенно в делах, связанных с конституционными правами.

Текст представляет собой не просто возражение против процессуального ходатайства. Он одновременно является:

— процессуальным меморандумом;
— конституционным манифестом;
— заявлением о нарушении свободы прессы;
— аргументацией против стратегических исков, подавляющих общественную активность;
— описанием предполагаемого институционального преследования журналиста;
— и документом, формирующим основу для будущих апелляций и возможных федеральных исков.

Центральная идея документа состоит в следующем.

Истец утверждает, что занимается журналистскими расследованиями и критикой местных органов власти округа Делавэр штата Нью-Йорк, включая публикации по вопросам предполагаемых нарушений в сфере налогообложения, доступа к судебным материалам, деятельности местных должностных лиц и судебных процедур.

По мнению Истца, Ответчики отвечают не опровержением по существу, а попыткой:

— дискредитировать самого журналиста;
— представить расследовательскую деятельность как «одержимость» или «преследование»;
— ограничить доступ к документам;
— ускорить и усложнить процессуальное давление;
— добиться санкций и ограничений на дальнейшую подачу исков;
— и превратить спор о конституционных правах в спор о личности самого Истца.

В документе последовательно проводится мысль, что в американской системе существует известная международная модель демонизации журналистов, при которой объектом атаки становится уже не содержание публикаций, а сам журналист как личность. Для обоснования этой позиции Истец ссылается на исследования UNESCO, Reuters, The Guardian, научную литературу о свободе прессы и процессы против исков государства с целью подавить активность населения по подаче петиций и по участию в демократическом процессе, anti-SLAPP litigation.

Для российского юриста важно понимать несколько ключевых особенностей американского процесса, без которых текст трудно воспринимать правильно.

Во-первых, значительная часть спора вращается вокруг процедуры CPLR 3211(a)(7). Это нью-йоркский механизм проверки юридической достаточности иска без полноценного исследования доказательств. Истец repeatedly ссылается на дело Carr v. Wegmans Food Markets, Inc., где суд апелляционной инстанции указал, что на данной стадии суд обязан предполагать утверждения истца истинными и не вправе разрешать фактические споры посредством письменных заявлений ответчиков.

Во-вторых, важнейшую роль играет американская доктрина «prior restraint» — предварительного ограничения речи. В американском конституционном праве предварительный запрет публикаций или ограничение будущей речевой деятельности рассматривается как одна из наиболее опасных форм государственного вмешательства. Истец пытается представить требуемые Ответчиками ограничения на подачу будущих исков как разновидность неконституционного предварительного ограничения свободы слова и журналистской деятельности.

В-третьих, существенное место занимает тема «anti-SLAPP». Термин SLAPP обозначает судебные процессы, используемые не столько для победы по существу, сколько для финансового, психологического и процессуального изматывания критиков, журналистов и активистов. Истец repeatedly утверждает, что требования о санкциях и ограничения на подачу исков используются как фактический механизм подавления общественной критики.

В-четвёртых, для российского читателя особенно необычным может показаться центральность темы дисциплинарного статуса адвоката. В американской системе регулирование адвокатской деятельности тесно связано с конституционными спорами о свободе слова, государственном лицензировании профессий, политических репрессиях через дисциплинарные процедуры и пределах судебной власти над адвокатурой.

Именно поэтому документ содержит большой раздел, посвящённый научным публикациям Истца по вопросам конституционного регулирования адвокатской деятельности, дисциплинарных производств, Первой поправки и государственного контроля над юридической профессией.

Отдельный интерес представляет фигура Ответчика Грансбери — клерка графства или округа Делавэр. В американской системе это не просто технический секретарь суда, а конституционное должностное лицо, отвечающее за хранение судебных материалов и доступ к ним. Истец утверждает, что ограничения доступа к судебным материалам через платные электронные системы сами по себе являются частью предполагаемого конституционного нарушения.

Документ также хорошо иллюстрирует отличия американской судебной культуры от российской.

Американские процессуальные документы нередко содержат:

— резкую риторику;
— прямые обвинения в недобросовестности;
— ссылки на более широкую институциональную коррупцию;
— детальные атаки на репутацию opposing counsel;
— и превращение практически любого процессуального вопроса в конституционный спор.

При этом подобная риторика в значительной степени защищается Первой поправкой даже внутри самого судебного процесса.

Для российского юриста данный документ представляет ценность как пример того, каким образом в американском праве обычный процессуальный спор может быть полностью переосмыслен как спор о конституционных пределах государственной власти, свободе прессы и допустимости использования судебной системы для подавления критики государства.

ВЕРХОВНЫЙ СУД ШТАТА НЬЮ-ЙОРК¹
ОКРУГ ДЕЛАВЭР²

ФРЕДЕРИК ДЖ. НЕРОНИ,
ТАТЬЯНА НЕРОНИ, EF2026-101

Истцы,

— против —

ХЕЙЛИ Л. ГРАНСБЕРИ, в её официальном качестве Секретаря округа Делавэр³ и в её индивидуальном качестве;

ТИНА МОЛЕ, в её официальном качестве Председателя Совета надзирателей⁴ округа Делавэр и в её индивидуальном качестве;

ЭМИ МЕРКЛЕН, в её официальном качестве Окружного прокурора⁵ округа Делавэр и в её индивидуальном качестве;

ШЕЛЛИ ДЖОНСОН-БЕННЕТТ, в её официальном качестве Комиссара округа Делавэр по вопросам планирования, парков и водосборного бассейна, в её официальном качестве Сотрудника по общественной информации⁶ округа Делавэр и в её индивидуальном качестве,

Ответчики.

МЕМОРАНДУМ ПРАВА В ОППОЗИЦИИ⁷

ХОДАТАЙСТВО № 2

Сноски

¹ Верховный суд штата Нью-Йорк (Supreme Court of the State of New York) является судом общей юрисдикции первой инстанции, а не высшей судебной инстанцией штата. Высшей судебной инстанцией штата Нью-Йорк является Court of Appeals.

² County — административный округ штата Нью-Йорк.

³ County Clerk — конституционное должностное лицо округа, совмещающее функции регистратора документов, хранителя судебных материалов и административного должностного лица суда.

⁴ Board of Supervisors — орган местного самоуправления округа, аналог окружного совета.

⁵ County Attorney — главный юрист округа и представитель округа в судебных делах.

⁶ Public Information Officer — должностное лицо, ответственное за взаимодействие органов власти со средствами массовой информации и общественностью.

⁷ Memorandum of Law in Opposition — письменный правовой меморандум, содержащий возражения против ходатайства противоположной стороны.

СОДЕРЖАНИЕ

СОДЕРЖАНИЕ .............................................................................................................. 1

ТАБЛИЦА ПРАВОВЫХ ИСТОЧНИКОВ ................................................................. 2

I. Оговорка ..................................................................................................................... 7

II. Процессуальное положение дела, место Ходатайства № 2 в процессуальном положении дела и стороны, подавшие ходатайство .......................................................................................................................... 8

III. Модели демонизации журналистов по всему миру после обнаружения или публикации чувствительной информации ............................................................... 18

IV. Преследование окружными ответчиками журналистки Лилиан Браун по той же модели, по которой окружные ответчики преследуют Истца и её супруга ....................................................................................................................... 34

V. Квазикриминальная природа дисциплинарных производств в отношении адвокатов и санкций за фривольное поведение, а также конституционные ограничения на такие санкции и на повторное использование прежних санкций при назначении новых санкций ...................................................... 42

VI. Регулирование речи по признаку содержания и по признаку точки зрения ............................................................................................................................. 44

VII. Предварительный запрет речи и журналистской деятельности, запреты на подачу исков и конституционный запрет подавления будущей журналистской и петиционной деятельности .................................................... 52

VIII. Признанная недавняя роль Истца после лишения лицензии в качестве эксперта по конституционному праву именно по вопросам Первой поправки — в противоположность показаниям Ответчика Мерклен под присягой о том, что она не способна определить, что такое New York Times v. Sullivan ............................................................................................................................ 58

IX. Судебный процесс Berrian, Inc., источник оппортунистического использования Ответчиками факта лишения Истца лицензии как якобы доказательства фривольности конституционных требований Истца ............ 74

X. Роль Ответчика Грансбери как конституционного секретаря Суда, ограничение доступа к судебным материалам и конституционный запрет санкций в условиях, когда Истцу отказано в доступе к материалам, необходимым для защиты ....................................................................................... 78

ЗАКЛЮЧЕНИЕ И ТРЕБОВАНИЕ СУДА ПРИСЯЖНЫХ ПО ВОПРОСУ САНКЦИЙ И ЗАПРЕТОВ НА ПОДАЧУ ИСКОВ, СНЯТИЯ ПЛАТНЫХ БАРЬЕРОВ, ПРЕПЯТСТВУЮЩИХ ДОСТУПУ К СУДЕБНЫМ МАТЕРИАЛАМ, НЕОБХОДИМЫМ ДЛЯ ЗАЩИТЫ И ДЛЯ ДОСУДЕБНОГО РАСКРЫТИЯ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ....................................................................... 83

ЗАЯВЛЕНИЕ О КОЛИЧЕСТВЕ СЛОВ И О ПУБЛИЧНОМ СУДЕБНОМ СЛУШАНИИ .............................................................................................................. 84

ТАБЛИЦА ПРАВОВЫХ ИСТОЧНИКОВ

Судебные дела

Ashcroft v. Iqbal, 556 U.S. 662 (2009) ............................................................ 45, 58

BE&K Construction Co. v. NLRB, 536 U.S. 516 (2002) ....................................... 53

Bell Atlantic Corp. v. Twombly, 550 U.S. 544 (2007) ................................... 45, 58

Berrian, Inc. v. Neroni, EF2023-322 .................................................................... 72

Berrian, Inc. v. Neroni, EF2023-943 .................................................................... 72

Carr v. Wegmans Food Markets, Inc., 182 A.D.3d 667 (3rd Dept. 2020) .................................................................................... 13, 14, 25, 32, 40, 45, 53, 57, 75

Connick v. Myers, 461 U.S. 138, 145 (1983) ................................................. 46, 52

Decker Advertising Inc. v. Delaware County, 765 F.Supp.3d 128 (N.D.N.Y. 2025) .......................................................................................... 45, 58

Decker Advertising, Inc. v. County of Delaware, United States District Court for the Northern District of New York, Case No. 3:23-cv-01531-AMN-ML .................................................................................................................... 33

Gerster's Triple E. Towing & Repair, Inc. v. Pishon Trucking, LLC, 167 A.D.3d 1353 (3rd Dept. 2018) ............................................................................ 12

Howard B. Spivak Architect, P.C. v. Zilberman, 60 A.D.3d 343, 875 N.Y.S.2d 26 (1st Dep’t 2009) .............................................................................. 6, 7, 9

In re Ruffalo, 390 U.S. 544 (1968) ...................................................................... 41

Kennedy v. Mendoza-Martinez, 372 U.S. 144 (1963) ......................................... 41

Matal v. Tam, 582 U.S. 218, 223 (2017) ............................................................. 43

Matter of Neroni, 135 A.D.3d 97 (4th Dept. 2015) ............................................. 60

Micro-Spy, Inc. v. Small, 9 A.D.3d 122, 778 N.Y.S.2d 86 (2d Dep’t 2004) .................................................................................................................... 7, 9

NAACP v. Button, 371 U.S. 415 (1963) .............................................................. 52

Near v. Minnesota ex rel. Olson, 283 U.S. 697 (1931) ........................................ 51

Neroni v Masler, EF2025-749 .............................................................................. 26

Neroni v Merklen, EF2026-213, NYSCEF Doc. 28 ......................................... 5, 16

Neroni v Mole, EF2024-880 ................................................................................ 72

New York Times Co. v. Sullivan, 376 U.S. 254, 270 (1964) ............................... 47

New York Times Co. v. United States, 403 U.S. 713 (1971) ............................... 52

Olivier v. City of Brandon, Mississippi, 146 S.Ct. 916 (2026) ............................ 41

Organization for a Better Austin v. Keefe, 402 U.S. 415 (1971) ......................... 54

Reed v. Town of Gilbert, 576 U.S. 155 (2015) .................................................... 42

Rosenberger v. Rector & Visitors of Univ. of Va., 515 U.S. 819, 829 (1995) ......................................................................................................................... 43

Ryan v High Rock Dev., LLC, 124 A.D.3d 751 (2d Dep’t 2015) ......................... 9

SEC v. Jarkesy, 603 U.S. ___ (2024) .............................................................. 42, 76

U.S. Bank N.A. v Smith, 210 A.D.3d 725, 727 (2d Dep’t 2022) .......................... 8

United States v. Halper, 490 U.S. 435 (1989) ...................................................... 41

Upsolve, Inc. v. James, No. 22-1345 (2d Cir., 2025) .......................................... 59 Статуты

3211(a)(7) ............................................................................................................... 15

CPLR 3012(b) .................................................................................................... 8, 9, 11

CPLR 3012(d) ............................................................................................................ 13

CPLR 306-b ..................................................................................................... 8, 9, 10, 59

CPLR 320(a) ................................................................................................................. 8

CPLR 320(b) ............................................................................................................... 10

CPLR 3211 ................................................................................................................. 10

CPLR 3211(a)(2) ........................................................................................................ 14

CPLR 3211(a)(7) ............................................................................................ 14, 15, 16, 47, 77

CPLR 3211(a)(8) .................................................................................................. 14, 15

CPLR 3211(d) ...................................................................................................... 18

CPLR 3211(e) ...................................................................................................... 10

CPLR 8303-a ..................................................................................................... 14, 16

Anti-SLAPP legislation nationwide ...................................................................... 24

The Americans with Disabilities Act of 1990 ....................................................... 74

Иные источники

Иные источники¹

«Независимость адвокатуры и судебная подотчётность в Соединённых Штатах»², доступно по адресу https://attorneyindependence.blogspot.com, последнее обновление 25 мая 2026 года .............................................................................................................................. 21

«Высокопоставленный представитель разведывательного сообщества США критикует репортёра Washington Post», Reuters, редакционная публикация, 3 июля 2025 года, доступно по адресу: https://www.reuters.com/business/media-telecom/top-us-intelligence-official-criticizes-washington-post-reporter-2025-07-03/ ............................................................................................................................ 23, 30

Damilola Banjo, «Как журналисты могут защититься от SLAPP-исков³ и иных юридических угроз», 22 ноября 2023 года, Global Investigative Journalism Network (gijn.org), доступно по адресу: https://gijn.org/stories/journalists-slapp-cases-legal-threats/?utm_source=chatgpt.com ...................................................................................... 24, 30

Dan Collyns, «Перуанский репортёр стал объектом кампании по дискредитации после того, как выступил против политической элиты», The Guardian, 24 мая 2024 года, доступно по адресу: https://www.theguardian.com/global-development/article/2024/may/24/gustavo-gorriti-reporter-peru .................................................................................................................... 20

Julie Posetti и др., «Эффект замораживания: глобальное исследование онлайн-насилия в отношении женщин-журналистов», доклад Международного центра журналистов, доступно по адресу: https://www.icfj.org/our-work/chilling-global-study-online-violence-against-women-journalists ............................................................................................ 19

Marilyn Clark & William Horsley, «Необоснованное вмешательство, страх и самоцензура среди журналистов в государствах — членах Совета Европы», исследование Journalism / Council of Europe-related study (2017) .............................................. 20

Nitesh Goyal, Leslie Park, Lucy Vasserman, «Вы должны доказать, что угроза реальна: понимание потребностей женщин-журналистов и активистов в документировании и сообщении об онлайн-преследовании» (Cornell University, 2022) (arXiv), доступно по адресу: https://arxiv.org/abs/2202.11168?utm_source=chatgpt.com ................. 25

Paul S. Voakes, «Извлечённые уроки: влияние судебного процесса на журналистское поведение», Communication Law and Policy 4(1):87–109 (1999) .......................................... 24

Periwinkle Doerfler, Andrea Forte, Emiliano De Cristofaro, Gianluca Stringhini, Jeremy Blackburn, Damon McCoy, «Я профессор, а это обычно не считается опасной профессией: интернет-преследование и его влияние на исследователей» (Computer Sciences, Computer and Society, 2021) (arXiv), доступно по адресу: https://arxiv.org/abs/2104.11145?utm_source=chatgpt.com ......................... 25

Комитет репортёров за свободу прессы, «Понимание законодательства anti-SLAPP» ....................................................................................................................... 19, 24, 32

Reuters, «Свобода прессы подавляется в Греции, необходимы реформы, заявляет Human Rights Watch», 8 мая 2025 года, доступно по адресу: https://www.reuters.com/world/europe/press-freedom-stifled-greece-reforms-needed-says-human-rights-watch-2025-05-08/ ............................................................................................ 21

Reuters, «Правозащитная группа критикует задержание китайских журналистов после публикации расследования о коррупции», 3 февраля 2026 года, обновлено 4 февраля 2026 года, доступно по адресу: https://www.reuters.com/business/media-telecom/rights-group-condemns-detention-chinese-journalists-after-corruption-report-2026-02-04/ ....................................................................................................................... 21

«Безопасность женщин-журналистов», доклад UNESCO, доступно по адресу: https://www.unesco.org/en/safety-journalists/safety-women-journalists ....................................................................................................................... 19

Tanja Kerševan & Melita Poler, «Заставляя журналистов замолчать по вопросам общественного интереса: оценки журналистов и редакторов влияния SLAPP-исков на журналистику», Journalism (2024), Sage Journals, доступно по адресу: https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/14648849231210695 ................. 20

Tatiana Neroni, «Ещё одна фабрикация в деле Джулиани: двойной процесс “ducking-stool”⁴», Academia.edu (2021) (на русском языке) ............................. 70

Tatiana Neroni, «Вооружая Голиафов и подставляя Давидов: о необходимости законодательного введения subpoena⁵ защиты и допросов защитой в уголовном процессе», Academia.edu (2019) (на русском и английском языках) ...................................................................................................................... 66

Tatiana Neroni, «Автоматическое лишение статуса адвоката в штате Нью-Йорк после осуждения за felony⁶ исключает любое дополнительное наказание», Academia.edu (2021) (на русском языке) ....................................................................................................................... 71

Tatiana Neroni, «Полномочие судов по наказанию за неуважение к суду в уголовных и гражданских судах и то, как оно используется в делах о пренебрежении детьми и жестоком обращении с детьми в судах по семейным делам штата Нью-Йорк», Academia.edu (2020) ............................................................................................ 67

Tatiana Neroni, «Отказ Апелляционного суда штата Нью-Йорк⁷ в рассмотрении конституционных апелляций по праву», Academia.edu (2026) ......................................................... 71

Tatiana Neroni, «Отрицание права в регулировании американских адвокатов и потенциал регуляторной системы для политических репрессий против неугодных адвокатов», Academia.edu (2021) (на русском языке) .................................... 68

Tatiana Neroni, «Гарантирует ли адвокатская лицензия в Соединённых Штатах и штате Нью-Йорк качество юридических услуг?», Academia.edu (2020) .......................... 67

Tatiana Neroni, «Неужели американская юридическая профессия настолько лишена чести, что нуждается в регулировании?», Academia.edu (2019) .............................................. 67

Tatiana Neroni, «Каждое решение о лишении адвокатской лицензии в Соединённых Штатах является ничтожным, поскольку принимается объединёнными судебно-прокурорскими органами», Academia.edu (2021) ............................................................................................ 70

Tatiana Neroni, «Ложные основания юрисдикции дисциплинарного суда в деле Руди Джулиани», Academia.edu (2021) (на русском языке) ................. 69

Tatiana Neroni, «Принудительный труд адвокатов в Соединённых Штатах», Academia.edu (2019) (на русском языке) ................................................................................. 67

Tatiana Neroni, «Как штат Нью-Йорк подорвал легитимность всех уголовных приговоров по делам о felony, основанных на обвинительных заключениях grand jury⁸», Academia.edu (2019) ............................................................................................ 67

Tatiana Neroni, «Является ли лишение адвокатской лицензии в штате Нью-Йорк уголовным производством?», Academia.edu (2021) ..................................................................... 69

Tatiana Neroni, «Является ли лишение адвокатской лицензии в штате Нью-Йорк (США) судебным производством?», Academia.edu (2021) ........................................ 68

Tatiana Neroni, «Законодательное требование политической смерти для лишённых адвокатского статуса юристов в штате Нью-Йорк под угрозой уголовного наказания как инструмент, подрывающий демократию в Соединённых Штатах», Academia.edu (2021) (на русском языке) ...................................................................................................... 69

Tatiana Neroni, «Штат Нью-Йорк не вправе регулировать Джулиани (или иных адвокатов), поскольку никогда не устанавливал, что адвокаты являются профессией, требующей регулирования для предотвращения широкомасштабного вреда», Academia.edu (2021) (на русском языке) ....................................................................................................................... 70

Tatiana Neroni, «Штат Нью-Йорк не вправе регулировать Джулиани (или иных адвокатов), поскольку законодатель никогда ясно не определил, что именно он регулирует, регулируя “юридическую практику”», Academia.edu (2021) ..................... 69

Tatiana Neroni, «Штат Нью-Йорк не вправе регулировать Джулиани, поскольку суды по лишению адвокатских лицензий официально слились с прокуратурой», Academia.edu (2021) (на русском языке) ......................................................................................... 70

Сноски

¹ “Other Authorities” в американских юридических меморандумах обычно включает научные публикации, журналистские материалы, доклады, исследования, публикации НКО и иные не-судебные источники, на которые ссылается сторона.

² Название блога переведено по смыслу как «Независимость адвокатуры и судебная подотчётность в Соединённых Штатах», а не буквально «независимость адвоката».

³ SLAPP — Strategic Lawsuit Against Public Participation, стратегический иск против общественного участия.

⁴ Ducking stool — средневековое публичное унизительное наказание, при котором обвиняемого привязывали к специальному креслу и окунали в воду.

⁵ Subpoena — судебная повестка или приказ о предоставлении доказательств либо явке.

⁶ Felony — тяжкое уголовное преступление в американской классификации.

⁷ Court of Appeals штата Нью-Йорк — высшая судебная инстанция штата.

⁸ Grand jury — большое жюри, орган, решающий вопрос о наличии достаточных оснований для предъявления обвинения по тяжким преступлениям.

Tatiana Neroni, «О необходимости срочного введения законодательного промежуточного пересмотра и sunset-review¹ неконституционных практик регулирования адвокатской деятельности апелляционными судами штата Нью-Йорк», Academia.edu (2021) .................................................................. 70

Tatiana Neroni, «Об официальном методе давления на суд, использованном демократами штата Нью-Йорк в деле Джулиани», Academia.edu (2021) (на русском языке) ....................................................................................................................... 69

Tatiana Neroni, «О планируемой роли российской адвокатуры Министерством юстиции России при переводе крупного российского бизнеса в российские суды», Academia.edu (2018) (на русском языке) ......................................................... 65

Tatiana Neroni, «О нарушении стандарта summary judgment² в деле Джулиани», Academia.edu (2021) (на русском языке) ............................ 69

Tatiana Neroni, «Обзор регулирования юридической практики в Соединённых Штатах: как действует абсолютная монополия на рынке юридических услуг», Academia.edu (2017) (на русском языке) ......................................................... 65

Tatiana Neroni, «Факторы качества российской юрисдикции», Academia.edu (2018) (на русском языке) .................................................................................... 66

Tatiana Neroni, «Факторы качества российской юрисдикции: экстерриториальная юрисдикция российских судов и особенности её применения», Academia.edu (2018) ............................................................................................ 66

Tatiana Neroni, «Дело Джулиани: основание для регулирования политической речи адвоката было сфабриковано судом», Academia.edu (2021) .......... 68

Tatiana Neroni, «Средневековая английская королевская привилегия, на которую ссылаются американские суды для регулирования американских адвокатов», Academia.edu (2021) (на русском языке) ....................................................................................................................... 69

Tatiana Neroni, «Правило кислородной маски: уголовно-правовые аспекты “гражданских” дел о жестоком обращении с детьми и пренебрежении обязанностями в судах по семейным делам штата Нью-Йорк», Academia.edu (2020) (фрагменты книги, опубликованной на Amazon.com в 2018 году) ................................................................................................................................. 68

Tatiana Neroni, «Без иллюзий и эффективного права на представительство: о политической дискриминации и политической предвзятости при рассмотрении жалоб по правам человека в ООН», Academia.edu (2024) (на русском языке) ......................................... 71

TatianaNeroni, «Фабрикация № 2 в деле Джулиани — суд штата Нью-Йорк исказил материалы федерального судебного разбирательства, чтобы наказать Джулиани, и стал соучастником преступников, угрожавших адвокатам Трампа смертью», Academia.edu (2021) ............................................................................................ 68

Нормативные акты

22 NYCRR Part 52 ................................................................................................... 74

Конституционные положения

Конституция штата Нью-Йорк, статья XIII, § 13(a) .................................... 17, 78

Конституция США, Поправка I .................................................... 10, 16, 19, 22, 29, 47, 48, 49, 54, 55, 57, 58, 59, 60, 61, 63, 73, 84

Конституция США, Поправка XIV, Положение о надлежащей правовой процедуре³ ............................................................................. 18, 43, 63, 67, 68, 69, 71, 74, 80, 81, 82, 84

Конституция США, Поправка XIV, Положение о равной защите закона⁴ ..................................................................................... 43, 82

Конституция США, Поправка V, Положение о запрете двойного привлечения к ответственности⁵ ................................ 43

Конституция США, Поправка VII ...................................................................... 44

Конституция США, статья I, раздел 9, пункт 3, запрет bills of attainder⁶ ................................................................................................................................. 30

Сноски

¹ Sunset-review — механизм автоматического прекращения действия нормативной или регуляторной системы при отсутствии её повторного утверждения после установленного срока и обязательного пересмотра.

² Summary judgment — разрешение дела судом без полноценного судебного разбирательства по существу и без суда присяжных при отсутствии, по мнению суда, спора о существенных фактах.

³ Due Process Clause — конституционная гарантия надлежащей правовой процедуры.

⁴ Equal Protection Clause — конституционная гарантия равной защиты закона.

⁵ Double Jeopardy Clause — конституционный запрет повторного уголовного наказания или повторного привлечения за одно и то же деяние.

⁶ Bill of attainder — законодательный акт, которым лицо признаётся виновным на основании своей идентичности и наказывается без судебного разбирательства; прямо запрещён Конституцией США.

I. Оговорка

Истец сохраняет все возражения относительно юрисдикции. Никакие доводы, изложенные ниже, не являются и не предполагаются Истцом как отказ или уступка каких-либо прав.

Настоящее возражение подано своевременно, поскольку ранее Истцу не было предоставлено достаточного времени для ответа на Ходатайство № 2, несмотря на неоднократные просьбы об отложении рассмотрения и предоставлении accommodations¹ в связи с инвалидностью. Настоящее возражение также подано в рамках установленного судом брифинга в связи с принятием судом judicial notice² по делу Neroni v Merklen, EF2026-213, NYSCEF Doc. 28 и его применением к настоящему делу, как было запрошено Истцом в NYSCEF Doc. 64.

Истец продолжает настаивать на том, что Ходатайство № 2 является юридической ничтожностью как по изложенным ниже основаниям, так и по основаниям, сохранённым за Истцом, как это прямо допускается законом.

II. Процессуальное положение дела, место Ходатайства № 2 в процессуальном положении дела и стороны, подавшие ходатайство

Настоящее дело было возбуждено путём подачи Повестки с уведомлением³ 4 февраля 2026 года, NYSCEF Doc. 1.

В соответствии с CPLR 306-b⁴, у Истца имелось 120 дней — до 4 июня 2026 года (данный срок всё ещё не истёк) — для вручения указанным ответчикам Повестки с уведомлением, см. Affirmation⁵ Истца, Приложение 2.

Тем не менее Ответчики вступили в дело в день его возбуждения и потребовали подачи искового заявления⁶, NYSCEF Doc. 2.

Далее последовал процессуальный хаос, созданный Ответчиками, что затруднило определение как надлежащего процессуального пути, предписанного законом, так и вопроса о том, отклонились ли последующие процессуальные действия от этого пути.

Однако определение надлежащего процессуального пути является пороговым вопросом до того, как суд сможет перейти к рассмотрению Ходатайства № 2, поскольку:
(a) Ходатайство № 2 может юридически отсутствовать в рамках этого надлежащего процессуального пути как ничтожность, как это показано в диаграмме-развязывателе⁷ Истца, Affirmation Истца, Приложение 1; либо
(b) Ходатайство № 2 может присутствовать, но не со всеми указанными ответчиками, юридически выступающими в качестве подателей ходатайства.

Первоначальное разветвление дерева решений согласно Приложению 2 Истца вызвано подачей Ответчиками Требования о подаче искового заявления, NYSCEF Doc. 2.

Именно взгляд суда на данный документ определяет следующий пороговый этап процессуального анализа, прежде чем Ходатайство № 2 может быть достигнуто с процессуальной точки зрения.

Применимые нормы — CPLR 3012(b), CPLR 320(a), а также толкующая практика Howard B. Spivak Architect, P.C. v. Zilberman, 60 A.D.3d 343, 875 N.Y.S.2d 26 (1st Dep’t 2009), Micro-Spy, Inc. v. Small, 9 A.D.3d 122, 778 N.Y.S.2d 86 (2d Dep’t 2004) — ясно устанавливают, что Требование о подаче искового заявления, сделанное до вручения Повестки, является ненадлежащим и ничтожным.

Таким образом, если суд примет жёсткий подход, поддерживаемый законом и судебной практикой (Приложение 1 Истца, Ветка 1), единственным юридическим документом в деле на настоящий момент является NYSCEF Doc. 1 — Повестка с уведомлением, а Истец вручил первоначальным Ответчикам Повестку с уведомлением в пределах своего 120-дневного срока до 4 июня 2026 года в полном соответствии с CPLR 306-b, NYSCEF Doc. 65.

Истец с первого дня настоящего процесса придерживается позиции, что, когда Ответчики появились в NYSCEF через адвоката Jeremy Rase, Esq., подав Требование о подаче искового заявления без возражений относительно вручения повестки, это было сделано адвокатом с очевидным намерением отказаться от возражений по вручению повестки.

Г-н Rase недавно аналогичным образом появился в делах Верховного суда округа Делавэр EF2025-312 и EF2023-198 без вручения ему повестки и продолжил участие в разбирательстве по существу без возражений. Истец просит суд принять judicial notice фактов появления г-на Rase с отказом от возражений в указанных делах.

Истец имел право полагаться на деловую практику г-на Rase, и именно такая уверенность была единственной причиной, по которой Истец не отверг Требование г-на Rase как ничтожность согласно CPLR 3012(b), Spivak, Micro-Spy.

Во всяком случае, опора Ответчиков на требование по CPLR 3012(b), поданное до вручения повестки, создаёт процессуальное противоречие, которое не может быть устранено иначе как путём:
(1) признания требования и последующих процессуальных действий ничтожными (Приложение 2, Ветка № 1); либо
(2) признания того, что Ответчики добровольно вступили в дело, задействовали власть Суда и отказались от возражений относительно вручения процессуальных документов (там же, Ветка № 2A).

Сноски

¹ Disability accommodations — процессуальные или организационные меры, предоставляемые лицу с инвалидностью для обеспечения равного доступа к суду и участия в процессе.

² Judicial notice — принятие судом общеизвестных либо официально подтверждаемых фактов без необходимости их формального доказывания.

³ Summons with Notice — специфическая для процесса штата Нью-Йорк форма возбуждения дела без немедленной подачи полноценного искового заявления.

⁴ CPLR (Civil Practice Law and Rules) — основной процессуальный кодекс гражданского судопроизводства штата Нью-Йорк.

⁵ Affirmation — письменное заявление стороны или адвоката под страхом ответственности за ложность сведений; в Нью-Йорке часто используется вместо affidavit.

⁶ Demand for Complaint — требование о подаче полного искового заявления после получения Summons with Notice.

⁷ “Detangler chart” — буквально «диаграмма распутывания»; здесь имеется в виду схема процессуальных развилок и противоречий, составленная Истцом.

CPLR 3012(b) прямо предусматривает, что:

«[t]ребование или ходатайство в соответствии с данным подразделом само по себе не составляет вступления в дело».

Однако данное исключение касается требования, рассматриваемого изолированно. Оно не освобождает от последствий Требование о подаче искового заявления, сделанное до вручения повестки при обстоятельствах, когда существовала иная деловая практика, образующая отказ от возражений, и не освобождает последующее активное процессуальное поведение от обычных последствий отказа от возражений и неформального вступления в дело в соответствии с CPLR 320(b) и CPLR 3211(e).

В соответствии с CPLR 320(b),

«вступление ответчика в дело эквивалентно личному вручению ему повестки, если только возражение относительно юрисдикции по пункту восьмому подраздела (a) CPLR 3211 не заявлено ходатайством или в ответе».

Суды штата Нью-Йорк далее признают, что ответчик может вступить в дело «неформально» посредством активного процессуального поведения.

«Ответчик может отказаться от возражения относительно персональной юрисдикции, вступив в дело — либо формально, либо неформально — без заявления защиты об отсутствии персональной юрисдикции в ответе или в ходатайстве об отклонении иска до подачи ответа». U.S. Bank N.A. v Smith, 210 A.D.3d 725, 727 (2d Dep’t 2022).
«Ответчик может вступить в дело неформально, активно участвуя в процессе перед судом». Там же.

Преждевременное вступление первоначальных Ответчиков в дело и агрессивное задействование всей власти суда для наложения санкций и запретов на подачу исков в отношении Истца как журналиста — чрезвычайной меры, особенно когда она запрашивается в нарушение запрета Первой поправки¹ на предварительное ограничение речи, свободы слова и свободы прессы, а также духа, если не буквы, anti-SLAPP законодательства² штата Нью-Йорк, — несомненно означало отказ от любых заявлений об отсутствии вручения, особенно учитывая, что на тот момент такие заявления были преждевременными как вопрос права согласно CPLR 306-b.

В то же время право штата Нью-Йорк признаёт, что требование о подаче искового заявления, вручённое до вручения повестки, само по себе является процессуально дефектным.

Согласно обязательному прецеденту Второго департамента, уведомление о вступлении в дело и требование о подаче искового заявления, вручённые до вручения повестки, являются ничтожностью.

В Ryan v High Rock Dev., LLC, 124 A.D.3d 751 (2d Dep’t 2015), Второй департамент постановил:

«[n]икакое положение не предусматривает вступление в дело или требование о подаче искового заявления до вручения повестки»,

цитируя Micro-Spy, Inc. v Small, 9 A.D.3d 122, 124 (2d Dep’t 2004).

Суд далее постановил:

«[t]ребование о подаче искового заявления согласно CPLR 3012(b), сделанное до вручения повестки, является преждевременным и не запускает течение сроков CPLR 3012(b)».

Соответственно Второй департамент пришёл к выводу, что в случае, когда повестка никогда не вручалась,

«уведомление о вступлении в дело и требование о подаче искового заявления являлись ничтожностью, а 20-дневный срок, в течение которого исковое заявление должно было быть вручено согласно CPLR 3012(b), не начал течь».

Таким образом, согласно Ryan, Micro-Spy и Spivak, требование Ответчиков по CPLR 3012(b), поданное до вручения повестки, не может одновременно рассматриваться как процессуально действующее и как несуществующее — в зависимости от процессуального удобства.

Если Ответчики опираются на данное требование как на действительное, чтобы утверждать, что у Истца возникла обязанность подать исковое заявление, то Ответчики тем самым неизбежно задействовали процедуры CPLR и власть Суда по принудительному обеспечению данного Требования (Приложение 2 Истца, путь Ветки 2A).

Если же Ответчики утверждают, что никакого вступления в дело не произошло, поскольку повестка ещё не была вручена на момент предъявления ими Требования о подаче искового заявления (в тот же день, когда было возбуждено дело), то тогда в силу CPLR 3012(b), Ryan, Micro-Spy и Spivak само уведомление о вступлении в дело и требование являлись ничтожностью (Приложение 2 Истца, Ветки № 1, 2B).

Ответчики не вправе избирательно характеризовать поданное до вручения повестки требование по CPLR 3012(b) как действующее для целей принуждения к сверхускоренной процессуальной активности, одновременно отрицая процессуальные последствия задействования власти Суда.

Таким образом, Истец настаивает, что контролирующим является путь 2A Приложения 2 Истца с последующими последствиями в материалах дела, при которых:

(1) Проверенное исковое заявление³ и Исправленное проверенное исковое заявление были надлежащим образом вручены первоначальным Ответчикам через NYSCEF;

(2) первоначальные Ответчики своевременно вступили в дело после вручения Проверенного искового заявления, NYSCEF Doc. 3, поданного 13 февраля 2026 года, посредством подачи Ходатайства об отклонении иска № 1, NYSCEF Docs. 4–19, вручённых Ответчиками через NYSCEF 5 марта 2026 года; однако

(3) первоначальные Ответчики впоследствии допустили default⁴ после того, как Истец своевременно подал заменяющее Исправленное проверенное исковое заявление, NYSCEF Doc. 31, поданное и вручённое через NYSCEF 25 марта 2026 года.

Срок для вступления первоначальных Ответчиков в дело по Исправленному проверенному исковому заявлению после вручения через NYSCEF вследствие отказа от возражений относительно вручения, как описано выше, истекал 14 апреля 2026 года согласно CPLR 320(a). Первоначальные Ответчики не вступили в дело к этой дате, и 24 апреля 2026 года Истец подал Уведомление о default в отношении первоначальных Ответчиков.

Независимо от того, примет ли суд изложенную выше аргументацию Истца или нет, бесспорно, что в условиях процессуальной путаницы, созданной Ответчиками, а не Истцом, позиция Истца при подаче Уведомления о default была как минимум arguable⁵ и уж точно не являлась фривольной, как Ответчики пытаются убедить суд.

Сноски

¹ Первая поправка к Конституции США защищает свободу слова, свободу прессы, свободу собраний и право обращаться к государству с петициями.

² Anti-SLAPP legislation — законодательство против Strategic Lawsuits Against Public Participation («стратегических исков против участия общественности»), то есть исков, направленных на подавление критики, журналистики или общественной активности через дорогостоящий судебный процесс.

³ Verified Complaint — исковое заявление, подтверждённое под присягой стороной либо адвокатом.

⁴ Default — процессуальный дефолт, то есть утрата права на защиту вследствие несвоевременного процессуального реагирования.

⁵ Colorable / arguable position — юридически небезосновательная, по крайней мере формально обоснованная позиция.

5 мая 2026 года все Ответчики, включая первоначальных Ответчиков, подали, inter alia¹, ходатайство «об отмене уведомления о default».

Такого процессуального механизма в CPLR не существует.

Ответчики: (1) располагают Окружным прокурором; и (2) представлены адвокатом, — и должны понимать недопустимость изобретения новых процессуальных механизмов и представления их суду как полностью легитимных, — особенно когда на основании таких несуществующих процессуальных механизмов они добиваются чрезвычайных санкций и предварительного ограничения речи журналиста за её прямо заявленную журналистскую деятельность, см. Исковое заявление, см. Исправленное проверенное исковое заявление, — независимо от того, как Ответчики пытаются эгоистично и ненадлежащим образом переопределить данную журналистскую деятельность. В действительности подобное переопределение не является уникальным для данных Ответчиков и используется правительствами по всему миру — от стран третьего мира до Европы и Соединённых Штатов — для демонизации журналистов, ограничения их доступа к информации и подрыва достоверности и воздействия их публикаций, см. Раздел III ниже.

Надлежащим процессуальным механизмом являлось ходатайство не об отмене уведомления о default, а об отмене самого default, и для этой цели первоначальные Ответчики были обязаны по закону:
(1) признать наличие default; и
(2) выполнить бремя доказывания по такому ходатайству согласно CPLR 3012(d), чего первоначальные Ответчики не сделали.

Вместо этого первоначальные Ответчики, несмотря на то, что на данный момент они считаются отказавшимися вследствие своего default от всех traversable defenses², включая защиту относительно персональной юрисдикции, и считаются признавшими все фактические утверждения Исправленного проверенного искового заявления, NYSCEF Doc. 31, подали запоздалое ходатайство об отклонении иска, включая основания, основанные на защите относительно персональной юрисдикции, от которой они отказались (во второй раз).

Запоздалое ходатайство — Ходатайство № 2 — было подано первоначальными Ответчиками по следующим основаниям:
(1) CPLR 3211(a)(2) — данное основание может быть заявлено в любое время, однако в самих процессуальных документах никаких требований по CPLR 3211(a)(2) фактически заявлено не было, и такого основания в действительности не существует;
(2) failure to state a claim³; и
(3) санкции и запрет на подачу исков.

Основания (2) и (3) Ходатайства № 2, заявленные первоначальными Ответчиками, ненадлежащим образом находятся перед судом вследствие неисправленного default Ответчиков, поскольку основания (2) и (3) недоступны для ответчиков, допустивших default, и суд не вправе рассматривать Ходатайство № 2 в отношении первоначальных — допустивших default — Ответчиков, Gerster's Triple E. Towing & Repair, Inc. v. Pishon Trucking, LLC, 167 A.D.3d 1353 (3rd Dept. 2018).

Так же как и в деле Gerster’s, Ответчики прямо не ходатайствовали о разрешении подать запоздалый ответ или запоздалое ходатайство об отклонении иска, и к их Ходатайству № 2 не был приложен проект ответа, что должно повлечь те же последствия, что и в Gerster’s — отказ в удовлетворении ходатайства в отношении первоначальных Ответчиков.

Таким образом, Ходатайство № 2 первоначальных Ответчиков, допустивших default, подлежит отклонению.

Ходатайство № 2 от имени нового Ответчика Shelly Johnson-Bennett являлось преждевременным на момент подачи и в настоящее время частично moot⁴, а в целом — фривольным.

Так же как и Ходатайство № 1, Ходатайство № 2 в отношении Ответчика Johnson-Bennett основано на идентичных основаниях: CPLR 3211(a)(2), CPLR 3211(a)(7), CPLR 3211(a)(8) и CPLR 8303-a.

Ходатайство Ответчика Johnson-Bennett по CPLR 3211(a)(2) подлежит отклонению, поскольку Ответчик Johnson-Bennett не заявила никаких аргументов в поддержку такого ходатайства, тем самым отказавшись от него, и кроме того, в материалах дела не усматривается никаких подобных оснований. Напротив, Исправленное проверенное исковое заявление Истца и Affirmation в оппозиции к Ходатайству № 2 содержат множество оснований для осуществления юрисдикции настоящего суда в отношении Ответчика Johnson-Bennett по всем требованиям, заявленным против неё.

Ходатайство Ответчика Johnson-Bennett по CPLR 3211(a)(8) также подлежит отклонению, поскольку ходатайство было подано до истечения срока Истца по CPLR 306-b и, следовательно, являлось преждевременным, а теперь является moot, поскольку Ответчик Johnson-Bennett была своевременно вручена лично Департаментом шерифа, NYSCEF Doc. 56.

Ходатайство Ответчика Johnson-Bennett по CPLR 3211(a)(7) № 2 (а также Ходатайство № 2 иных Ответчиков, если суд — вопреки возражениям Истца — будет рассматривать их Ходатайство № 2 как своевременное) также должно быть отклонено, поскольку:

(1) материалы ходатайства являются полностью недопустимыми на их лице в силу Carr v. Wegmans Food Markets, Inc., 182 A.D.3d 667 (3rd Dept. 2020), обязательного прецедента Третьего департамента, в котором Апелляционное подразделение категорически запрещает суду рассматривать affidavit⁵, представленные ответчиками в поддержку ходатайства по CPLR 3211(a)(7), — точно так же, как и материалы Ходатайства № 1; и

(2) даже если суд, в нарушение Carr, попытается рассмотреть Affidavit Ответчика Johnson-Bennett, представленные в поддержку её ходатайства по CPLR 3211(a)(7),

Ходатайство № 2 вообще не содержит каких-либо аргументов, направленных на юридическую достаточность Исправленного проверенного искового заявления, NYSCEF Doc. 31, вместо этого концентрируясь на фривольных аргументах относительно вручения процессуальных документов и голословных утверждениях о том, что Исправленное проверенное исковое заявление является «совершенно фривольным».

Сноски

¹ Inter alia — «среди прочего».

² Traversable defenses — возражения, предполагающие оспаривание фактических обстоятельств и требующие рассмотрения по существу.

³ Failure to state a claim — основание для отклонения иска в связи с тем, что даже при признании изложенных фактов истинными иск не образует юридически признанного требования.

⁴ Moot — утративший практическое значение вследствие изменения обстоятельств.

⁵ Affidavit — письменное заявление под присягой.

Фривольность¹ является категорией 22 NYCRR Part 130, и для заявления подобного утверждения Ответчики были обязаны действовать конкретно и пройти по каждому требованию Исправленного искового заявления, указав, что именно, согласно Part 130, делает Исправленное проверенное исковое заявление фривольным, — чего сделано не было.

Более того, CPLR 3211(a)(7) касается не фривольности, а жизнеспособности требований, усматриваемой из четырёх углов² Исправленного проверенного искового заявления, после того как фактические утверждения Истца в Исправленном проверенном исковом заявлении предполагаются истинными и все разумные выводы делаются в пользу Истца.

Ответчики не провели никакого подобного анализа, и их ходатайство по CPLR 3211(a)(7), помимо того что оно полностью недопустимо в силу Carr, также лишено оснований, поскольку Ответчики вообще не предприняли попытки показать суду, что именно заставило их полагать, будто у них имеются основания ходатайствовать об отклонении Исправленного проверенного искового заявления по CPLR 3211(a)(7).

Рассмотрение по CPLR 3211(a)(7) должно быть identity-blind³ по отношению к Истцу, участие Ответчиков в представлении доказательств по такому ходатайству категорически исключено Carr, и Ходатайство № 2 по CPLR 3211(a)(7) должно быть отклонено на его лице, что также исключает рассмотрение части Ходатайства № 2 Ответчиков по CPLR 8303-a — помимо того, что Ответчики не выполнили conditions precedent⁴ согласно CPLR 8303-a, и помимо недопустимости injunctions⁵, ограничивающих электронную подачу документов, по CPLR 8303-a, отсутствия оснований для наложения такого injunction и недопустимости подобной меры в силу Первой поправки как предварительного ограничения речи, а также в силу духа, если не буквы, anti-SLAPP законодательства штата Нью-Йорк.

Что касается санкций, первоначальные Ответчики допустили default и поэтому не могут надлежащим образом быть выслушаны по существу дела. Даже если arguendo⁶ — без каких-либо уступок — предположить, что Ответчики не допустили default, санкции являются очевидно ненадлежащими на данной процессуальной стадии, когда подавляющая часть относимых существенных доказательств остаётся в исключительном владении и под контролем Ответчиков.

Настоящее дело само по себе утверждает, что Ответчики использовали контроль над доступом к материалам и информации как часть оспариваемого неконституционного поведения.

В частности, Исправленное проверенное исковое заявление утверждает, что Ответчик Грансбери, занимающая конституционную должность County Clerk⁷, учреждённую статьёй XIII, § 13(a) Конституции штата Нью-Йорк, при содействии Ответчика Мерклен и Ответчика Моле:

(1) умышленно вмешивалась и фактически остановила журналистское и связанное с судебным процессом расследование Татьяны Нерони относительно неравных налоговых оценок в Town of Hamden⁸;

(2) ложно отрицала существование pay-per-view⁹ системы платного доступа County Clerk, несмотря на доказательства, показывающие, что с пользователей взимается плата уже за сам дистанционный просмотр оцифрованных материалов; и

(3) поддерживала двойную структуру цифровых судебных материалов, при которой одна категория судебных материалов остаётся публично доступной через NYSCEF, тогда как другая категория оцифрованных судебных материалов — включая материалы, на которые сами Ответчики стремятся опираться против Истцов, — скрыта за множественными уровнями подписок, pay-per-view и постраничных платных барьеров.

Исправленное проверенное исковое заявление далее утверждает, что Ответчик Грансбери признала под присягой, что структура сборов была сознательно разработана для ограничения онлайн-доступа к материалам.

Истцы далее утверждают, что структура сборов округа препятствовала завершению более широкого расследования земельных актов, необходимого для определения масштаба неравных оценок и вопроса о том, получали ли политически связанные лица существенные различия в оценке имущества, несовместимые с публичными заявлениями о «равном» повышении оценок.

При таких обстоятельствах Ответчики не могут одновременно:

(a) ограничивать практический доступ Истцов к материалам;

(b) удерживать существенные доказательства в исключительном владении и под контролем Ответчиков;

(d) утверждать, что нынешняя неспособность Истцов установить дополнительные факты — факты, исходные материалы для которых сами Ответчики предположительно блокировали, — каким-либо образом делает требования Истцов подлежащими санкциям.

Санкции особенно ненадлежащи там, где Истцы прямо утверждают, что собственное поведение Ответчиков препятствовало способности Истцов получать и проверять исходные материалы, необходимые как для предполагаемого судебного процесса, так и для журналистского расследования.

CPLR 3211(d) и due process¹⁰ запрещают удовлетворение ходатайства об отклонении иска — а тем более наложение санкций — при подобных обстоятельствах.

Кроме того, Исправленное проверенное исковое заявление по делу Neroni v Merklen, EF2026-213, NYSCEF Doc. 28, о котором Истец уведомил настоящий суд посредством письма от 20 мая 2026 года, NYSCEF Doc. 64, до устных прений по Ходатайству № 2, поднимает дополнительные вопросы факта, находящиеся в исключительном владении Ответчиков, что делает отклонение иска ненадлежащим на стадии pleadings¹¹ согласно CPLR 3211(d).

Сноски

¹ Frivolousness — фривольность, то есть заведомая необоснованность или злоупотребительный характер требований либо процессуального поведения.

² “From the four corners of the complaint” — американская формула, означающая, что анализ ограничивается самим текстом искового заявления без внешних доказательств.

³ Identity-blind — без учёта личности стороны; нейтрально по отношению к биографии, статусу или репутации участника процесса.

⁴ Conditions precedent — обязательные предварительные условия для применения определённого процессуального механизма.

⁵ Injunction — судебный запрет или предписание.

⁶ Arguendo — «допуская ради аргумента».

⁷ County Clerk — конституционная должность в штате Нью-Йорк, совмещающая функции регистратора документов и хранителя судебных материалов.

⁸ Town — муниципальное образование в штате Нью-Йорк, отличающееся от city и village.

⁹ Pay-per-view — система оплаты за каждый отдельный просмотр документа или записи.

¹⁰ Due process — конституционная гарантия надлежащей правовой процедуры.

¹¹ Pleading stage — стадия рассмотрения достаточности исковых утверждений до раскрытия доказательств и рассмотрения дела по существу.

III. Модели демонизации журналистов по всему миру после обнаружения или публикации чувствительной информации

Журналисты-расследователи, раскрывающие коррупцию, институциональные злоупотребления, злоупотребления со стороны государства, финансовые нарушения или иную чувствительную информацию, часто подвергаются не просто критике их публикаций, но атакам на их легитимность, мотивы, психическое состояние, профессиональную этику и само их право продолжать журналистскую деятельность.

Данная модель признаётся в литературе о свободе прессы как часть более широкой экосистемы репрессий, запугивания, юридического преследования, репутационных атак и chilling effect¹.

Центральным механизмом является смещение фокуса. Вместо ответа по существу публикаций целевая институция или её союзники переносят внимание на самого журналиста: журналист изображается одержимым, злонамеренным, политически мотивированным, непрофессиональным, опасным или нелегитимным.

Такое переопределение служит для дискредитации журналиста как источника, уменьшения давления с требованием ответить на представленные доказательства и предупреждения другим не повторять подобную расследовательскую деятельность.

Данная модель проявляется как в научной литературе, так и в современных материалах о свободе прессы.

Исследование Международного центра журналистов² описывает атаки, включающие угрозы профессиональной и личной репутации, искажённое использование отредактированных изображений, финансовые угрозы, цифровые атаки, преследование и угрозы физического и сексуального насилия, Julie Posetti et al., «Эффект замораживания: глобальное исследование онлайн-насилия в отношении женщин-журналистов», доклад Международного центра журналистов, доступно по адресу: https://www.icfj.org/our-work/chilling-global-study-online-violence-against-women-journalists, последнее обновление 25 мая 2026 года.

UNESCO аналогичным образом сообщает, что 73% опрошенных женщин-журналистов сталкивались с онлайн-насилием в ходе своей работы, часто посредством координированных атак, и подчёркивает, что подобное насилие наносит вред как праву журналиста высказываться, так и праву общества знать. См. «Безопасность женщин-журналистов», доклад UNESCO, доступно по адресу: https://www.unesco.org/en/safety-journalists/safety-women-journalists, последнее обновление 25 мая 2026 года.

Та же структура проявляется и в литературе о юридическом преследовании.

Комитет репортёров за свободу прессы объясняет, что anti-SLAPP законодательство существует потому, что судебные иски и угрозы судебных исков используются для запугивания лиц, осуществляющих права, гарантированные Первой поправкой, включая журналистов, публикующих investigative stories³ и enterprise stories⁴, см. Комитет репортёров за свободу прессы, «Понимание законодательства anti-SLAPP», доступно по адресу: https://www.unesco.org/en/safety-journalists/safety-women-journalists, последнее обновление 25 мая 2026 года.

В работе Tanja Kerševan & Melita Poler, «Заставляя журналистов замолчать по вопросам общественного интереса: оценки журналистов и редакторов влияния SLAPP-исков на журналистику», Journalism (2024), Sage Journals, доступно по адресу: https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/14648849231210695, последнее обновление 25 мая 2026 года, авторы исследуют, как SLAPP-иски воздействуют на журналистику прямо и косвенно, включая chilling effects как в отношении журналистов-мишеней, так и их коллег.

Более широкая исследовательская категория называется «необоснованное вмешательство».

В Marilyn Clark & William Horsley, «Необоснованное вмешательство, страх и самоцензура среди журналистов в государствах — членах Совета Европы», исследование Journalism / Council of Europe-related study (2017), исследователи опросили 940 журналистов в государствах — членах Совета Европы и определили необоснованное вмешательство как включающее атаки со стороны частных лиц или государства на физическую и психологическую неприкосновенность, преследование, угрозы источникам, безнаказанность и действия, оказывающие chilling effect на свободу СМИ.

Данное исследование важно потому, что оно рассматривает репрессии не как единичное событие, а как систему давления, способную вызывать страх, самоцензуру и нарушение общественной watchdog function⁵, — и такой подход коррелирует с jurisprudence⁶ Верховного суда США по Первой поправке.

Современные новостные материалы предоставляют конкретные примеры.

В статье Dan Collyns, «Перуанский репортёр стал объектом кампании по дискредитации после того, как выступил против политической элиты», The Guardian, 24 мая 2024 года, доступно по адресу: https://www.theguardian.com/global-development/article/2024/may/24/gustavo-gorriti-reporter-peru, последнее обновление 25 мая 2026 года, ветеран журналистских расследований Gustavo Gorriti, известный разоблачением коррупции, описывается как подвергшийся кампании дискредитации, уголовному расследованию, дезинформации, физическому запугиванию и угрозам после публикаций о крупных коррупционных скандалах.

В статье цитируются опасения относительно свободы прессы о том, что подобные действия были направлены на удержание журналистов от расследования коррупции среди политических элит. (The Guardian).

Данное явление не ограничивается Латинской Америкой.

В Reuters, «Свобода прессы подавляется в Греции, необходимы реформы, заявляет Human Rights Watch», 8 мая 2025 года, доступно по адресу: https://www.reuters.com/world/europe/press-freedom-stifled-greece-reforms-needed-says-human-rights-watch-2025-05-08/, последнее обновление 25 мая 2026 года, Reuters сообщил о выводах Human Rights Watch о том, что журналисты в Греции сталкивались со spyware⁷, агрессивными судебными исками и юридическими угрозами типа SLAPP, при этом как минимум пятнадцать журналистов сообщили о судебных исках или юридических угрозах, связанных с их публикациями.

Reuters также сообщил о выводе HRW о том, что подобные ограничения создают среду, в которой критическая журналистика подавляется, а самоцензура становится нормализованной. (Reuters)

Репрессии могут становиться ещё более прямыми, когда публикации касаются государственной коррупции — как это делает Истец в отношении округа Делавэр уже более десяти лет; Истец просит принять judicial notice содержания онлайн-блога «Независимость адвокатуры и судебная подотчётность в Соединённых Штатах», доступного по адресу https://attorneyindependence.blogspot.com, последнее обновление 25 мая 2026 года.

В Reuters, «Правозащитная группа критикует задержание китайских журналистов после публикации расследования о коррупции», 3 февраля 2026 года, обновлено 4 февраля 2026 года, доступно по адресу: https://www.reuters.com/business/media-telecom/rights-group-condemns-detention-chinese-journalists-after-corruption-report-2026-02-04/, последнее посещение 25 мая 2026 года, Reuters сообщил, что задержание двух журналистов последовало за публикацией расследования предполагаемой коррупции с участием местного чиновника Коммунистической партии в Сычуани.

Данный пример иллюстрирует крайний конец того же континуума: как только чувствительное антикоррупционное расследование начинает угрожать официальным интересам, реакция может перейти от репутационной атаки к принудительным действиям государства. (Reuters)

Таким образом, общая модель выглядит следующим образом:

(1) журналист обнаруживает или публикует чувствительную информацию;

(2) ответственные субъекты или их союзники избегают обсуждения существа материала либо минимизируют его значение;

(3) они переопределяют журналиста как проблему;

(4) они применяют репутационное, юридическое, процессуальное, экономическое давление или давление, связанное с безопасностью;

(5) данное давление оказывает chilling effect на журналиста и служит сигналом устрашения другим.

Сноски

¹ Chilling effect — «охлаждающий эффект», то есть сдерживание реализации свободы слова или иных прав из страха санкций, преследования или иных негативных последствий.

² International Center for Journalists — Международный центр журналистов, международная организация, занимающаяся вопросами свободы прессы и безопасности журналистов.

³ Investigative stories — журналистские расследования.

⁴ Enterprise reporting/stories — углублённые самостоятельные журналистские материалы, основанные на собственной инициативе редакции, а не на текущих новостных событиях.

⁵ Watchdog function — «функция сторожевого пса», то есть общественный контроль над государством и институтами через журналистику.

⁶ Jurisprudence — судебная доктрина и практика.

⁷ Spyware — шпионское программное обеспечение для скрытого наблюдения за устройствами и коммуникациями.

Критически важным аналитическим различием является следующее:

(1) обычная критика оспаривает точность журналистского материала — что Ответчики не вправе делать на стадии pleadings¹ и вправе делать только после joinder² при обстоятельствах судебного разбирательства;

(2) однако демонизация оспаривает саму легитимность журналиста как лица, вообще имеющего право заниматься публикациями. Именно поэтому данное явление опасно для общественного контроля;

(3) демонизация журналистов не просто отвечает речью на речь — она пытается вывести из строя самого носителя информации, загрязнить восприятие доказательств и предотвратить продолжение scrutiny³ — и именно это Ответчики пытаются сделать здесь.

Хотя Соединённые Штаты обладают — по крайней мере формально — конституционными гарантиями свободы прессы в рамках Первой поправки, американские журналисты-расследователи, раскрывающие политически, институционально или финансово чувствительную информацию, исторически сталкивались с устойчивыми ответными действиями, направленными не просто на опровержение их публикаций, но на их дискредитацию, запугивание, изматывание, изоляцию или лишение легитимности как личности и как профессионалов.

Современная американская модель редко принимает форму прямого предварительного запрета публикации.

Вместо этого она чаще проявляется через репутационные атаки, юридическое преследование, обвинения в политической предвзятости, угрозы судебных исков, агрессивные методы discovery⁴, лишение аккредитации, онлайн-преследование, опасения относительно слежки, атаки на источники и попытки представить саму расследовательскую журналистику как нечто ненадлежащее или злонамеренное.

Центральной особенностью американской модели является риторическая инверсия: расследовательская деятельность переопределяется как неправомерное поведение.

Действия, являющиеся обычными компонентами журналистского расследования — повторные запросы документов, работа с источниками, настойчивые вопросы, мониторинг судебных процессов, анализ публичных материалов, публикация официальных документов или повторные уточняющие запросы, — переопределяются как преследование, одержимость, активизм, политическая война или институциональный саботаж.

Статья Reuters «Высокопоставленный представитель разведывательного сообщества США критикует репортёра Washington Post», Reuters, редакционная публикация, 3 июля 2025 года, доступная по адресу: https://www.reuters.com/business/media-telecom/top-us-intelligence-official-criticizes-washington-post-reporter-2025-07-03/, последнее посещение 25 мая 2026 года, напрямую иллюстрирует данный механизм.

Reuters сообщил, что директор Национальной разведки США Tulsi Gabbard публично обвинила журналиста-расследователя Ellen Nakashima в «активном преследовании» сотрудников разведки в связи с её журналистской деятельностью. Washington Post ответила, что контакты с источниками и запросы комментариев являются стандартной и легитимной журналистской практикой. Reuters далее отметил, что данный инцидент произошёл на фоне растущей враждебности государственных должностных лиц по отношению к журналистам, расследующим деятельность государства. Там же.

Подобное переопределение обычного расследовательского поведения как нелегитимного подробно обсуждается в литературе о свободе прессы и SLAPP-исках.

Global Investigative Journalism Network объясняет, что SLAPP-иски — Strategic Lawsuits Against Public Participation — предназначены «для того, чтобы запугивать, преследовать или заставлять журналистов и активистов замолчать», см. Damilola Banjo, «Как журналисты могут защититься от SLAPP-исков и иных юридических угроз», 22 ноября 2023 года, Global Investigative Journalism Network (gijn.org), доступно по адресу: https://gijn.org/stories/journalists-slapp-cases-legal-threats/?utm_source=chatgpt.com, последнее посещение 25 мая 2026 года.

Механизм часто заключается не в конечной победе по существу спора, а — как это совершенно очевидно проявляется в обращении Ответчиков с Истцом и её супругом — в изматывании, запугивании, финансовом давлении, затягивании процесса, репутационном загрязнении и удерживании от дальнейшего scrutiny.

Американская научная литература давно признаёт chilling effects судебных процессов в отношении расследовательской журналистики.

В Paul S. Voakes, «Извлечённые уроки: влияние судебного процесса на журналистское поведение», Communication Law and Policy 4(1):87–109 (1999), цитируемой в последующей литературе о SLAPP, сам судебный процесс был признан способным изменять поведение редакций, удерживать от агрессивной журналистики и усиливать институциональную осторожность.

Модель репрессий стала настолько распространённой, что anti-SLAPP законодательство появилось во множестве юрисдикций США.

Комитет репортёров за свободу прессы, supra⁵, объясняет, что такие законы существуют потому, что влиятельные субъекты всё чаще используют судебные процессы или угрозы судебных процессов для сдерживания речи по вопросам общественного интереса.

Подобные действия часто налагают тяжёлые расходы на защиту и серьёзные процессуальные обременения даже в случаях слабости требований.

Современные американские угрозы свободе прессы также включают цифровые и репутационные атаки.

Научная статья Nitesh Goyal, Leslie Park, Lucy Vasserman, «Вы должны доказать, что угроза реальна: понимание потребностей женщин-журналистов и активистов в документировании и сообщении об онлайн-преследовании» (Cornell University, 2022) (arXiv), доступная по адресу: https://arxiv.org/abs/2202.11168?utm_source=chatgpt.com, последнее посещение 25 мая 2026 года, пришла к выводу, что журналисты, расследующие спорные или политически чувствительные темы, часто сталкиваются с координированными кампаниями онлайн-преследования, направленными на то, чтобы перегрузить, изолировать, запугать и психологически истощить объект атаки.

Авторы описывают дополнительное бремя, возлагаемое на журналистов, которым одновременно приходится продолжать журналистскую деятельность, сохранять доказательства преследования и пытаться обеспечивать собственную безопасность.

Аналогичным образом статья Periwinkle Doerfler, Andrea Forte, Emiliano De Cristofaro, Gianluca Stringhini, Jeremy Blackburn, Damon McCoy, «Я профессор, а это обычно не считается опасной профессией: интернет-преследование и его влияние на исследователей» (Computer Sciences, Computer and Society, 2021) (arXiv), доступная по адресу: https://arxiv.org/abs/2104.11145?utm_source=chatgpt.com, последнее посещение 25 мая 2026 года, исследовала целенаправленное преследование исследователей, активистов и журналистов и установила, что публичные расследователи, раскрывающие спорную информацию, особенно уязвимы перед координированными репутационными и цифровыми атаками.

Сноски

¹ Pleading stage — стадия оценки юридической достаточности исковых утверждений до раскрытия доказательств и рассмотрения дела по существу.

² Joinder of issue — стадия, на которой спор считается окончательно сформированным посредством подачи ответа на иск.

³ Scrutiny — пристальное исследование, надзор, критический анализ.

⁴ Discovery — американская процедура раскрытия доказательств сторонами до судебного разбирательства.

⁵ Supra — ссылка на ранее уже процитированный источник.

Соединённые Штаты также имеют документированную историю репрессивной враждебности по отношению к журналистам-расследователям, раскрывающим неправомерное поведение государства.

U.S. Press Freedom Tracker документировал нападения, аресты и юридическое вмешательство, направленные против журналистов, освещающих политически чувствительные события.

Более широкая история враждебности к прессе в Соединённых Штатах обобщается в обсуждениях, касающихся Pentagon Papers¹, раскрытия Уотергейтского скандала, журналистики по вопросам национальной безопасности после 11 сентября, расследований полицейских злоупотреблений и коррупционных расследований на уровне штатов и местного самоуправления.

Данное явление особенно остро проявляется там, где журналистское расследование угрожает местным или региональным структурам власти. Местные одиночные журналисты-расследователи, такие как настоящий пожилой Истец с инвалидностью, часто не имеют:

(1) институциональной юридической защиты;

(2) защитного слоя престижа крупных СМИ;

(3) значительных бюджетов на судебные расходы;

(4) национальной видимости;

(5) или организационной поддержки.

В результате местные одиночные журналисты-расследователи, такие как настоящий пожилой Истец с инвалидностью, могут быть особенно уязвимы перед:

(1) репрессивными исками — или anti-SLAPP заявлениями о санкциях, как здесь;

(2) отказом в доступе;

(3) социальной остракизацией;

(4) репутационными smear-атаками²;

(5) экономическими репрессиями;

(6) спорами об аккредитации;

(7) или иной скоординированной институциональной враждебностью — как оспаривается в настоящем деле.

Критически важное аналитическое различие, признаваемое американской литературой о свободе прессы, состоит в том, что демонизация не направлена преимущественно — или вообще, как здесь, — на опровержение самой публикации, и такое опровержение является ненадлежащим и недопустимым на стадии pleadings согласно Carr.

Напротив, посредством техник демонизации государственные акторы, как Ответчики делают здесь, стремятся лишить репортёра легитимности как законного и заслуживающего доверия участника общественного контроля.

Объектом атаки становится не только публикация конкретной статьи, а продолжающаяся способность журналиста расследовать, собирать документы, поддерживать источники, сохранять настойчивость в scrutiny и удерживать общественное доверие.

Это различие является фундаментальным, поскольку расследовательская журналистика по своей природе требует настойчивости, adversarial inquiry³, повторных вопросов, долгосрочного анализа документов и отказа бросать неудобные темы — как Истец делала более десяти лет.

Поведение, обычное для расследовательской журналистики, поэтому особенно подвержено риторическому переопределению угрожаемыми институциями как доказательство одержимости, предвзятости, преследования или bad faith⁴.

Практическим последствием является chilling effect, распространяющийся за пределы конкретного журналиста.

Как неоднократно отмечают исследования SLAPP и репрессий, давление, оказываемое на одного журналиста-расследователя, одновременно функционирует как предупреждение будущим журналистам, whistleblowers⁵, источникам, активистам и критикам. Sage Journals supra.

Сноски

¹ Pentagon Papers — секретные документы Министерства обороны США о войне во Вьетнаме, публикация которых привела к ключевому делу о запрете предварительной цензуры: New York Times Co. v. United States.

² Smear-атаки — кампании по очернению и репутационной дискредитации.

³ Adversarial inquiry — состязательное, настойчивое, критическое расследование или опрос, направленный на выявление противоречий.

⁴ Bad faith — недобросовестность.

⁵ Whistleblowers — информаторы, раскрывающие сведения о нарушениях внутри организаций или государственных структур.

IV. Журналистские расследования, демонизация настойчивого scrutiny¹ и репрессивное переопределение в обстоятельствах Истца

Модель, отражённая в обстоятельствах Истца, соответствует явлению, широко документированному в литературе о свободе прессы, исследованиях anti-SLAPP и публикациях о репрессивном давлении на журналистов-расследователей и watchdog actors², раскрывающих или настойчиво исследующих чувствительное институциональное поведение.

Поведение Истца подпадает под традиционную расследовательскую и watchdog-деятельность.

Как утверждается в Исковом заявлении, Исправленном проверенном исковом заявлении и подтверждается материалами дела Neroni v Mole, EF2024-880, NYSCEF Docs. 113-144, поданными 18 июня 2025 года и тогда же вручёнными через NYSCEF окружным Ответчикам, а также Affirmation Истца в оппозиции с приложениями, Истец занимался:

a) анализом и сохранением публичных документов;

b) анализом судебных docket³ и процессуальных timeline⁴;

c) деятельностью по FOIL⁵ — деятельностью, признанной Ответчиками под присягой (см. affidavit Ответчика Мерклен в поддержку Ходатайства Ответчиков № 1, NYSCEF Doc. 7);

d) публикацией комментариев и исходных материалов;

e) мониторингом судебных процессов, см. Neroni v Masler, EF2025-749;

f) сопоставлением filings⁶ в различных делах;

g) сохранением институциональной хронологии;

h) и синтезом разрозненной документальной информации в целостные нарративы — включая сатирические эссе — относительно поведения государственных, судебных и квазигосударственных структур по вопросам острого общественного интереса, см. Affirmation Истца с приложенными недавними статьями Истца.

Данная деятельность не только не является intrinsically improper⁷, но, напротив, представляет собой характерную расследовательскую, журналистскую, архивную, watchdog и public-interest oversight⁸ деятельность — деятельность, непосредственно защищаемую Первой поправкой.

Существенным является то, что институциональная реакция Ответчиков в настоящем деле пытается убедить суд сместить фокус с юридической достаточности конституционных требований Истца, включая требования относительно препятствий newsgathering⁹, процессуальных нарушений, проблем публичного доступа, конфликтов, хронологии, активности в docket и документальных противоречий, — и вместо этого всё больше концентрируется на самом Истце:

(1) настойчивости Истца;

(2) объёме filings Истца;

(3) мотивах Истца;

(4) «многословии» Истца — любимом слове Mr. Miller;

(5) продолжающемся мониторинге процессов со стороны Истца;

(6) отказе Истца прекратить scrutiny посредством litigation по гражданским правам.

Однако в дискурсе Ответчиков перед судом отсутствует elephant in the room¹⁰: продолжающаяся публикация Истцом публичных документов и критических материалов о деятельности округа.

Вместо этого округ, следуя уже описанной выше глобальной модели демонизации журналистов, находит то, что считает уязвимыми местами в биографиях журналистов (Браун, Истца, её супруга), и пытается переписать идентичность журналиста в судебных представлениях как нечто иное, нежели журналист.

Требование санкций исключительно на основании личности индивида прямо запрещено Конституцией США, статья I, раздел 9, пункт 3, а также буквой и духом соответствующих конституционных положений и лежащих в их основе политико-правовых принципов.

Данная модель тесно соответствует структурам репрессий и демонизации, выявленным в литературе о свободе прессы.

Как Reuters сообщал в связи с критикой журналиста-расследователя Ellen Nakashima, государственные должностные лица охарактеризовали обычные контакты с источниками и расследовательские действия как «преследующее» поведение, тогда как Washington Post ответила, что подобные действия являются стандартной журналистской практикой. Reuters, «Высокопоставленный представитель разведывательного сообщества США критикует репортёра Washington Post», 3 июля 2025 года, supra.

Тот же риторический механизм неоднократно проявляется в литературе о Strategic Lawsuits Against Public Participation («SLAPP»), где сама расследовательская настойчивость начинает переопределяться как злоупотребление, targeting¹¹, одержимость или ненадлежащее поведение.

Global Investigative Journalism Network объясняет, что SLAPP litigation часто направлен не обязательно на победу по существу, а скорее на то, чтобы «запугать, преследовать или заставить журналистов и активистов замолчать». (gijn.org)

Обстоятельства Истца отражают несколько повторяющихся особенностей, выявленных данной литературой.

Во-первых, обычная расследовательская настойчивость неоднократно переопределяется как неправомерное поведение.

Расследовательская журналистика по своей природе требует:

(1) повторного анализа документов;

(2) сохранения хронологии;

(3) сопоставления filings;

(4) повторных уточнений;

(5) повторного возвращения к акторам и процессам во времени;

(6) устойчивого внимания к противоречиям.

Однако литература признаёт, что институции часто пытаются превратить эти обычные расследовательские функции в доказательство предполагаемой иррациональности, одержимости, преследования или bad faith, когда scrutiny становится длительным и накопительным.

Во-вторых, обстоятельства Истца отражают то, что исследователи иногда называют «role contamination»¹² или делегитимацией через collapse of identity¹³.

Истец одновременно занимает несколько перекрывающихся ролей общественного интереса:

(1) конституционного исследователя с многочисленными опубликованными научными статьями, включая статьи по вопросам, de facto tabooed¹⁴ в американской юридической академической среде, — но недавно приветствованными Апелляционным судом Второго округа США, см. Affirmation Истца с приложениями;

(2) litigant¹⁵;

(3) адвоката с приостановленной лицензией;

(4) журналиста/блогера, публикующего документальные и сатирические материалы;

(5) court watcher¹⁶;

(6) FOIL requester¹⁷;

(7) процессуального критика;

(8) и издателя публичных документов и комментариев.

Сноски

¹ Scrutiny — пристальное исследование, надзор, критический анализ.

² Watchdog actors — субъекты общественного контроля, выполняющие функцию наблюдения за властью и институтами.

³ Docket — официальный реестр и хронология судебных действий по делу.

⁴ Timeline — временная последовательность событий.

⁵ FOIL — Freedom of Information Law, закон штата Нью-Йорк о доступе к публичной информации.

⁶ Filings — поданные в суд процессуальные документы.

⁷ Intrinsically improper — внутренне, по своей природе ненадлежащее.

⁸ Public-interest oversight — общественный контроль в общественных интересах.

⁹ Newsgathering — деятельность по сбору информации для журналистских публикаций.

¹⁰ Elephant in the room — «слон в комнате», то есть очевидное обстоятельство, которое намеренно игнорируется.

¹¹ Targeting — целенаправленное преследование или выделение объекта атаки.

¹² Role contamination — «загрязнение ролей», смешение различных социальных ролей с целью дискредитации.

¹³ Collapse of identity — разрушение или стирание сложной идентичности личности путём сведения её к одному негативному образу.

¹⁴ De facto tabooed — фактически табуированные, неформально запрещённые к обсуждению.

¹⁵ Litigant — участник судебного процесса.

¹⁶ Court watcher — наблюдатель за судебными процессами.

¹⁷ FOIL requester — лицо, подающее запросы о доступе к публичной информации.

При таких обстоятельствах поведение, являющееся обычным в рамках одной роли, может риторически weaponized¹ — как это делают здесь Ответчики и в иных судебных делах — через другую роль.

Таким образом:

(1) журналистская настойчивость может быть переопределена как litigious obsession²;

(2) мониторинг судебных процессов может быть переопределён как targeting;

(3) компиляция публичных документов может быть переопределена как harassment³;

(4) публикация официальных документов может быть переопределена как campaigning⁴ или институциональная атака.

Литература определяет подобное переопределение как распространённый механизм, посредством которого само scrutiny делегитимизируется.

В-третьих, обстоятельства Истца отражают феномен procedural attrition⁵.

Настоящее дело включает:

(1) повторяющиеся заявления о санкциях;

(2) перекрывающиеся судебные календари;

(3) сжатые сроки;

(4) повторяющуюся motion practice⁶;

(5) обременения, связанные с поездками и участием в процессе;

(6) споры относительно публичного доступа; и

(7) нарастающие процессуальные обременения, требующие всё больших затрат времени и ресурсов.

Исследования anti-SLAPP и репрессий неоднократно подчёркивают, что само бремя процесса может становиться механизмом подавления. См., например, Reporters Committee for Freedom of the Press, Anti-SLAPP Guide, supra (rcfp.org).

Давление, создаваемое посредством самого процесса, может само по себе оказывать chilling effect на продолжение scrutiny независимо от итогового исхода дела по существу.

Данное явление особенно выражено в местных и региональных институциональных структурах, где:

(1) профессиональные отношения перекрываются;

(2) государственные, судебные и квазигосударственные субъекты постоянно взаимодействуют друг с другом;

(3) доступ к институциональной информации сравнительно сконцентрирован;

(4) а независимые watchdog actors, подобные Истцу, лишены защитной изоляции крупных институциональных медиаорганизаций.

Утверждения Истца о перекрывающихся институциональных связях, повторяющихся взаимодействиях между одними и теми же акторами и враждебности к продолжающемуся scrutiny укладываются в данную более широкую структурную модель.

Более того, деятельность Истца представляется особенно угрожающей для институционального контроля над нарративом, поскольку Истец не просто критикует отдельные события.

Истец вместо этого синтезирует:

(1) хронологию;

(2) взаимоотношения;

(3) активность в docket;

(4) процессуальные несоответствия;

(5) конфликты;

(6) споры о публичном доступе;

(7) и документальные противоречия через множество процессов и участников на протяжении длительных периодов времени.

Литература о свободе прессы неоднократно указывает, что подобный синтез особенно дестабилизирует институциональных акторов, поскольку он разрушает fragmentation⁷.

Отдельные эпизоды перестают выглядеть изолированными, когда:

(1) сохраняются timeline;

(2) сопоставляются противоречия;

(3) становятся видимыми повторяющиеся акторы;

(4) и институциональные модели документируются longitudinally⁸.

Важно отметить, что данный анализ не означает, будто каждое неблагоприятное ходатайство, критика, разногласие или заявление о санкциях в отношении журналиста обязательно представляет собой незаконные репрессии.

Суды и государственные litigants⁹ сохраняют право оспаривать аргументы, критиковать filings, требовать санкций там, где считают их оправданными, и оспаривать фактические утверждения — на процессуальных стадиях, где это допустимо, но не здесь, Carr.

Аналитически значимой является иная особенность: литература выявляет узнаваемую точку перехода, при которой институциональная реакция всё меньше отвечает на сами доказательства и всё больше концентрируется на делегитимации личности расследователя, его мотивов, настойчивости или самого продолжения участия в scrutiny.

IV. Преследование окружными Ответчиками журналистки Лилиан Браун по той же модели, по которой окружные Ответчики преследуют Истца и её супруга

Крайне показательным относительно модели обращения окружных Ответчиков с Истцом как журналистом является deposition¹⁰ другой журналистки в продолжающемся федеральном деле против округа Делавэр и индивидуальных Ответчиков по настоящему делу — Моле и Мерклен — именно по основаниям репрессий в нарушение Первой поправки.

Deposition журналистки Лилиан Браун — где отказ газеты уволить именно данного журналиста и редактора газеты в ответ на прямой ультиматум Ответчиков Моле и Мерклен, а также последующее лишение газеты статуса издания, публикующего официальные юридические уведомления округа, по reportedly¹¹ многолетнему действовавшему контракту, и послужили причиной судебного разбирательства — проведённый 30 октября 2025 года в деле Decker Advertising, Inc. v. County of Delaware, United States District Court for the Northern District of New York, Case No. 3:23-cv-01531-AMN-ML, и поданный как Dkt. 252-8 6 января 2026 года, отражает устойчивую модель запугивания, унижения, высмеивания, репрессивного исключения и институциональной враждебности, направленной против журналистки, чьи публикации не устраивали должностных лиц округа Делавэр и политически связанных акторов.

Deposition проводился Giancarlo Facciponte, Esq., из Hancock Estabrook, LLP, в присутствии окружного прокурора округа Делавэр Amy Merklen и председателя Совета округа Делавэр Tina Mole.

Deposition начался примерно в 10:36 утра и завершился примерно в 7:21 вечера в здании округа Делавэр. См. Decker Advertising, Inc. v. County of Delaware, N.D.N.Y. Case No. 3:23-cv-01531-AMN-ML, Dkt. 252-8, Deposition Лилиан Браун, подан 6 января 2026 года, стр. 1, 510.

Сноски

¹ Weaponized — превращено в оружие против лица, использовано против него.

² Litigious obsession — сутяжническая одержимость.

³ Harassment — преследование, травля, навязчивое давление.

⁴ Campaigning — политическая или публичная агитационная деятельность.

⁵ Procedural attrition — изматывание посредством процессуального давления.

⁶ Motion practice — практика постоянной подачи и рассмотрения процессуальных ходатайств.

⁷ Fragmentation — раздробленность восприятия событий как отдельных и несвязанных.

⁸ Longitudinally — в длительной временной перспективе, на протяжении продолжительного периода.

⁹ Litigants — участники судебного процесса.

¹⁰ Deposition — досудебный допрос под присягой в американском процессе.

¹¹ Reportedly — «как сообщается», «по имеющимся сообщениям».

В самом начале deposition Mr. Facciponte признал в протоколе, что Ms. Browne нуждалась в accommodation¹ вследствие сенсорных нарушений, заявив, что «окно было открыто, потому что у неё сенсорные проблемы». Там же, Dkt. 252-8, стр. 5.

В ходе того же deposition Ms. Browne показала, что она пережила рак и подверглась значительному обезображиванию. В частности, она показала:

«У меня диагностировали рак в 2020 году, и я ушла в отпуск на восемь месяцев…»

и далее:

«Но поймите, у меня было значительное обезображивание, и поэтому я не могла выходить на публику».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 59–60.

Несмотря на эти раскрытия, deposition неоднократно превращался в стрессовое преследование, личные насмешки и унизительные вопросы в адрес журналистки, не связанные с легитимными фактическими вопросами.

На страницах 14–15 transcript² deposition Mr. Facciponte допрашивал Ms. Browne относительно отцов её детей:

«В. У вас есть дети?»
«О. Да».

«В. Как их зовут?»
«О. Cara Browne, Hunter Hurlbert и Christa McGraw».

«В. Хорошо. Они все дети вашего мужа?»
«О. Нет. Это мои дети от предыдущего брака».

«В. Хорошо. Есть ли лицо, которое является отцом Cara Browne, которого вы можете назвать нам здесь —»

«О. Вы спрашиваете меня, есть ли у моей дочери отец?»

«В. …которого вы можете назвать нам здесь — это была остальная часть моего предложения».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 14–15.

Mr. Facciponte затем продолжил давление, пока Ms. Browne не назвала отца своих детей:

«В. Как зовут отца Cara Browne — вот в чём состоял вопрос».

«О. Joseph Browne».

«В. Спасибо. И он отец всех ваших детей?»

«О. Да».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 15.

Deposition далее отражает повторяющиеся атаки на интеллект и компетентность Ms. Browne.

Во время допроса относительно программного обеспечения и компьютерных систем Mr. Facciponte заявил:

«Вы хорошо и чётко даёте показания. Я просто не могу поверить, что вы не знаете, что такое web browser³».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 148.

Mr. Facciponte далее обвинил журналистку в evasiveness⁴ и нечестности:

«Никто не будет читать этот transcript и думать, что вы действительно не знаете, как описать мне, что это за программа».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 149.

Затем deposition перешёл в длительные насмешки над allegedly⁵ неудачным hobby-business⁶ по изготовлению мыла, которым ранее занималась Ms. Browne.

На страницах 206–207 transcript, после допроса Ms. Browne относительно того, был ли бизнес «настоящим», сколько денег он приносил и приносил ли убытки, Mr. Facciponte заявил:

«В. Хорошо. И какую прибыль вы всего получили от изготовления мыла?»

«О. Никакой».

«В. То есть никакой?»

«О. Я теряла деньги».

«В. О, вы —»

«О. Поэтому бизнес и прекратил существование».

«В. Это всё объясняет. Это объясняет, почему он прекратил существование. Это объясняет и ещё один определённый красный флаг, не так ли? Хорошо. Итак, когда вы в последний раз занимались каким-либо мыльным бизнесом, мыльными делами, мыльной документацией, изготовлением мыла, чем-либо связанным с мылом? Не считая мытья самой себя, кроме этого».

«О. Много лет назад».

«В. Много лет назад? Можете примерно указать?»

«О. Возможно, начало 2000-х. Это было хобби, которое я собиралась превратить в бизнес, но так и не —»

«В. Misty Mountain Hop Soap или как-то так?»

«О. Что-то вроде этого».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 206–207.

Насмешки продолжились в отношении финансов Ms. Browne и владения недвижимостью.

Mr. Facciponte высмеивал её в связи с передачей недвижимости и намекал на неправомерность:

«Можете объяснить мне, как сделать так, чтобы люди просто дарили мне здания? С вами ведь такое происходило несколько раз, верно?»

и:

«Целые здания просто дарили вам?»

Там же, Dkt. 252-8, стр. 213–214.

Mr. Facciponte далее уничижительно отозвался о самой журналистской деятельности Ms. Browne, заявив:

«Лично я считал это мусором. Хорошо? Лично я считал, что это было плохо написано. Это было почти как Facebook stuff⁷».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 368.

Deposition далее содержит прямые показания Ms. Browne относительно запугивания со стороны Joseph Ermeti после публикации статьи «Gumo».

На страницах 402–403 transcript deposition, во время examination⁸ адвокатом Heather Murray, состоялся следующий обмен:

«В. Были ли у вас разговоры с Joseph Ermeti после выхода статьи Gumo?»

«О. Безусловно были».

«В. И что это были за разговоры?»

«О. Joe Ermeti пришёл в мой офис и физически угрожал мне».

«В. Что он сказал?»

«О. Он пришёл с письмом, со сжатым кулаком, в ярости из-за того, что статья Gumo появилась в газете, и требовал, чтобы я опубликовала его письмо редактору».

«В. Вы опубликовали это письмо?»

«О. Мы опубликовали».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 402–403.

Сноски

¹ Accommodation — процессуальная или организационная мера, обеспечивающая участие лица с инвалидностью на равных условиях.

² Transcript — официальная стенограмма deposition.

³ Web browser — интернет-браузер.

⁴ Evasiveness — уклончивость.

⁵ Allegedly — предположительно.

⁶ Hobby-business — деятельность, находящаяся между хобби и коммерческим предприятием.

⁷ Facebook stuff — «что-то уровня Facebook», пренебрежительная характеристика как непрофессионального контента.

⁸ Examination — допрос стороны в deposition.

Ms. Browne далее показала, что она просила предоставить доказательства того, что её публикация была неточной:

«В. Относительно статьи Gumo?»

«О. Да, во время того разговора в офисе я попросила его предоставить мне доказательства того, что то, о чём я сообщила, было неточным».

«В. Он когда-либо предоставил вам такие доказательства?»

«О. Нет, не предоставил».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 403.

На страницах 403–404 transcript Ms. Browne показала, что после конфликта вокруг статьи Gumo Public Defender¹ округа Ermeti, который жаловался и, согласно тем же показаниям, физически явился к журналистке «со сжатым кулаком» из-за allegedly² неточной публикации, отказался предоставлять ей комментарии относительно освещения уголовных дел и сообщил ей, что ему требуется разрешение руководства округа, прежде чем разговаривать с ней:

«О. Думаю, разговор, который у меня был с ним, возможно, в прошлом году, это был личный разговор лицом к лицу. Я не помню точные сроки, мне очень жаль. Я сказала ему — он отказывался давать мне комментарии для материалов, над которыми я работала, освещая уголовный суд».

«И я сказала ему в здании суда округа, что его отказ давать комментарии позволяет публиковаться только одной стороне истории — стороне окружного прокурора. И не мог бы он, пожалуйста, рассмотреть возможность давать мне комментарии для моих материалов, чтобы сбалансировать их».

«И он сказал мне, что ему придётся согласовать это с Tina или Amy».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 403–404.

Данные показания напрямую соответствуют отдельным показаниям Ms. Browne на страницах 228–229 transcript о том, что сотрудникам округа фактически было приказано не общаться с ней или с газетой The Reporter.

В частности, Ms. Browne показала:

«И это привело к gag order³ в отношении сотрудников и руководителей округа, которым было приказано не разговаривать с нами, с The Reporter, и не только со мной».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 228.

Ms. Browne далее показала, что репрессии были непосредственно связаны с недовольством её публикациями и с враждебностью лично к «Lillian Browne»:

«В. Но я спрашиваю о… то есть восприятие и это…»

«О. Да».

«В. …ваши показания состоят в том, что речь идёт о Lillian Browne. Вы считаете, что Lillian Browne является защищаемой характеристикой⁴ здесь?»

«О. Я не…»

«В. О вас самой?»

«О. …не знаю, что это значит».

«В. Вот об этом я и спрашиваю. Я спросил, за что были репрессии, и вы ответили: “Против меня. Им не нравится Lillian Browne”».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 228–229.

Deposition далее отражает, что Ms. Browne — так же как и Истец, согласно утверждениям как Искового заявления, так и Исправленного проверенного искового заявления, — была исключена округом Делавэр из обычного доступа прессы и обычных коммуникаций со СМИ.

Ms. Browne по существу показала, что офис окружного прокурора округа Делавэр отказался включать её — так же как и Истца — в media distribution list⁵, несмотря на её статус действующего журналиста, освещавшего уголовные и окружные дела.

Она далее показала, что сотрудники суда и сотрудники округа сообщали ей, что никто не хочет с ней разговаривать из-за политической враждебности, вызванной её публикациями.

Эти показания подтверждаются показаниями журналистки относительно её разговора с Public Defender округа Делавэр Joseph Ermeti, в котором он заявил, что ему требуется разрешение «Tina или Amy» прежде чем предоставлять ей комментарии. Там же, Dkt. 252-8, стр. 228–229, 403–404.

Deposition также содержит показания относительно физического удержания Ms. Browne внутри здания Johnson-Bennett — дважды подряд — во время законной журналистской newsgathering activity⁶ и её последующих попыток получить объяснения от Ответчика по настоящему делу Johnson-Bennett относительно причин её удержания.

Когда Ms. Browne показала, что её незаконно удерживали сотрудники охраны здания, адвокат Hancock Estabrook LLP Mr. Facciponte открыто обвинил её — не раскрыв собственные основания знания для таких обвинений — в даче ложных показаний:

«Сегодня она обвинила очень хорошего человека в преступлении».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 425–426.

и далее:

«Вы решили устроить драму и проблемы человеку, потому что хотите чувствовать себя важной».

Когда Ms. Browne ответила:

«Именно это со мной и произошло»,

Mr. Facciponte заявил:

«Нет, не произошло».

Там же, Dkt. 252-8, стр. 425–426.

Ms. Browne далее показала, что впоследствии она связалась с Johnson-Bennett, чтобы спросить, почему её вообще удерживали там, и что Ответчик Johnson-Bennett не предоставила никаких внятных объяснений относительно оправдания данного удержания.

Совокупная картина, отражённая в deposition Browne, представляет собой не обычную состязательную судебную практику.

Она отражает координированную модель, в рамках которой журналистка, публиковавшая материалы о делах округа способом, не устраивавшим политически связанных акторов, стала объектом личного унижения, институционального исключения, репрессивного отказа от сотрудничества, запугивания, ограничения доступа к информации и попыток представить её некомпетентной, нечестной, нестабильной или недостойной профессиональной легитимности.

Сноски

¹ Public Defender — государственный адвокат, назначаемый для защиты малоимущих обвиняемых по уголовным делам.

² Allegedly — предположительно.

³ Gag order — запрет на общение или разглашение информации.

⁴ Protected characteristic — обычно термин из антидискриминационного права; здесь используется в спорном и ироническом контексте допроса.

⁵ Media distribution list — список СМИ и журналистов, получающих официальные сообщения и уведомления.

⁶ Newsgathering activity — деятельность по сбору информации для журналистских публикаций.

Значение данного материала выходит далеко за пределы самой Ms. Browne, поскольку та же институциональная модель теперь направляется против Истца и супруга Истца с инвалидностью.

Подобно Ms. Browne, Истец изображался как предвзятый, vexatious¹, некомпетентный или опасный; становился объектом заявлений о санкциях и ходатайств о запрете на подачу исков; был лишён обычного доступа к информации; подвергался репрессивному отказу от сотрудничества и публичной делегитимации, поскольку Истец продолжал заниматься журналистикой, litigation², деятельностью по получению публичных документов, наблюдением за судами и критикой должностных лиц округа Делавэр и связанных с ними акторов.

Примеры журналистских публикаций Истца, приложенные к Affirmation Истца, не оставляют сомнений — независимо от того, нравится ли суду или Ответчикам их содержание, стиль или форма подачи, — что Истец публикует материалы по вопросам огромного общественного значения, что представляет собой деятельность, полностью защищённую Первой поправкой, а дискриминация против Истца на основании точки зрения Истца и содержания публикаций Истца — чего Ответчики добиваются от суда, стремясь навсегда лишить Истца возможности защищать свои newsgathering efforts³ через суд, — подлежит strict scrutiny⁴, которое на данном материале невозможно пройти.

Настоящий суд не должен позволить использовать себя Ответчикам как инструмент преследования журналиста на основании fabricated⁵ — и не подтверждённых данным материалом — утверждений о vexatious litigation⁶ и frivolous conduct⁷.

В действительности подтверждено обратное — продолжающееся harassing⁸ и frivolous поведение Ответчиков, в отношении которого Истец требует защиты посредством отдельного ходатайства о санкциях.

V. Квазикриминальная природа дисциплинарных производств в отношении адвокатов и санкций за frivolous conduct, а также конституционные ограничения на такие санкции и на повторное использование прежних санкций при назначении новых санкций

На данной процессуальной стадии даже оспаривание фактических утверждений Истца является ненадлежащим согласно Carr.

Однако Истец наблюдает стремление Ответчиков полностью превратить настоящее разбирательство из иска Истцов против Ответчиков в de facto⁹ SLAPP-counterclaim¹⁰ Ответчиков против Истца под видом санкций и запретов на подачу исков, которые Ответчики стремятся рассмотреть-through-sanctions motions¹¹ до discovery и до joinder — процессуального механизма, не существующего в юриспруденции штата Нью-Йорк и нарушающего право Истца на due process¹², доступ к судам, равную защиту закона и рассмотрение всех вопросов факта и всех смешанных вопросов факта и права судом присяжных — и особенно в ситуации, когда средства защиты, требуемые Ответчиками, как здесь, имеют квазикриминальный характер и, в части дополнительных наказаний за прежние санкции Истца, запрещены прецедентами Верховного суда США.

Соответственно, дисциплинарные производства в отношении адвокатов давно признаны Верховным судом США квазикриминальными по своей природе. In re Ruffalo, 390 U.S. 544 (1968).

Аналогичным образом Верховный суд США неоднократно признавал, что формально гражданские санкции могут представлять собой наказание в конституционном смысле, если они действуют punitive¹³ или deterrent¹⁴ образом. Kennedy v. Mendoza-Martinez, 372 U.S. 144 (1963); United States v. Halper, 490 U.S. 435 (1989).

Ответчики прямо опираются на предыдущие процессы как на доказательство того, что Истец allegedly уже был наказан именно за ту litigation activity и expressive activity¹⁵, за которые Ответчики теперь требуют дополнительных санкций и ограничений на filings.

Истец уважительно заявляет, что подобные cumulative quasi-criminal sanctions¹⁶ запрещены принципами double jeopardy¹⁷ при совместном применении Ruffalo, Mendoza-Martinez и Halper.

Кроме того, Olivier v. City of Brandon, Mississippi, 146 S.Ct. 916 (2026), принятое до подачи Ходатайства № 2, прямо признало, что prospective constitutional relief¹⁸ может быть предоставлено несмотря на существование прежних неотменённых санкций или обвинительных решений.

И в SEC v. Jarkesy, 603 U.S. ___ (2024), Верховный суд США прямо предусмотрел право на jury trial¹⁹ как гарантию Седьмой поправки в делах, где запрашиваются столь экстремальные средства защиты, какие требуют здесь Ответчики.

Тем не менее Ответчики продолжили добиваться дополнительных санкций, одновременно поддерживая барьеры для доступа Истца к тем самым историческим docket и материалам судебных дел, на которые сами Ответчики ссылаются.

Сноски

¹ Vexatious — злоупотребляющий судебным процессом, сутяжнический.

² Litigation — судебное разбирательство, судебная деятельность.

³ Newsgathering efforts — усилия по сбору информации для журналистских публикаций.

⁴ Strict scrutiny — наиболее строгий стандарт конституционного контроля в американском праве.

⁵ Fabricated — сфабрикованный.

⁶ Vexatious litigation — злоупотребительное или сутяжническое судебное преследование.

⁷ Frivolous conduct — заведомо необоснованное или злоупотребительное процессуальное поведение.

⁸ Harassing — преследующее, направленное на изматывание.

⁹ De facto — фактически.

¹⁰ SLAPP-counterclaim — встречное требование, фактически используемое как Strategic Lawsuit Against Public Participation.

¹¹ Tried-through-sanctions motions — попытка фактически рассмотреть и разрешить спор через ходатайства о санкциях.

¹² Due process — надлежащая правовая процедура.

¹³ Punitive — карательным.

¹⁴ Deterrent — сдерживающим, устрашающим.

¹⁵ Expressive activity — деятельность, связанная с выражением мнений и защищённой речью.

¹⁶ Cumulative quasi-criminal sanctions — накопительные квазикриминальные санкции.

¹⁷ Double jeopardy — конституционный запрет повторного наказания за одно и то же.

¹⁸ Prospective constitutional relief — перспективная конституционная защита, направленная на предотвращение будущих нарушений.

¹⁹ Jury trial — рассмотрение дела судом присяжных.

VI. Регулирование речи по признаку содержания и по признаку точки зрения

Заявления Ответчиков о санкциях и требуемые ими запреты на подачу исков затрагивают не только doctrine of prior restraint¹, но и отдельные и независимо крайне нежелательные конституционные доктрины, запрещающие регулирование речи по признаку содержания и по признаку точки зрения.

Данные доктрины аналитически отличны от предварительного ограничения речи и налагают самостоятельные конституционные ограничения на попытки государства подавлять, обременять или избирательно ставить в невыгодное положение защищённое выражение мнений.

Верховный суд США неоднократно постановлял, что ограничения речи, основанные на содержании, presumptively unconstitutional² и подлежат strict scrutiny.

В Reed v. Town of Gilbert, 576 U.S. 155 (2015), Верховный суд разъяснил:

«Государственное регулирование речи является основанным на содержании, если закон применяется к определённой речи из-за обсуждаемой темы либо выражаемой идеи или послания». Там же, стр. 163.

Суд далее постановил, что ограничения, facially³ основанные на содержании, подлежат strict scrutiny

«независимо от благих мотивов государства, content-neutral justification⁴ или отсутствия “враждебности к идеям, содержащимся в регулируемой речи”». Там же, стр. 165.

Конституционная проблема становится ещё серьёзнее там, где действия государства отражают viewpoint discrimination⁵, а не просто content discrimination⁶.

«Дискриминация по признаку точки зрения является… особенно вопиющей формой дискриминации по содержанию». Rosenberger v. Rector & Visitors of Univ. of Va., 515 U.S. 819, 829 (1995).

Аналогичным образом Верховный суд неоднократно постановлял, что государство не вправе обременять речь лишь потому, что должностным лицам не нравятся взгляды говорящего, его критика, настойчивость или политическая позиция.

«Речь не может быть запрещена на том основании, что она выражает идеи, которые кого-либо оскорбляют». Matal v. Tam, 582 U.S. 218, 223 (2017).

Конституционные проблемы здесь особенно остры, поскольку Ответчики неоднократно сосредотачиваются не просто на процессуальных вопросах litigation, но на:

(1) критике Истцом акторов округа Делавэр;

(2) публикациях Истца относительно неравных налоговых оценок;

(3) синтезе Истцом публичных документов;

(4) публикации Истцом комментариев и сатиры;

(5) продолжающемся scrutiny Истцом институциональных связей и процессуальной хронологии;

(6) настойчивости Истца в журналистской деятельности и litigation по гражданским правам.

Таким образом, требуемые санкции и ограничения на filings возникают непосредственно из выражения мнений относительно поведения государства и вопросов общественного интереса.

Ответчики неоднократно пытаются переопределить Истца не как журналиста и критика государства, заявляющего конституционные требования, а как:

(1) одержимого;

(2) преследующего;

(3) «vexatious»;

(4) многословного;

(5) действующего недобросовестно;

(6) неправомерно «targeting» акторов округа;

или

(7) участвующего в институциональном саботаже как litigant,

— тем самым фактически стирая идентичность Истца как журналиста вообще, несмотря на то, что журналистская деятельность Истца составляет центральную фактическую и конституционную основу самих pleadings⁷.

Данное переопределение имеет конституционное значение.

Исправленное проверенное исковое заявление не вытекает из частных коммерческих споров или обычных межличностных конфликтов.

Оно прямо утверждает репрессии против защищённой журналистской деятельности, расследовательской деятельности, публикационной деятельности, критики государственных акторов, анализа публичных документов, публикаций по вопросам общественного интереса и petitioning activity⁸, защищённой Первой поправкой.

Тем не менее motion practice Ответчиков неоднократно пытается отделить litigation activity Истца от журналистской и expressive conduct⁹, породившей сами требования.

Что касается specifically¹⁰ «многословия» — любимой характеристики counsel¹¹ Ответчиков Mr. Miller — данный аргумент является uniquely self-defeating¹² в рамках процессуального положения, созданного самими Ответчиками.

Как показывают аргументы Истца и приведённые выше supporting exhibits¹³, единственным pleading, юридически действующим в настоящем деле на данный момент, является Повестка с уведомлением, а Истец всё ещё находится в пределах 120-дневного срока вручения по CPLR 306-b, применимого к данному pleading.

Это является противоположностью многословия.

Более того, позиция Истца на протяжении всего времени заключалась в том, что Ответчики могли бы просто позволить обычным процедурам вручения происходить в соответствии с CPLR.

Если бы Ответчики ничего не делали и позволили установленному законом сроку вручения истечь обычным образом, большая часть нынешнего процессуального разрастания просто не существовала бы.

Вместо этого Ответчики и их counsel создали чрезвычайный процессуальный хаос посредством повторяющейся преждевременной и юридически дефектной motion practice, включая:

ходатайства, направленные против superseded pleadings¹⁴;

ходатайства, полностью основанные на affidavit вопреки прямому запрету Carr;

повторяющиеся фактические атаки, недопустимые по CPLR 3211(a)(7);

повторяющиеся попытки превратить pleading-stage review¹⁵ в фактическое adjudication¹⁶;

и повторяющиеся заявления о санкциях, направленные против самой petitioning activity Истца, защищённой Конституцией.

Сноски

¹ Doctrine of prior restraint — доктрина предварительного ограничения речи или публикации до её осуществления.

² Presumptively unconstitutional — предполагаемо неконституционные.

³ Facially — по самому тексту или форме нормы.

⁴ Content-neutral justification — формально нейтральное по отношению к содержанию обоснование.

⁵ Viewpoint discrimination — дискриминация по признаку точки зрения или идеологической позиции.

⁶ Content discrimination — дискриминация по содержанию речи.

⁷ Pleadings — состязательные процессуальные документы сторон.

⁸ Petitioning activity — деятельность по обращению к государству и судам с требованиями и жалобами.

⁹ Expressive conduct — поведение, имеющее характер выражения мнений и подпадающее под защиту свободы слова.

¹⁰ Specifically — конкретно.

¹¹ Counsel — адвокат, представляющий сторону.

¹² Uniquely self-defeating — саморазрушающийся по своей природе.

¹³ Supporting exhibits — подтверждающие приложения и доказательства.

¹⁴ Superseded pleadings — заменённые последующими редакциями pleadings.

¹⁵ Pleading-stage review — проверка достаточности pleadings до рассмотрения дела по существу.

¹⁶ Adjudication — разрешение спора по существу.

Конституционные проблемы дополнительно усиливаются тем обстоятельством, что требуемые меры направлены против одиночного журналиста-расследователя и критика государства, лишённого институциональной защиты, доступной крупным медиаорганизациям.

Верховный суд неоднократно предупреждал, что государственные ограничения, обременяющие речь по вопросам общественной жизни, должны рассматриваться с особым скептицизмом вследствие опасности того, что государственные акторы могут пытаться косвенно подавлять критику посредством процессуальных механизмов.

Недавняя судебная практика дополнительно отражает продолжающуюся конституционную враждебность к попыткам государства обременять защищённую речь посредством профессиональных, регуляторных или процессуальных механизмов, направленных против нежелательных точек зрения.

В деле Chiles v. Salazar, 602 U.S. ___ (2026), Верховный суд вновь подтвердил, что государство не может уклоняться от обычного scrutiny¹ по Первой поправке лишь посредством переопределения регулирования речи как профессионального регулирования либо регулирования conduct² там, где оспариваемые ограничения направлены против самой communicative activity³.

Тот же принцип применяется и здесь.

Ответчики не могут избежать конституционного scrutiny, просто обозначая требуемые ограничения как «санкции», «anti-vexatious relief»⁴, «управление процессом» или «запреты на подачу исков», если практическим эффектом требуемых мер является обременение, сдерживание, подавление или выведение из строя защищённой expressive activity⁵ и petitioning activity⁶, направленной против поведения государства и касающейся вопросов общественного интереса.

Более того, собственные motion papers⁷ Ответчиков неоднократно демонстрируют враждебность не просто к процессуальному conduct, а к продолжающейся критике, расследованиям, публикациям и общественному scrutiny Истца как таковым.

Именно такая конституционная опасность и запрещается доктриной viewpoint discrimination⁸.

Первая поправка не позволяет государственным акторам избирательно обременять защищённую речь потому, что говорящий настойчив, непопулярен, резок, критичен по отношению к государству, институционально неудобен или политически нежелателен.

Государственные акторы также не вправе превращать обычную расследовательскую, watchdog и petitioning activity в поведение, подлежащее санкциям, лишь посредством повторяющегося описания говорящего как vexatious⁹, одержимого, hostile¹⁰, troublesome¹¹ или dangerous¹².

Согласно Reed, Rosenberger, Upsolve и связанной с ними судебной практике, попытки государства наложить ограничения, направленные против нежелательной речи, нежелательной критики или нежелательных точек зрения, подлежат strict scrutiny.

Ответчики не способны пройти данный стандарт на настоящем материале.

VII. Предварительное ограничение речи и журналистской деятельности, запреты на подачу исков и конституционный запрет подавления будущей журналистской и petitioning activity

Требование Ответчиков о санкциях и запретах на подачу исков затрагивает одну из наиболее нежелательных доктрин американского конституционного права: prior restraint¹³.

Верховный суд США неоднократно постановлял, что системы prior restraint несут исключительно тяжёлое конституционное бремя, поскольку они подавляют будущую речь и будущую petitioning activity ещё до того, как такая деятельность вообще произойдёт.

В Near v. Minnesota ex rel. Olson, 283 U.S. 697 (1931), Верховный суд признал недействительным закон штата, разрешавший injunctions¹⁴ против allegedly scandalous or malicious publications¹⁵.

Суд разъяснил, что «главной целью» конституционной гарантии свободы прессы было предотвращение предварительных ограничений публикации. Там же, стр. 713.

Суд далее подчеркнул:

«Тот факт, что свобода прессы может быть злоупотреблена недобросовестными распространителями скандалов, не делает менее необходимым иммунитет прессы от предварительных ограничений при освещении неправомерного поведения должностных лиц». Там же, стр. 720.

Данный принцип применяется здесь напрямую.

Ответчики неоднократно пытаются представить журналистскую деятельность Истца, litigation activity, анализ публичных документов, процессуальный scrutiny и публикационную деятельность как vexatious, obsessive¹⁶, malicious¹⁷, abusive¹⁸ или improper¹⁹.

Однако Near прямо отвергает предположение о том, что государственные акторы вправе подавлять будущее scrutiny лишь потому, что они характеризуют говорящего как troublesome, scandalous, persistent²⁰, hostile или наносящего ущерб институциональной репутации.

Конституционная проблема становится ещё серьёзнее там, где, как здесь, Ответчики добиваются ограничений, направленных не просто против одного filing²¹ или отдельного высказывания, а против будущей способности Истца продолжать:

просматривать документы;

подавать иски;

мониторить процессы;

осуществлять расследования публичных документов;

синтезировать chronology²² и институциональные связи;

и заниматься продолжающейся критикой и scrutiny государственных акторов.

Верховный суд вновь подтвердил чрезвычайную конституционную враждебность к prior restraints в деле New York Times Co. v. United States, 403 U.S. 713 (1971), где Суд разъяснил:

«Любая система предварительных ограничений выражения мнений поступает в настоящий Суд с тяжёлой презумпцией против её конституционной действительности». Там же, стр. 714.

Требуемые Ответчиками anti-filing injunctions²³ функционируют именно как механизм prior restraint, поскольку они стремятся установить prospective judicial restrictions²⁴ на будущую expressive activity и petitioning activity Истца, основываясь на характеристике Ответчиками настоящего и прошлого поведения Истца.

Сноски

¹ Scrutiny — строгий конституционный анализ и контроль.

² Conduct — поведение.

³ Communicative activity — деятельность, связанная с коммуникацией и выражением мнений.

⁴ Anti-vexatious relief — меры против allegedly злоупотребительного litigant.

⁵ Expressive activity — деятельность, выражающая мнения и подпадающая под защиту свободы слова.

⁶ Petitioning activity — деятельность по обращению к государству и судам с жалобами и требованиями.

⁷ Motion papers — материалы процессуального ходатайства.

⁸ Viewpoint discrimination — дискриминация по признаку точки зрения.

⁹ Vexatious — злоупотребляющий судебным процессом, сутяжнический.

¹⁰ Hostile — враждебный.

¹¹ Troublesome — создающий неудобства, проблемный.

¹² Dangerous — опасный.

¹³ Prior restraint — предварительное ограничение речи или публикации.

¹⁴ Injunction — судебный запрет или предписание.

¹⁵ Allegedly scandalous or malicious publications — предположительно скандальные или злонамеренные публикации.

¹⁶ Obsessive — одержимый.

¹⁷ Malicious — злонамеренный.

¹⁸ Abusive — злоупотребительный.

¹⁹ Improper — ненадлежащий.

²⁰ Persistent — настойчивый.

²¹ Filing — подача процессуального документа.

²² Chronology — хронология.

²³ Anti-filing injunctions — судебные запреты на последующую подачу исков или документов.

²⁴ Prospective judicial restrictions — судебные ограничения на будущую деятельность.

Конституционные проблемы усиливаются ещё больше потому, что оспариваемая деятельность Истца в существенной степени состоит из мониторинга судов, деятельности по FOIL, анализа публичных документов, публикации комментариев, синтеза процессуальной chronology¹, критики поведения государственных акторов и litigation против государственных должностных лиц.

Данная деятельность находится в самом ядре защиты Первой поправки.

Таким образом, Ответчики добиваются не просто обычных санкций, а prospective judicial suppression² будущей расследовательской и petitioning activity журналиста и критика государства.

Подобная мера несёт все признаки unconstitutional prior restraint³ и therefore⁴ подпадает под наиболее тяжёлую презумпцию против конституционной действительности.

Конституционные проблемы additionally⁵ усиливаются тем обстоятельством, что challenged conduct⁶ Истца в значительной степени состоит из:

мониторинга судов;

деятельности по FOIL;

анализа публичных документов;

публикации комментариев;

синтеза процессуальной chronology;

критики поведения государства;

и litigation против государственных акторов.

Данная деятельность находится в самом ядре защиты Первой поправки.

Ответчики therefore добиваются не просто обычных санкций, а prospective judicial suppression будущей расследовательской и petitioning activity журналиста и критика государства.

Подобные меры обладают всеми признаками unconstitutional prior restraint и therefore подпадают под наиболее тяжёлую презумпцию против конституционной действительности.

Требуемые ограничения additionally вызывают особое конституционное беспокойство потому, что они запрашиваются на стадии pleadings — до:

joinder of issue⁷;

discovery;

фактического развития дела;

оценки credibility⁸;

или разрешения дела по существу.

Более того, Ответчики добиваются столь extraordinary prospective restrictions⁹ одновременно:

поддерживая существенные доказательства исключительно в собственном владении и под собственным контролем;

пытаясь осуществлять factual rebuttal¹⁰ посредством affidavit, запрещённых Carr;

оспаривая credibility Истца до discovery;

и repeatedly reframing¹¹ обычную расследовательскую и litigation activity как allegedly obsessive, harassing, vexatious или undertaken in bad faith¹².

Данная структура precisely mirrors¹³ модели репрессий и демонизации, документированные в anti-SLAPP и press-freedom literature¹⁴, обсуждённой supra¹⁵.

Решение Верховного суда по делу Organization for a Better Austin v. Keefe, 402 U.S. 415 (1971), является особенно instructive¹⁶.

В том деле Суд признал недействительным injunction, запрещавший распространение литературы, критиковавшей агента по недвижимости.

Суд отверг аргумент о том, что allegedly coercive¹⁷, embarrassing¹⁸ или uncomfortable criticism¹⁹ оправдывает prior restraint, и постановил:

«Ни одно прежнее решение не поддерживает утверждение о том, что интерес лица в том, чтобы быть свободным от публичной критики его деловой практики… оправдывает использование injunctive power²⁰ суда». Там же, стр. 419.

Тот же принцип применяется и здесь.

Недовольство Ответчиков:

критикой Истца;

расследованиями Истца;

filings Истца;

анализом chronology;

анализом публичных документов;

публикациями Истца;

или настойчивостью Истца

не даёт им права добиваться prospective judicial suppression²¹ будущей речи или petitioning activity Истца.

Ответчики также не могут избежать применения doctrine of prior restraint²², merely²³ обозначая требуемые ограничения как «санкции», «управление litigation», «anti-vexatious relief» или «anti-filing injunctions».

Конституционный анализ зависит от практического действия меры, а не от её названия.

Если практический эффект требуемых мер состоит в ограничении будущей expressive activity и petitioning activity, направленной на вопросы общественного интереса, применяется strict scrutiny.

Конституционные проблемы additionally усиливаются тем обстоятельством, что challenged conduct Истца substantially²⁴ состоит из:

мониторинга судов;

деятельности по FOIL;

анализа публичных документов;

публикации комментариев;

синтеза процессуальной chronology;

критики поведения государства;

и litigation, направленного против государственных акторов.

Данная деятельность находится в самом ядре защиты Первой поправки.

Ответчики therefore стремятся не просто к обычным санкциям, а к prospective judicial suppression будущей расследовательской и petitioning activity журналиста и критика государства.

Подобная мера bears the hallmarks²⁵ unconstitutional prior restraint и therefore подлежит наиболее тяжёлой презумпции против конституционной действительности.

Сноски

¹ Chronology — хронология.

² Prospective judicial suppression — судебное подавление будущей деятельности.

³ Unconstitutional prior restraint — неконституционное предварительное ограничение речи.

⁴ Therefore — следовательно.

⁵ Additionally — дополнительно.

⁶ Challenged conduct — оспариваемое поведение.

⁷ Joinder of issue — стадия окончательного формирования спора посредством подачи ответа на иск.

⁸ Credibility — достоверность и убедительность показаний или позиции стороны.

⁹ Extraordinary prospective restrictions — чрезвычайные ограничения на будущую деятельность.

¹⁰ Factual rebuttal — фактическое опровержение.

¹¹ Reframing — риторическое переопределение.

¹² Undertaken in bad faith — осуществляемая недобросовестно.

¹³ Precisely mirrors — точно воспроизводит.

¹⁴ Press-freedom literature — литература о свободе прессы.

¹⁵ Supra — выше, ранее по тексту.

¹⁶ Instructive — особенно показательное и поучительное.

¹⁷ Coercive — принудительный.

¹⁸ Embarrassing — ставящий в неловкое положение, унизительный.

¹⁹ Uncomfortable criticism — неприятная критика.

²⁰ Injunctive power — полномочие суда выдавать injunctions.

²¹ Prospective judicial suppression — судебное подавление будущей деятельности.

²² Doctrine of prior restraint — доктрина предварительного ограничения речи.

²³ Merely — лишь, просто.

²⁴ Substantially — в значительной степени.

²⁵ Bears the hallmarks — обладает характерными признаками.

Ответчики неоднократно пытаются на протяжении своих motion papers¹ переопределить Истца не как журналиста и критика государства, заявляющего конституционные требования, а как: (1) одержимого; (2) преследующего; (3) «vexatious»²; (4) многословного; (5) действующего недобросовестно; (6) неправомерно «targeting»³ акторов округа; или (7) участвующего в институциональном саботаже как litigant⁴, — тем самым фактически стирая идентичность Истца как журналиста вообще, несмотря на то, что журналистская деятельность Истца составляет центральную фактическую и конституционную основу самих pleadings⁵.

Данное переопределение имеет конституционное значение.

Оно прямо утверждает репрессии против защищённой журналистской деятельности, расследовательской деятельности, публикационной деятельности, критики государственных акторов, анализа публичных документов, публикаций по вопросам общественного интереса и petitioning activity⁶, защищённой Первой поправкой.

Тем не менее motion practice Ответчиков repeatedly⁷ пытается отделить litigation activity⁸ Истца от журналистской и expressive conduct⁹, породившей сами требования, — и создать ложную инверсию expertise¹⁰: представить Истца, известного и признанного constitutional scholar¹¹ по вопросам Первой поправки, как vexatious и frivolous¹² pro se litigant¹³, одновременно implicitly¹⁴ продвигая Ответчика Amy Merklen — которая выполнила всю основную работу по юридической аргументации в Ходатайстве № 1 против требований Истца по Первой поправке — как эксперта в области, по которой она выступала, merely¹⁵ вследствие наличия действующей адвокатской лицензии и занятия должности County Attorney¹⁶ округа Делавэр.

Что касается specifically¹⁷ «многословия» — recurring preferred characterization¹⁸ counsel Ответчиков Mr. Miller — данный аргумент uniquely self-defeating¹⁹ в рамках процессуального положения, созданного самими Ответчиками.

Как показывают аргументы Истца и supporting exhibits²⁰, на которые уже ссылался Истец выше, единственным pleading, юридически действующим в настоящем деле в настоящее время, является Повестка с уведомлением, и Истец по-прежнему находится в пределах 120-дневного срока вручения, предусмотренного CPLR 306-b и применимого к данному pleading.

Это является противоположностью многословия.

Более того, позиция Истца на протяжении всего времени заключалась в том, что Ответчики могли бы simply²¹ позволить обычным процедурам вручения происходить в соответствии с CPLR. Если бы Ответчики ничего не делали и позволили предусмотренному законом сроку вручения истечь обычным образом, значительная часть нынешнего процессуального разрастания simply не существовала бы.

Вместо этого Ответчики и их counsel создали extraordinary procedural chaos²² посредством repeated premature and legally defective motion practice²³, включая motions²⁴, направленные против superseded pleadings²⁵, motions, основанные исключительно на affidavit вопреки Carr, repeated factual attacks²⁶, недопустимые по CPLR 3211(a)(7), repeated attempts²⁷ превратить pleading-stage review²⁸ в factual adjudication²⁹, и repeated sanctions applications³⁰, направленные против самой petitioning activity Истца, защищённой Конституцией.

Необходимость настоящего extensive memorandum of law³¹ therefore³² была создана не Истцом.

Она была создана решением Ответчиков добиваться extraordinary punitive and speech-restrictive relief³³ против litigant, заявляющего требования о репрессиях в нарушение Первой поправки против государственных акторов.

Ответчики добиваются не просто отклонения pleadings. Они добиваются findings of bad faith³⁴, sanctions³⁵, attorney-fee shifting³⁶, reputational condemnation³⁷ и prospective restrictions³⁸, направленных против продолжающейся litigation activity и petitioning activity Истца как таковых.

При таких обстоятельствах extensive constitutional and procedural briefing³⁹ не является доказательством «многословия». Оно представляет собой predictable consequence⁴⁰ собственной эскалации Ответчиками того, что otherwise⁴¹ могло бы остаться обычным процессуальным спором на стадии pleadings.

Это особенно верно там, где подобные меры запрашиваются через counsel, полностью aware⁴² того, что substantially similar⁴³ требования о репрессиях в нарушение Первой поправки survived dismissal⁴⁴ в деле Decker Advertising Inc. v. Delaware County, 765 F.Supp.3d 128 (N.D.N.Y. 2025), при значительно более demanding federal pleading standards⁴⁵, установленных Bell Atlantic Corp. v. Twombly, 550 U.S. 544 (2007), и Ashcroft v. Iqbal, 556 U.S. 662 (2009).

Сноски

¹ Motion papers — материалы процессуального ходатайства.

² Vexatious — злоупотребляющий судебным процессом, сутяжнический.

³ Targeting — целенаправленное преследование или выделение объекта атаки.

⁴ Litigant — участник судебного процесса.

⁵ Pleadings — состязательные процессуальные документы сторон.

⁶ Petitioning activity — деятельность по обращению к государству и судам с жалобами и требованиями.

⁷ Repeatedly — неоднократно.

⁸ Litigation activity — деятельность, связанная с судебным процессом.

⁹ Expressive conduct — поведение, выражающее мнения и подпадающее под защиту свободы слова.

¹⁰ Expertise — экспертность, профессиональная компетенция.

¹¹ Constitutional scholar — исследователь и специалист по конституционному праву.

¹² Frivolous — заведомо необоснованный.

¹³ Pro se litigant — лицо, представляющее себя в суде самостоятельно без адвоката.

¹⁴ Implicitly — косвенно, неявно.

¹⁵ Merely — лишь, просто.

¹⁶ County Attorney — окружной прокурор/юрист округа.

¹⁷ Specifically — конкретно.

¹⁸ Recurring preferred characterization — постоянно повторяющаяся предпочитаемая характеристика.

¹⁹ Uniquely self-defeating — саморазрушающийся по своей природе.

²⁰ Supporting exhibits — подтверждающие приложения.

²¹ Simply — просто.

²² Extraordinary procedural chaos — чрезвычайный процессуальный хаос.

²³ Repeated premature and legally defective motion practice — повторяющаяся преждевременная и юридически дефектная практика подачи ходатайств.

²⁴ Motions — процессуальные ходатайства.

²⁵ Superseded pleadings — pleadings, заменённые последующими редакциями.

²⁶ Repeated factual attacks — повторяющиеся фактические атаки.

²⁷ Repeated attempts — повторяющиеся попытки.

²⁸ Pleading-stage review — проверка достаточности pleadings до рассмотрения дела по существу.

²⁹ Factual adjudication — разрешение фактических вопросов по существу.

³⁰ Repeated sanctions applications — повторяющиеся заявления о санкциях.

³¹ Extensive memorandum of law — объёмный правовой меморандум.

³² Therefore — следовательно.

³³ Extraordinary punitive and speech-restrictive relief — чрезвычайные карательные и ограничивающие свободу слова меры.

³⁴ Findings of bad faith — выводы суда о недобросовестности.

³⁵ Sanctions — санкции.

³⁶ Attorney-fee shifting — возложение расходов на адвокатов другой стороны.

³⁷ Reputational condemnation — репутационное осуждение.

³⁸ Prospective restrictions — ограничения на будущую деятельность.

³⁹ Extensive constitutional and procedural briefing — объёмный конституционный и процессуальный брифинг.

⁴⁰ Predictable consequence — предсказуемое последствие.

⁴¹ Otherwise — в противном случае.

⁴² Aware — осведомлённого.

⁴³ Substantially similar — существенно аналогичные.

⁴⁴ Survived dismissal — пережили ходатайство об отклонении иска.

⁴⁵ Demanding federal pleading standards — более строгие федеральные стандарты pleadings.

Ответчики также знают, что федеральный суд в Decker признал, что критически важные доказательства относительно retaliatory motive¹, государственных коммуникаций, внутренних обсуждений и институционального поведения largely² оставались в исключительном владении Ответчиков и therefore³ не могли надлежащим образом разрешаться против plaintiffs⁴ на стадии pleadings до discovery.

Ответчики further⁵ знают, что после фактического начала discovery в Decker процесс породил extensive and prolonged discovery disputes⁶, repeated compelled judicial intervention⁷, repeated allegations of noncompliance⁸, forensic E-discovery proceedings⁹, споры относительно withheld information¹⁰ и внутренних коммуникаций, а также repeated judicial criticism¹¹ в отношении задержек и нарушений обязанностей по discovery compliance¹².

При таких обстоятельствах Ответчики не могут участвовать в conduct¹³, actionable¹⁴ согласно Первой поправке, а затем, после предъявления иска, создавать процессуальный хаос посредством агрессивной и punitive motion practice¹⁵ и afterwards¹⁶ ссылаться на resulting complexity¹⁷ конституционного response briefing¹⁸ Истца как supposedly¹⁹ доказательство того, что сам Истец является «многословным», «vexatious» или подлежащим санкциям.

Необходимость данного giant memorandum of law²⁰ была вызвана не Истцом, а extraordinary punitive measures²¹, ненадлежащим образом запрашиваемыми Ответчиками через их counsel Mr. Miller, seasoned constitutional lawyer²², который truly knows better²³.

Данное переопределение имеет конституционное значение, поскольку обычная расследовательская, watchdog и petitioning activity не может утратить защиту Первой поправки merely²⁴ потому, что государственным акторам не нравятся выводы, настойчивость, критика или тон говорящего.

Верховный суд неоднократно признавал, что речь по вопросам общественной жизни занимает «высшую ступень в иерархии ценностей Первой поправки». Connick, supra.

Аналогичным образом критика поведения государства находится в самом «ядре» защиты Первой поправки. New York Times Co. v. Sullivan, 376 U.S. 254, 270 (1964).

Второй округ недавно вновь подтвердил конституционную защиту public-oriented advocacy²⁵ и assistance activities²⁶ в деле Upsolve, Inc. v. James, 92 F.4th 103 (2d Cir. 2024).

Там суд постановил, что ограничения штата Нью-Йорк относительно unauthorized practice of law²⁷, применённые к proposed legal-advice program²⁸ организации Upsolve, вероятно нарушали Первую поправку, поскольку регулируемая деятельность представляла собой защищённую речь.

Второй округ подчеркнул, что государство не может подавлять защищённую expressive activity²⁹ merely посредством переопределения её как regulable conduct³⁰. Там же, стр. 118–24.

Данный принцип highly relevant³¹ здесь.

Ответчики repeatedly³² пытаются переопределить анализ публичных документов Истцом, процессуальную критику Истца, мониторинг litigation Истцом, публикационную деятельность Истца и расследовательскую настойчивость Истца как improper conduct³³, а не как защищённое выражение мнений.

Однако конституционный анализ зависит не от риторического переопределения Ответчиков, а от реальной природы рассматриваемой деятельности.

Здесь challenged activities³⁴ Истца overwhelmingly³⁵ состоят из речи, публикаций, комментариев, критики государственных акторов, petitioning activity, расследования публичных документов, мониторинга судов и распространения информации по вопросам общественного интереса.

Более того, структура заявлений Ответчиков strongly suggests³⁶ наличие viewpoint-based hostility³⁷, а не нейтрального процессуального регулирования.

Ответчики не merely³⁸ оспаривают отдельные процессуальные дефекты.

Напротив, Ответчики repeatedly подчёркивают критику Истцом акторов округа, настойчивость Истца, стиль публикаций Истца, «многословие» Истца, отказ Истца прекратить scrutiny и продолжающуюся publication and litigation activity³⁹ Истца относительно поведения государственных структур округа Делавэр.

Данная модель strongly suggests, что требуемые ограничения направлены не merely на управление процессом, а на подавление disfavored viewpoint⁴⁰ и disfavored criticism⁴¹ поведения государства.

Конституционные проблемы усиливаются тем обстоятельством, что требуемые меры направлены против одиночного журналиста-расследователя и критика государства, лишённого институциональной защиты, доступной крупным медиаорганизациям.

Сноски

¹ Retaliatory motive — мотив репрессии или мести.

² Largely — в значительной степени.

³ Therefore — следовательно.

⁴ Plaintiffs — истцов.

⁵ Further — далее.

⁶ Extensive and prolonged discovery disputes — масштабные и длительные споры по поводу раскрытия доказательств.

⁷ Repeated compelled judicial intervention — неоднократное вынужденное вмешательство суда.

⁸ Repeated allegations of noncompliance — неоднократные утверждения о несоблюдении обязанностей.

⁹ Forensic E-discovery proceedings — специализированные процедуры анализа электронных доказательств.

¹⁰ Withheld information — скрытая или удерживаемая информация.

¹¹ Repeated judicial criticism — неоднократная критика со стороны суда.

¹² Discovery compliance — соблюдение обязанностей по раскрытию доказательств.

¹³ Conduct — поведение.

¹⁴ Actionable — образующее основание для судебной ответственности.

¹⁵ Punitive motion practice — карательная практика подачи ходатайств.

¹⁶ Afterwards — впоследствии.

¹⁷ Resulting complexity — возникшая вследствие этого сложность.

¹⁸ Response briefing — письменный ответный брифинг.

¹⁹ Supposedly — якобы.

²⁰ Giant memorandum of law — гигантский правовой меморандум.

²¹ Extraordinary punitive measures — чрезвычайные карательные меры.

²² Seasoned constitutional lawyer — опытный юрист по конституционному праву.

²³ Truly knows better — прекрасно понимает неправомерность собственных действий.

²⁴ Merely — лишь.

²⁵ Public-oriented advocacy — общественно ориентированная advocacy-деятельность.

²⁶ Assistance activities — деятельность по оказанию помощи.

²⁷ Unauthorized practice of law — несанкционированное осуществление юридической практики.

²⁸ Proposed legal-advice program — предложенная программа юридических консультаций.

²⁹ Expressive activity — деятельность, выражающая мнения и подпадающая под защиту свободы слова.

³⁰ Regulable conduct — поведение, подлежащее государственному регулированию.

³¹ Highly relevant — крайне релевантен.

³² Repeatedly — неоднократно.

³³ Improper conduct — ненадлежащее поведение.

³⁴ Challenged activities — оспариваемые виды деятельности.

³⁵ Overwhelmingly — преимущественно.

³⁶ Strongly suggests — убедительно указывает.

³⁷ Viewpoint-based hostility — враждебность к определённой точке зрения.

³⁸ Merely — просто.

³⁹ Publication and litigation activity — публикационная и судебная деятельность.

⁴⁰ Disfavored viewpoint — неугодная точка зрения.

⁴¹ Disfavored criticism — неугодная критика.

Недавняя судебная практика additionally¹ отражает продолжающуюся конституционную враждебность к попыткам государства обременять защищённую речь посредством профессиональных, регуляторных или процессуальных механизмов, направленных против нежелательных точек зрения.

В деле Chiles v. Salazar, 602 U.S. ___ (2025), Верховный суд вновь подтвердил, что государство не может уклоняться от обычного scrutiny² по Первой поправке merely³ посредством переопределения регулирования речи как профессионального регулирования либо регулирования conduct⁴ там, где challenged restrictions⁵ направлены против самой communicative activity⁶.

Тот же принцип применяется и здесь.

Ответчики не могут избежать конституционного scrutiny, merely обозначая требуемые ограничения как «санкции», «anti-vexatious relief»⁷, «управление litigation»⁸ или «anti-filing injunctions»⁹, если практическим эффектом требуемых мер является обременение, сдерживание, подавление или выведение из строя защищённой expressive activity¹⁰ и petitioning activity¹¹, направленной против поведения государства и касающейся вопросов общественного интереса.

Более того, собственные motion papers¹² Ответчиков repeatedly¹³ демонстрируют враждебность не simply¹⁴ к процессуальному conduct, а к продолжающейся критике, расследованиям, публикациям и общественному scrutiny Истца как таковым.

Именно подобная конституционная опасность и запрещается doctrine of viewpoint discrimination¹⁵.

Первая поправка не позволяет государственным акторам selectively burden¹⁶ защищённую речь потому, что говорящий настойчив, непопулярен, резок, критичен по отношению к государству, institutionally inconvenient¹⁷ или politically disfavored¹⁸.

Государственные акторы также не вправе превращать обычную расследовательскую, watchdog и petitioning activity в поведение, подлежащее санкциям, merely посредством repeated characterization¹⁹ говорящего как vexatious²⁰, obsessive²¹, hostile²², troublesome²³ или dangerous²⁴.

Согласно Reed, Rosenberger, Upsolve и связанной с ними судебной практике, попытки государства imposing burdens²⁵, направленные против нежелательной речи, нежелательной критики или нежелательных точек зрения, подлежат strict scrutiny.

Ответчики не способны пройти данный стандарт на настоящем материале.

Требование Ответчиков о санкциях и anti-filing injunctions затрагивает одну из наиболее нежелательных доктрин американского конституционного права: prior restraint²⁶.

В Near v. Minnesota ex rel. Olson, 283 U.S. 697 (1931), Верховный суд признал недействительным закон штата, разрешавший injunctions²⁷ против allegedly scandalous or malicious publications²⁸.

Суд далее подчеркнул:

«Тот факт, что свободой прессы могут злоупотреблять недобросовестные распространители скандалов, не делает менее необходимым иммунитет прессы от предварительных ограничений при освещении неправомерного поведения должностных лиц». Там же, стр. 720.

Данный принцип применяется здесь напрямую.

Ответчики repeatedly пытаются представить журналистскую деятельность Истца, litigation activity, анализ публичных документов, процессуальный scrutiny и публикационную деятельность как vexatious, obsessive, malicious²⁹, abusive³⁰ или improper³¹.

Однако Near прямо отвергает предположение о том, что государственные акторы вправе подавлять будущее scrutiny merely потому, что они характеризуют говорящего как troublesome, scandalous³², persistent³³, hostile или наносящего ущерб институциональной репутации.

Конституционная проблема становится ещё серьёзнее там, где, как здесь, Ответчики добиваются ограничений, направленных не simply против одного filing³⁴ или отдельного высказывания, а против будущей способности Истца продолжать reviewing records³⁵, filing actions³⁶, monitoring proceedings³⁷, conducting public-record investigations³⁸, synthesizing chronology and institutional relationships³⁹ и engaging in continued criticism and scrutiny⁴⁰ государственных акторов.

Верховный суд вновь подтвердил extraordinary constitutional hostility⁴¹ к prior restraints в деле New York Times Co. v. United States, 403 U.S. 713 (1971), где Суд разъяснил:

Требуемые Ответчиками anti-filing injunctions функционируют precisely⁴² как механизм prior restraint, поскольку они стремятся установить prospective judicial restrictions⁴³ на будущую expressive activity и petitioning activity Истца, основываясь на характеристике Ответчиками настоящего и прошлого поведения Истца.

Сноски

¹ Additionally — дополнительно.

² Scrutiny — строгий конституционный анализ и контроль.

³ Merely — лишь.

⁴ Conduct — поведение.

⁵ Challenged restrictions — оспариваемые ограничения.

⁶ Communicative activity — деятельность, связанная с коммуникацией и выражением мнений.

⁷ Anti-vexatious relief — меры против allegedly злоупотребительного litigant.

⁸ Litigation management — управление судебным процессом.

⁹ Anti-filing injunctions — судебные запреты на дальнейшую подачу исков или документов.

¹⁰ Expressive activity — деятельность, выражающая мнения и подпадающая под защиту свободы слова.

¹¹ Petitioning activity — деятельность по обращению к государству и судам с требованиями и жалобами.

¹² Motion papers — материалы процессуального ходатайства.

¹³ Repeatedly — неоднократно.

¹⁴ Simply — просто.

¹⁵ Doctrine of viewpoint discrimination — доктрина дискриминации по признаку точки зрения.

¹⁶ Selectively burden — избирательно обременять.

¹⁷ Institutionally inconvenient — институционально неудобный.

¹⁸ Politically disfavored — политически нежелательный.

¹⁹ Repeated characterization — повторяющееся описание или клеймение.

²⁰ Vexatious — злоупотребляющий судебным процессом, сутяжнический.

²¹ Obsessive — одержимый.

²² Hostile — враждебный.

²³ Troublesome — создающий неудобства.

²⁴ Dangerous — опасный.

²⁵ Imposing burdens — наложение ограничений и обременений.

²⁶ Prior restraint — предварительное ограничение речи или публикации.

²⁷ Injunctions — судебные запреты или предписания.

²⁸ Allegedly scandalous or malicious publications — предположительно скандальные или злонамеренные публикации.

²⁹ Malicious — злонамеренный.

³⁰ Abusive — злоупотребительный.

³¹ Improper — ненадлежащий.

³² Scandalous — скандальный.

³³ Persistent — настойчивый.

³⁴ Filing — подача процессуального документа.

³⁵ Reviewing records — анализировать документы.

³⁶ Filing actions — подавать иски.

³⁷ Monitoring proceedings — наблюдать за процессами.

³⁸ Conducting public-record investigations — проводить расследования на основе публичных документов.

³⁹ Synthesizing chronology and institutional relationships — синтезировать хронологию и институциональные связи.

⁴⁰ Engaging in continued criticism and scrutiny — продолжать критику и scrutiny.

⁴¹ Extraordinary constitutional hostility — чрезвычайная конституционная враждебность.

⁴² Precisely — именно.

⁴³ Prospective judicial restrictions — судебные ограничения на будущую деятельность.

Конституционные проблемы additionally¹ усиливаются тем обстоятельством, что challenged conduct² Истца в существенной степени состоит из monitoring courts³, FOIL activity⁴, review of public records⁵, publication of commentary⁶, synthesis of procedural chronology⁷, criticism of governmental conduct⁸ и litigation challenging governmental actors⁹.

Данная деятельность находится в самом ядре защиты Первой поправки.

Ответчики therefore¹⁰ добиваются не simply ordinary sanctions¹¹, а prospective judicial suppression¹² будущей расследовательской и petitioning activity¹³ журналиста и критика государства.

Подобные меры bears the hallmarks¹⁴ unconstitutional prior restraint¹⁵ и therefore подпадают под наиболее тяжёлую презумпцию против конституционной действительности.

Требуемые ограничения additionally вызывают особое конституционное беспокойство потому, что они запрашиваются на стадии pleadings — до joinder of issue¹⁶, discovery, factual development¹⁷, credibility determinations¹⁸ или adjudication on the merits¹⁹.

Более того, Ответчики добиваются столь extraordinary prospective restrictions²⁰ одновременно:

(a) поддерживая существенные доказательства исключительно в собственном владении и под собственным контролем;

(b) пытаясь осуществлять factual rebuttal²¹ посредством affidavit, запрещённых Carr;

(d) repeatedly reframing²² обычную расследовательскую и litigation activity как supposedly obsessive²³, harassing²⁴, vexatious или undertaken in bad faith²⁵.

Данная структура mirrors precisely²⁶ модели репрессий и демонизации, документированные в anti-SLAPP и press-freedom literature²⁷, обсуждённой supra²⁸.

Решение Верховного суда по делу Organization for a Better Austin v. Keefe, 402 U.S. 415 (1971), является особенно instructive²⁹.

В том деле Суд признал недействительным injunction³⁰, запрещавший распространение литературы, критиковавшей агента по недвижимости.

Суд отверг аргумент о том, что allegedly coercive³¹, embarrassing³² или uncomfortable criticism³³ оправдывает prior restraint, и постановил:

Тот же принцип применяется и здесь.

Недовольство Ответчиков критикой Истца, расследованиями Истца, filings³⁵ Истца, анализом chronology, review of public records, публикациями Истца или настойчивостью Истца не даёт им права добиваться prospective judicial suppression будущей речи или petitioning activity Истца.

Ответчики также не могут избежать применения doctrine of prior restraint³⁶, merely³⁷ обозначая требуемые ограничения как «санкции», «litigation management»³⁸, «anti-vexatious relief» или «anti-filing injunctions».

Конституционный анализ зависит от practical operation³⁹ меры, а не от её названия.

Если practical effect⁴⁰ требуемых мер состоит в ограничении будущей expressive activity⁴¹ и petitioning activity, направленной на вопросы общественного интереса, применяется strict scrutiny.

Конституционные проблемы additionally усиливаются тем обстоятельством, что challenged conduct Истца substantially⁴² состоит из court monitoring⁴³, FOIL activity, review of public records, publication of commentary, synthesis of procedural chronology, criticism of governmental conduct и litigation challenging governmental actors.

Данная деятельность находится в самом ядре защиты Первой поправки.

Ответчики therefore стремятся не simply к ordinary sanctions, а к prospective judicial suppression будущей расследовательской и petitioning activity журналиста и критика государства.

Подобная мера bears the hallmarks unconstitutional prior restraint и therefore подлежит наиболее тяжёлой презумпции против конституционной действительности.

Сноски

¹ Additionally — дополнительно.

² Challenged conduct — оспариваемое поведение.

³ Monitoring courts / court monitoring — наблюдение за судебными процессами.

⁴ FOIL activity — деятельность по получению публичной информации в рамках Freedom of Information Law.

⁵ Review of public records — анализ публичных документов.

⁶ Publication of commentary — публикация комментариев.

⁷ Synthesis of procedural chronology — синтез процессуальной хронологии.

⁸ Criticism of governmental conduct — критика поведения государственных акторов.

⁹ Litigation challenging governmental actors — судебные процессы против государственных должностных лиц и органов.

¹⁰ Therefore — следовательно.

¹¹ Ordinary sanctions — обычные санкции.

¹² Prospective judicial suppression — судебное подавление будущей деятельности.

¹³ Petitioning activity — деятельность по обращению к государству и судам с жалобами и требованиями.

¹⁴ Bears the hallmarks — обладает характерными признаками.

¹⁵ Unconstitutional prior restraint — неконституционное предварительное ограничение речи.

¹⁶ Joinder of issue — стадия окончательного формирования спора посредством подачи ответа на иск.

¹⁷ Factual development — развитие фактической базы дела.

¹⁸ Credibility determinations — оценка достоверности и убедительности показаний и позиций сторон.

¹⁹ Adjudication on the merits — разрешение дела по существу.

²⁰ Extraordinary prospective restrictions — чрезвычайные ограничения на будущую деятельность.

²¹ Factual rebuttal — фактическое опровержение.

²² Repeatedly reframing — неоднократно переопределяя.

²³ Obsessive — одержимый.

²⁴ Harassing — преследующий, изматывающий.

²⁵ Undertaken in bad faith — осуществляемая недобросовестно.

²⁶ Mirrors precisely — точно воспроизводит.

²⁷ Press-freedom literature — литература о свободе прессы.

²⁸ Supra — выше по тексту.

²⁹ Instructive — особенно показательное и поучительное.

³⁰ Injunction — судебный запрет или предписание.

³¹ Coercive — принудительный.

³² Embarrassing — унизительный или ставящий в неловкое положение.

³³ Uncomfortable criticism — неприятная критика.

³⁴ Injunctive power — полномочие суда выдавать injunctions.

³⁵ Filings — процессуальные документы, поданные в суд.

³⁶ Doctrine of prior restraint — доктрина предварительного ограничения речи.

³⁷ Merely — лишь.

³⁸ Litigation management — управление судебным процессом.

³⁹ Practical operation — практическое действие меры.

⁴⁰ Practical effect — практический эффект.

⁴¹ Expressive activity — деятельность, выражающая мнения и подпадающая под защиту свободы слова.

⁴² Substantially — в значительной степени.

⁴³ Court monitoring — наблюдение за судебными процессами.

Ответчики additionally¹ знают, что once discovery actually commenced² в Decker, процесс породил extensive and prolonged discovery disputes³, repeated compelled judicial intervention⁴, repeated allegations of noncompliance⁵, forensic E-discovery proceedings⁶, споры относительно withheld information⁷ и внутренних коммуникаций, а также repeated judicial criticism⁸ относительно задержек и нарушений discovery compliance⁹.

Таким образом, Ответчики теперь пытаются сделать в суде штата precisely¹⁰ то, чего они не смогли добиться в федеральном суде: прекратить First Amendment retaliation claims¹¹ до factual development¹², одновременно характеризуя само существование этих требований как sanctionable¹³.

Данная позиция является especially extraordinary¹⁴ потому, что Ответчики одновременно пытаются представить Истца как конституционно некомпетентного и inherently frivolous¹⁵, одновременно скрывая recognised role¹⁶ Истца в major federal constitutional litigation¹⁷, касавшемся precisely тех же вопросов Первой поправки и регулирования адвокатской деятельности, которые затрагиваются и здесь.

В частности, Истец выступал в качестве Amicus Curiae¹⁸ в деле Upsolve, Inc. v. James, No. 22-1345 (2d Cir.), major constitutional challenge¹⁹ относительно режима регулирования unauthorized practice of law²⁰ в штате Нью-Йорк и Первой поправки.

Docket Второго округа по делу Upsolve отражал approximately twenty-five separate amicus participants or amicus groupings²¹, включая major institutional actors²², civil-rights organizations²³, law professors²⁴, empirical scholars²⁵, legal-services organizations²⁶ и access-to-justice groups²⁷.

Тем не менее resulting published Second Circuit decision²⁸ в деле Upsolve, Inc. v. James, No. 22-1345 (2d Cir., 2025), на своём лице идентифицировало лишь шесть amici²⁹:

A. Civil Legal Services Organizations, Consumer Law and Access-to-Justice Experts, and Civil Rights Organizations;

B. Tatiana Neroni, Pro Se;

C. Responsive Law;

D. The NAACP and The NAACP New York State Conference;

E. Professor Rebecca L. Sandefur and 22 Empirical Scholars;

F. National Center for Access to Justice.

Среди лиц, specifically identified by name³⁰ на лице опубликованного федерального апелляционного решения, значилось:

«Tatiana Neroni, pro se, Georgetown, SC, for Amicus Curiae Tatiana Neroni in support of Plaintiffs-Appellees».

Данный факт extraordinary³¹ в данном контексте.

Истец выступал:

pro se;

без institutional sponsorship³²;

без affiliation with any law firm³³;

при этом openly disclosing³⁴ в самом amicus brief³⁵ историю дисциплинарного производства и suspension³⁶ Истца в штате Нью-Йорк;

и при этом прямо представляя себя Суду как:

«ЭКСПЕРТ ПО CONSUMER LAW³⁷, КОНСТИТУЦИОННЫМ ВОПРОСАМ РЕГУЛИРОВАНИЯ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И УГОЛОВНОМУ ПРАВУ ШТАТА НЬЮ-ЙОРК».

Upsolve, Inc. v. James, No. 22-1345 (2d Cir.), ECF Doc. No. 282, подан 21 мая 2024 года, стр. 1.

Сам amicus brief openly discussed³⁸ дисциплинарную историю Истца, включая Matter of Neroni, 135 A.D.3d 97 (4th Dept. 2015), — дело, совершенно не относящееся к merits³⁹ требований Истца в настоящем деле.

Таким образом, история suspension Истца не скрывалась от Второго округа.

Напротив, Истец affirmatively disclosed⁴⁰ её, одновременно будучи accepted by the Court as an amicus participant⁴¹, specifically advancing constitutional analysis⁴² относительно:

First Amendment implications⁴³ регулирования адвокатской деятельности;

constitutional regulation of legal speech⁴⁴;

governmental control of advocacy⁴⁵;

due process limitations⁴⁶ систем регулирования адвокатуры;

и constitutional scrutiny⁴⁷, применимого к регулированию юридических консультаций.

Противоречие в позиции Ответчиков therefore stark⁴⁸.

Ответчики просят настоящий Суд рассматривать Истца как inherently vexatious⁴⁹ и конституционно frivolous precisely по тем же вопросам Первой поправки и регулирования адвокатуры, по которым:

Истец был принят как amicus participant в major Second Circuit constitutional appeal⁵⁰;

история suspension Истца была openly disclosed федеральному апелляционному суду;

Истец nevertheless⁵¹ был указан по имени на лице опубликованного решения Второго округа;

и Второй округ напрямую рассматривал constitutional terrain⁵², на котором сосредоточены scholarship⁵³ и briefing Истца.

Сноски

¹ Additionally — дополнительно.

² Once discovery actually commenced — после фактического начала процедуры раскрытия доказательств.

³ Extensive and prolonged discovery disputes — масштабные и длительные споры по поводу раскрытия доказательств.

⁴ Repeated compelled judicial intervention — неоднократное вынужденное вмешательство суда.

⁵ Repeated allegations of noncompliance — неоднократные утверждения о несоблюдении обязанностей.

⁶ Forensic E-discovery proceedings — специализированные процедуры анализа электронных доказательств.

⁷ Withheld information — скрытая или удерживаемая информация.

⁸ Repeated judicial criticism — неоднократная критика со стороны суда.

⁹ Discovery compliance — соблюдение обязанностей по раскрытию доказательств.

¹⁰ Precisely — именно.

¹¹ First Amendment retaliation claims — требования о репрессиях в нарушение Первой поправки.

¹² Factual development — развитие фактической базы дела.

¹³ Sanctionable — подлежащий санкциям.

¹⁴ Especially extraordinary — особенно необычной.

¹⁵ Inherently frivolous — заведомо необоснованным по своей природе.

¹⁶ Recognised role — признанная роль.

¹⁷ Major federal constitutional litigation — крупный федеральный конституционный процесс.

¹⁸ Amicus Curiae — «друг суда», лицо или организация, представляющие суду правовую позицию без статуса стороны.

¹⁹ Major constitutional challenge — крупное конституционное оспаривание.

²⁰ Unauthorized practice of law — несанкционированное осуществление юридической практики.

²¹ Approximately twenty-five separate amicus participants or amicus groupings — примерно двадцать пять отдельных amici или групп amici.

²² Major institutional actors — крупные институциональные участники.

²³ Civil-rights organizations — правозащитные организации.

²⁴ Law professors — профессора права.

²⁵ Empirical scholars — исследователи, работающие с эмпирическими методами.

²⁶ Legal-services organizations — организации, предоставляющие юридическую помощь.

²⁷ Access-to-justice groups — организации, занимающиеся обеспечением доступа к правосудию.

²⁸ Resulting published Second Circuit decision — итоговое опубликованное решение Второго округа.

²⁹ Amici — множественное число от amicus curiae.

³⁰ Specifically identified by name — специально указанные по имени.

³¹ Extraordinary — чрезвычайный, исключительный.

³² Institutional sponsorship — институциональная поддержка.

³³ Affiliation with any law firm — принадлежность к какой-либо юридической фирме.

³⁴ Openly disclosing — открыто раскрывая.

³⁵ Amicus brief — письменная позиция amicus curiae.

³⁶ Suspension — приостановление адвокатской лицензии.

³⁷ Consumer law — право защиты потребителей.

³⁸ Openly discussed — открыто обсуждал.

³⁹ Merits — существо требований.

⁴⁰ Affirmatively disclosed — специально и прямо раскрыл.

⁴¹ Accepted by the Court as an amicus participant — принят судом в качестве участника amicus curiae.

⁴² Specifically advancing constitutional analysis — специально представляя конституционный анализ.

⁴³ First Amendment implications — последствия и аспекты, связанные с Первой поправкой.

⁴⁴ Constitutional regulation of legal speech — конституционные аспекты регулирования юридической речи.

⁴⁵ Governmental control of advocacy — государственный контроль над advocacy-деятельностью.

⁴⁶ Due process limitations — ограничения, вытекающие из due process.

⁴⁷ Constitutional scrutiny — конституционный контроль.

⁴⁸ Stark — резкое, очевидное.

⁴⁹ Inherently vexatious — злоупотребительным по своей природе.

⁵⁰ Major Second Circuit constitutional appeal — крупная конституционная апелляция во Втором округе.

⁵¹ Nevertheless — тем не менее.

⁵² Constitutional terrain — конституционная область, конституционная проблематика.

⁵³ Scholarship — научные исследования и публикации.

Данное противоречие становится ещё более значительным при сопоставлении его с собственными sworn federal deposition testimony¹ Ответчика Мерклен относительно её признанного отсутствия знакомства с базовой доктриной Первой поправки.

В деле Decker Advertising Inc. v. Delaware County, New York, et al., No. 3:23-cv-01531-AMN-ML (N.D.N.Y.), Ответчик Amy Merklen под присягой показала, что она не занимается federal or First Amendment law² и никогда не слышала о New York Times Co. v. Sullivan, 376 U.S. 254 (1964), одном из foundational constitutional decisions³, регулирующих критику государственных акторов и публичных должностных лиц. Decker Advertising Inc. v. Delaware County, New York, et al., No. 3:23-cv-01531-AMN-ML (N.D.N.Y.), ECF Doc. No. 246-14 at 82:11; 84:8-9; 86:20-24.

Тем не менее despite⁴ данные sworn admissions⁵ Ответчики теперь пытаются implicitly⁶ представить Ответчика Мерклен как authoritative constitutional voice⁷ в настоящем процессе, одновременно изображая constitutional analysis⁸ Истца как frivolous, irrational⁹ или vexatious.

Данная инверсия deeply misleading¹⁰.

Фактический конституционный record¹¹ показывает, что именно Истец — а не Ответчик Мерклен — публично функционировал как commentator¹², scholar¹³ и appellate amicus¹⁴ по вопросам конституционного регулирования адвокатской деятельности, государственного регулирования юридической речи и ограничений, налагаемых Первой поправкой на государственную власть.

Процессуальное положение additionally¹⁵ является уникальным потому, что тот же Justice¹⁶, который в настоящее время рассматривает настоящее дело, одновременно назначен и по делу Neroni v Mole, EF2024-880, и заслушивал oral argument¹⁷ в Neroni v Mole в тот же motion calendar¹⁸ и в тот же день, что и разбирательство по настоящему делу.

Таким образом, Ответчики не могут plausibly claim¹⁹, что Суду неизвестен broader constitutional and factual context²⁰ аргументов Истца.

Суд уже был ознакомлен в рамках contemporaneous proceedings²¹ с:

sworn factual disclosures²² Истца в Neroni v Mole, EF2024-880, NYSCEF Doc. 58;

конституционными аргументами Истца относительно репрессий и регулирования адвокатской деятельности;

получением Ответчиками через NYSCEF amicus materials²³ Истца по делу Upsolve;

и аргументами Истца относительно её нынешней constitutional scholarship²⁴ и litigation activities²⁵.

Данное overlap²⁶ materially heightens²⁷ значение omissions²⁸ Ответчиков.

Согласно Carr v. Wegmans Food Markets, Inc., 182 A.D.3d 667 (3d Dept. 2020), inquiry²⁹ Суда по ходатайству согласно CPLR 3211(a)(7) должен быть pleading-focused³⁰ и identity-blind³¹.

Суд обязан предполагать factual allegations³² Истца истинными и определять лишь то, образуют ли изложенные факты cognizable cause of action³³.

Carr не разрешает Ответчикам превращать pleading-stage motion³⁴ в reputational referendum³⁵ относительно личности истца, особенно посредством false and selectively incomplete characterizations³⁶, стирающих идентичность Истца как журналиста и как constitutional scholar по тому самому конституционному предмету, относительно которого Ответчик Мерклен недавно под присягой показала, что она не обладает ни знаниями, ни expertise³⁷.

Carr также не позволяет Ответчикам обходить constitutional and procedural analysis³⁸ посредством замены его selective character framing³⁹, incomplete biography⁴⁰, disciplinary-history rhetoric⁴¹ и generalized accusations of vexatiousness⁴², не связанных с actual pleading standard⁴³, регулирующим CPLR 3211(a)(7).

Более того, ненадлежащий характер подобного поведения становится особенно очевидным здесь, поскольку Ответчики selectively present⁴⁴ лишь те аспекты истории Истца, которые, как они полагают, prejudicial⁴⁵, одновременно скрывая equally material contextual facts⁴⁶, непосредственно undermining⁴⁷ framing Ответчиков.

Именно такой extra-record reputational weighing⁴⁸ и factual contamination⁴⁹ Carr запрещает на стадии pleadings.

Вопрос, стоящий перед Судом, не заключается в том, нравятся ли Ответчикам действия Истца, участвовал ли Истец ранее в contentious litigation⁵⁰, aggressively criticizes governmental actors⁵¹ ли Истец или считают ли Ответчики Истца institutionally inconvenient⁵².

Вопрос заключается в том, образуют ли изложенные allegations⁵³, assumed true⁵⁴, cognizable constitutional and statutory claims⁵⁵.

Repeated effort⁵⁶ Ответчиков заменить данный inquiry selective identity framing⁵⁷ при одновременном сокрытии directly contrary contextual information⁵⁸ materially reinforces⁵⁹ утверждение Истца о том, что Ответчики стремятся circumvent⁶⁰ pleading-stage restrictions⁶¹ Carr посредством reputational contamination⁶², а не посредством legally cognizable CPLR 3211(a)(7) analysis⁶³.

Сноски

¹ Sworn federal deposition testimony — показания, данные под присягой в федеральном deposition.

² Federal or First Amendment law — федеральное право или право Первой поправки.

³ Foundational constitutional decisions — основополагающие конституционные решения.

⁴ Despite — несмотря на.

⁵ Sworn admissions — признания, сделанные под присягой.

⁶ Implicitly — косвенно, неявно.

⁷ Authoritative constitutional voice — авторитетный голос по вопросам конституционного права.

⁸ Constitutional analysis — конституционный анализ.

⁹ Irrational — иррациональный.

¹⁰ Deeply misleading — глубоко вводящая в заблуждение.

¹¹ Record — совокупность материалов и данных дела.

¹² Commentator — комментатор.

¹³ Scholar — исследователь, учёный.

¹⁴ Appellate amicus — amicus curiae в апелляционном суде.

¹⁵ Additionally — дополнительно.

¹⁶ Justice — судья Верховного суда штата Нью-Йорк.

¹⁷ Oral argument — устные прения.

¹⁸ Motion calendar — календарь рассмотрения ходатайств.

¹⁹ Plausibly claim — правдоподобно утверждать.

²⁰ Broader constitutional and factual context — более широкий конституционный и фактический контекст.

²¹ Contemporaneous proceedings — параллельные или происходящие одновременно процессы.

²² Sworn factual disclosures — фактические раскрытия под присягой.

²³ Amicus materials — материалы amicus curiae.

²⁴ Constitutional scholarship — научные исследования по конституционному праву.

²⁵ Litigation activities — деятельность, связанная с судебными процессами.

²⁶ Overlap — пересечение.

²⁷ Materially heightens — существенно усиливает.

²⁸ Omissions — умолчания, сокрытие информации.

²⁹ Inquiry — анализ, рассмотрение.

³⁰ Pleading-focused — сосредоточенный исключительно на pleadings.

³¹ Identity-blind — нейтральный по отношению к личности стороны.

³² Factual allegations — фактические утверждения.

³³ Cognizable cause of action — юридически признаваемое основание иска.

³⁴ Pleading-stage motion — ходатайство на стадии pleadings.

³⁵ Reputational referendum — фактическое голосование относительно репутации лица.

³⁶ False and selectively incomplete characterizations — ложные и выборочно неполные характеристики.

³⁷ Expertise — профессиональная компетенция.

³⁸ Constitutional and procedural analysis — конституционный и процессуальный анализ.

³⁹ Selective character framing — выборочное представление личности.

⁴⁰ Incomplete biography — неполная биографическая картина.

⁴¹ Disciplinary-history rhetoric — риторика, основанная на дисциплинарной истории.

⁴² Generalized accusations of vexatiousness — общие обвинения в злоупотребительном поведении.

⁴³ Actual pleading standard — действительный стандарт оценки pleadings.

⁴⁴ Selectively present — выборочно представлять.

⁴⁵ Prejudicial — способный вызвать предубеждение.

⁴⁶ Equally material contextual facts — столь же существенные контекстуальные факты.

⁴⁷ Undermining — подрывающие.

⁴⁸ Extra-record reputational weighing — оценка репутации на основании материалов вне record.

⁴⁹ Factual contamination — загрязнение фактического анализа посторонними факторами.

⁵⁰ Contentious litigation — конфликтные, ожесточённые судебные процессы.

⁵¹ Aggressively criticizes governmental actors — резко критикует государственных акторов.

⁵² Institutionally inconvenient — институционально неудобным.

⁵³ Allegations — утверждения.

⁵⁴ Assumed true — предполагаемые истинными.

⁵⁵ Cognizable constitutional and statutory claims — юридически признаваемые конституционные и statutory требования.

⁵⁶ Repeated effort — повторяющаяся попытка.

⁵⁷ Selective identity framing — выборочное конструирование идентичности.

⁵⁸ Directly contrary contextual information — прямо противоположная контекстуальная информация.

⁵⁹ Materially reinforces — существенно усиливает.

⁶⁰ Circumvent — обходить.

⁶¹ Pleading-stage restrictions — ограничения, действующие на стадии pleadings.

⁶² Reputational contamination — репутационное загрязнение.

⁶³ Legally cognizable CPLR 3211(a)(7) analysis — юридически допустимый анализ по CPLR 3211(a)(7).

Действительно, опубликованная constitutional scholarship¹ Истца (на Academia.edu) включает, inter alia², следующие работы на двух языках — русском и английском; русские названия приводятся здесь в переводе:

№ 1. Tatiana Neroni, «Обзор регулирования юридической практики в Соединённых Штатах: как действует абсолютная монополия на рынке юридических услуг», Academia.edu (2017) (на русском языке).

Предмет исследования: конституционная критика монополии адвокатуры, occupational licensing³, судебного регулирования адвокатской деятельности и барьеров доступа к судам в Соединённых Штатах.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 2. Tatiana Neroni, «О планируемой роли российской адвокатуры Министерством юстиции России при переводе крупного российского бизнеса в российские суды», Academia.edu (2018) (на русском языке).

Предмет исследования: сравнительный конституционный анализ структур адвокатской монополии, коммерческой юрисдикции и государственного контроля над судебными системами.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 3. Tatiana Neroni, «Факторы качества российской юрисдикции», Academia.edu (2018) (на русском языке).

Предмет исследования: структурный конституционный анализ уголовного процесса, судебной независимости и институциональной легитимности.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 4. Tatiana Neroni, «Факторы качества российской юрисдикции: экстерриториальная юрисдикция российских судов и особенности её применения», Academia.edu (2018).

Предмет исследования: сравнительная уголовная юрисдикция, конфликты суверенитета и конституционные последствия транснациональных механизмов правоприменения.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 5. Tatiana Neroni, «Заявленные основания судебной власти регулировать американскую юридическую профессию и противоречия правоприменения заявленным целям регулирования адвокатской деятельности», Academia.edu (2018).

Предмет исследования: конституционная структура регулирования адвокатской деятельности, судебное саморегулирование, дисциплинарные производства в отношении адвокатов и последствия регулирования адвокатуры для Первой поправки.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 6. Tatiana Neroni, «Отсутствие защиты прав человека для американцев внутри Соединённых Штатов: выхолощенные statutory remedies⁴, выхолощенные международные договоры о правах человека и что следует делать для борьбы с нарушениями прав человека в США» (2018).

Предмет исследования: конституционные средства защиты, исполнение международных договоров, doctrines of immunity⁵ и сравнительный анализ прав человека.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 7. Tatiana Neroni, «Отсутствие эффективных средств правовой защиты для американцев при нарушениях прав человека на территории США», Academia.edu (2018).

Предмет исследования: конституционные средства защиты, процессуальные барьеры, доктрины федеральной юрисдикции и международные механизмы защиты прав человека.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 8. Tatiana Neroni, «Вооружая Голиафов и подставляя Давидов: о необходимости законодательного введения subpoena⁶ защиты и допросов защитой в уголовном процессе», Academia.edu (2019) (на русском и английском языках).

Предмет исследования: сравнительный уголовный процесс, асимметрия полномочий обвинения, права защиты и конституционные гарантии уголовного процесса.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 9. Tatiana Neroni, «Как штат Нью-Йорк подорвал легитимность всех уголовных приговоров по делам о felony⁷, основанных на indictments⁸ grand jury⁹», Academia.edu (2019).

Предмет исследования: конституционная критика структуры grand jury в штате Нью-Йорк и участия суда в процедурах предъявления обвинений.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 10. Tatiana Neroni, «Неужели американская юридическая профессия настолько лишена чести, что нуждается в регулировании?», Academia.edu (2019).

Предмет исследования: конституционные ограничения occupational licensing и регулирования адвокатской деятельности.

Конституционная сложность: высокая.

№ 11. Tatiana Neroni, «О неконституционности регулирования “юридической практики” в Соединённых Штатах — это очевидно», Academia.edu (2019).

Предмет исследования: doctrine of vagueness¹⁰ и последствия для due process¹¹ неопределённого понятия «practice of law»¹².

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 12. Tatiana Neroni, «Принудительный труд адвокатов в Соединённых Штатах», Academia.edu (2019) (на русском языке).

Предмет исследования: конституционные возражения против принудительного труда и обязательного pro bono¹³.

Конституционная сложность: высокая.

№ 13. Tatiana Neroni, «Гарантирует ли адвокатская лицензия в Соединённых Штатах и штате Нью-Йорк качество юридических услуг?», Academia.edu (2020).

Предмет исследования: эмпирическая и конституционная критика систем лицензирования адвокатов.

Конституционная сложность: высокая.

№ 14. Tatiana Neroni, «О конституционности государственного регулирования представителей оппонентов государства в судах Соединённых Штатов», Academia.edu (2020).

Предмет исследования: конституционные последствия регулирования адвокатов, выступающих против государства.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 15. Tatiana Neroni, «Полномочие судов по наказанию за неуважение к суду в уголовных и гражданских судах и то, как оно используется в делах о пренебрежении детьми и жестоком обращении с детьми в судах по семейным делам штата Нью-Йорк», Academia.edu (2020).

Предмет исследования: constitutional due process¹⁴, contempt doctrine¹⁵ и процедура Family Court¹⁶.

Конституционная сложность: очень высокая.

Сноски

¹ Constitutional scholarship — научные исследования и публикации по конституционному праву.

² Inter alia — среди прочего.

³ Occupational licensing — государственное лицензирование профессий.

⁴ Statutory remedies — средства защиты, предусмотренные законом.

⁵ Doctrines of immunity — доктрины иммунитета.

⁶ Subpoena — судебная повестка или приказ о предоставлении доказательств.

⁷ Felony — тяжкое уголовное преступление.

⁸ Indictments — обвинительные заключения.

⁹ Grand jury — большое жюри.

¹⁰ Doctrine of vagueness — доктрина недопустимой неопределённости закона.

¹¹ Due process — надлежащая правовая процедура.

¹² Practice of law — осуществление юридической практики.

¹³ Pro bono — бесплатная юридическая помощь.

¹⁴ Constitutional due process — конституционная гарантия надлежащей правовой процедуры.

¹⁵ Contempt doctrine — доктрина ответственности за неуважение к суду.

¹⁶ Family Court — суд по семейным делам.

№ 16. Tatiana Neroni, «Правило кислородной маски: уголовно-правовые аспекты “гражданских” дел о жестоком обращении с детьми и пренебрежении обязанностями в судах по семейным делам штата Нью-Йорк», Academia.edu (2020) (фрагменты книги, опубликованной на Amazon.com в 2018 году).

Предмет исследования: конституционные гарантии уголовного процесса и принудительное вмешательство государства в процессы Family Court¹.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 17. Tatiana Neroni, «Отрицание права в регулировании американских адвокатов и потенциал регуляторной системы для политических репрессий против неугодных адвокатов», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: дисциплинарная система адвокатуры как механизм политических репрессий.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 18. Tatiana Neroni, «Является ли лишение адвокатской лицензии в штате Нью-Йорк (США) судебным производством?», Academia.edu (2021).

Предмет исследования: due process², судебная нейтральность и институциональная структура дисциплинарных производств в отношении адвокатов.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 19. Tatiana Neroni, «Дело Джулиани: основание для регулирования политической речи адвоката было сфабриковано судом», Academia.edu (2021).

Предмет исследования: регулирование политической речи адвокатов в рамках Первой поправки.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 20. TatianaNeroni, «Фабрикация № 2 в деле Джулиани — суд штата Нью-Йорк исказил материалы федерального судебного разбирательства, чтобы наказать Джулиани, и стал соучастником преступников, угрожавших адвокатам Трампа смертью», Academia.edu (2021).

Предмет исследования: анализ доказательств, дисциплинарное регулирование адвокатуры и вопросы политических репрессий.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 21. Tatiana Neroni, «Ложные основания юрисдикции дисциплинарного суда в деле Руди Джулиани», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: doctrine of “officer of the court”³, судебная власть и конституционные пределы дисциплинарной юрисдикции.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 22. Tatiana Neroni, «Законодательное требование политической смерти для лишённых адвокатского статуса юристов в штате Нью-Йорк под угрозой уголовного наказания как инструмент, подрывающий демократию в Соединённых Штатах», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: криминализация речи адвокатов с приостановленной лицензией и её последствия для демократии.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 23. Tatiana Neroni, «Об официальном методе давления на суд, использованном демократами штата Нью-Йорк в деле Джулиани», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: институциональные механизмы давления на суд и судебная независимость.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 24. Tatiana Neroni, «Средневековая английская королевская привилегия, на которую ссылаются американские суды для регулирования американских адвокатов», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: историческая и конституционная критика регулирования адвокатской деятельности.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 25. Tatiana Neroni, «О нарушении стандарта summary judgment⁴ в деле Джулиани», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: constitutional due process и стандарты summary adjudication⁵ в дисциплинарных процессах в отношении адвокатов.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 26. Tatiana Neroni, «Является ли лишение адвокатской лицензии в штате Нью-Йорк уголовным производством?», Academia.edu (2021).

Предмет исследования: doctrine of punitive sanctions⁶ и конституционный уголовный процесс.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

№ 27. Tatiana Neroni, «Штат Нью-Йорк не вправе регулировать Джулиани (или иных адвокатов), поскольку законодатель никогда ясно не определил, что именно он регулирует, регулируя “юридическую практику”», Academia.edu (2021).

Предмет исследования: doctrine of vagueness⁷ и конституционные принципы надлежащего уведомления.

Конституционная сложность: высокая.

№ 28. Tatiana Neroni, «Штат Нью-Йорк не вправе регулировать Джулиани (или иных адвокатов), поскольку никогда не устанавливал, что адвокаты являются профессией, требующей регулирования для предотвращения широкомасштабного вреда», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: police powers doctrine⁸ и конституционные ограничения профессионального регулирования.

Конституционная сложность: высокая.

№ 29. Tatiana Neroni, «Ещё одна фабрикация в деле Джулиани: двойной процесс “ducking-stool”⁹», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: исторические аналогии и процессуальная критика coercive disciplinary mechanisms¹⁰.

Конституционная сложность: высокая.

№ 30. Tatiana Neroni, «Штат Нью-Йорк не вправе регулировать Джулиани, поскольку суды по лишению адвокатских лицензий официально слились с прокуратурой», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: совмещение prosecutorial and adjudicative functions¹¹ и судебная нейтральность.

Конституционная сложность: высокая.

№ 31. Tatiana Neroni, «Каждое решение о лишении адвокатской лицензии в Соединённых Штатах является ничтожным, поскольку принимается объединёнными судебно-прокурорскими органами», Academia.edu (2021).

Предмет исследования: структурная конституционная критика дисциплинарных систем адвокатуры по всей стране.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

Сноски

¹ Family Court — суд по семейным делам.

² Due process — надлежащая правовая процедура.

³ Doctrine of “officer of the court” — доктрина, рассматривающая адвоката как «должностное лицо суда».

⁴ Summary judgment — разрешение дела без полноценного судебного разбирательства при отсутствии, по мнению суда, спора о существенных фактах.

⁵ Summary adjudication — ускоренное разрешение спора без полноценного рассмотрения доказательств.

⁶ Doctrine of punitive sanctions — доктрина карательных санкций.

⁷ Doctrine of vagueness — доктрина недопустимой неопределённости закона.

⁸ Police powers doctrine — доктрина полицейских полномочий государства по регулированию в общественных интересах.

⁹ Ducking stool — средневековое публичное унизительное наказание посредством окунания в воду.

¹⁰ Coercive disciplinary mechanisms — принудительные дисциплинарные механизмы.

¹¹ Prosecutorial and adjudicative functions — обвинительные и судебные функции.

№ 33. Tatiana Neroni, «О необходимости срочного введения законодательного промежуточного пересмотра и sunset-review¹ неконституционных практик регулирования адвокатской деятельности апелляционными судами штата Нью-Йорк», Academia.edu (2021).

Предмет исследования: constitutional oversight theory², judicial accountability³ и законодательная реформа.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 34. Tatiana Neroni, «Автоматическое лишение статуса адвоката в штате Нью-Йорк после осуждения за felony⁴ исключает любое дополнительное наказание», Academia.edu (2021) (на русском языке).

Предмет исследования: doctrine of double punishment⁵ и пересечение уголовных санкций с дисциплинарным регулированием профессии.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 35. Tatiana Neroni, «Без иллюзий и эффективного права на представительство: о политической дискриминации и политической предвзятости при рассмотрении жалоб по правам человека в ООН», Academia.edu (2024) (на русском языке).

Предмет исследования: процедуры ООН, права на представительство, институциональная нейтральность и сравнительное международное litigation⁶ в сфере прав человека.

Конституционная сложность: очень высокая.

№ 36. Tatiana Neroni, «Отказ Апелляционного суда штата Нью-Йорк в рассмотрении конституционных апелляций по праву», Academia.edu (2026).

Предмет исследования: constitutional appellate jurisdiction⁷, institutional filtering doctrines⁸ и структурные механизмы судебной самозащиты.

Конституционная сложность: чрезвычайно высокая.

Фактический конституционный record⁹ показывает, что именно Истец — а не Ответчик Мерклен — публично функционировал как commentator¹⁰, scholar¹¹ и appellate amicus¹² по вопросам конституционного регулирования адвокатской деятельности, государственного регулирования юридической речи и ограничений, налагаемых Первой поправкой на государственную власть.

Данный record не является speculative¹³ или merely self-proclaimed¹⁴.

Публично доступная constitutional scholarship Истца охватывает годы и затрагивает precisely¹⁵ ту же constitutional terrain¹⁶, которая затрагивается и настоящим litigation, включая:

First Amendment implications¹⁷ регулирования адвокатской деятельности;

конституционные пределы государственного регулирования юридической речи;

doctrine of vagueness¹⁸;

due process limitations¹⁹ дисциплинарных систем адвокатуры;

политические репрессии посредством регулирования адвокатской деятельности;

content-based and viewpoint-based regulation of speech²⁰;

конституционную структуру регулирования адвокатуры;

конституционные ограничения occupational licensing²¹;

и конституционные последствия государственного контроля над advocacy²² и критикой.

Более того, Истец отмечает, что despite extensive public searching²³ со стороны Истца, Истец не обнаружил в публичном пространстве comparable constitutional scholarship²⁴ со стороны Ответчика Мерклен, Mr. Miller или Mr. Rase по вопросам:

First Amendment implications регулирования адвокатской деятельности;

конституционных ограничений государственного регулирования юридической речи;

конституционной структуры дисциплинарных систем адвокатуры;

doctrine of vagueness в регулировании адвокатской деятельности;

конституционных последствий государственного контроля над advocacy;

политических репрессий посредством дисциплинарного регулирования адвокатуры;

content-based and viewpoint-based regulation of attorney speech²⁵;

или конституционных ограничений систем occupational licensing.

Истец также не обнаружил publicly available constitutional scholarship²⁶ указанных адвокатов, remotely comparable²⁷ по объёму, специализации, историческому охвату, глубине сравнительного конституционного анализа или sustained focus²⁸ на вопросах Первой поправки и регулирования адвокатской деятельности.

Данное замечание не представляется как personal disparagement²⁹.

Напротив, оно directly responsive³⁰ repeated effort Ответчиков создать перед настоящим Судом false constitutional hierarchy³¹, в рамках которой institutional status³² Ответчика Мерклен как County Attorney implicitly invoked³³ для создания презумпции конституционной expertise³⁴, тогда как собственная документированная constitutional scholarship Истца и федеральное appellate amicus participation³⁵ Истца affirmative erased³⁶ из представления Ответчиками фактов.

Объективный public record³⁷ instead³⁸ отражает обратное.

Как сама Ответчик Мерклен признала под присягой в федеральном процессе, она:

не занимается First Amendment law;

не работает в данной области;

и никогда не слышала о New York Times Co. v. Sullivan, 376 U.S. 254 (1964), одном из foundational constitutional decisions³⁹, регулирующих критику государственных акторов и публичных должностных лиц.

Decker Advertising Inc. v. Delaware County, New York, et al., No. 3:23-cv-01531-AMN-ML (N.D.N.Y.), ECF Doc. No. 246-14 at 82:11; 84:8-9; 86:20-24.

В противоположность этому publicly documented constitutional scholarship⁴⁰ Истца охватывает годы и specifically addresses⁴¹:

регулирование речи адвокатов в рамках Первой поправки;

конституционные ограничения дисциплинарных систем адвокатуры;

государственное регулирование юридической advocacy;

doctrine of vagueness;

due process limitations occupational licensing;

политические репрессии посредством регулирования адвокатуры;

и constitutional foundations⁴² — либо их отсутствие — судебного регулирования адвокатской деятельности.

Данный public constitutional record materially undermines⁴³ попытку Ответчиков представить constitutional arguments⁴⁴ Истца как inherently frivolous, irrational или vexatious merely посредством selective references⁴⁵ к дисциплинарной истории Истца при одновременном сокрытии broader constitutional context⁴⁶.

Сноски

¹ Sunset-review — механизм обязательного периодического пересмотра законодательства или регулирующих практик с возможностью автоматического прекращения их действия.

² Constitutional oversight theory — теория конституционного надзора и контроля.

³ Judicial accountability — подотчётность судебной власти.

⁴ Felony — тяжкое уголовное преступление.

⁵ Doctrine of double punishment — доктрина недопустимости двойного наказания.

⁶ Litigation — судебное разбирательство.

⁷ Constitutional appellate jurisdiction — конституционная апелляционная юрисдикция.

⁸ Institutional filtering doctrines — доктрины институциональной фильтрации доступа к пересмотру.

⁹ Record — совокупность материалов и данных.

¹⁰ Commentator — комментатор.

¹¹ Scholar — исследователь, учёный.

¹² Appellate amicus — amicus curiae в апелляционном процессе.

¹³ Speculative — предположительным.

¹⁴ Merely self-proclaimed — просто самопровозглашённым.

¹⁵ Precisely — именно.

¹⁶ Constitutional terrain — конституционная проблематика.

¹⁷ First Amendment implications — последствия и аспекты, связанные с Первой поправкой.

¹⁸ Doctrine of vagueness — доктрина недопустимой неопределённости закона.

¹⁹ Due process limitations — ограничения, вытекающие из due process.

²⁰ Content-based and viewpoint-based regulation of speech — регулирование речи по признаку содержания и по признаку точки зрения.

²¹ Occupational licensing — государственное лицензирование профессий.

²² Advocacy — правозащитная или представительская деятельность.

²³ Despite extensive public searching — несмотря на масштабный публичный поиск.

²⁴ Comparable constitutional scholarship — сопоставимые научные исследования по конституционному праву.

²⁵ Content-based and viewpoint-based regulation of attorney speech — регулирование речи адвокатов по признаку содержания и точки зрения.

²⁶ Publicly available constitutional scholarship — публично доступные научные исследования по конституционному праву.

²⁷ Remotely comparable — хотя бы отдалённо сопоставимые.

²⁸ Sustained focus — устойчивый многолетний фокус.

²⁹ Personal disparagement — личное унижение или выпад.

³⁰ Directly responsive — непосредственно отвечающим на.

³¹ False constitutional hierarchy — ложная конституционная иерархия.

³² Institutional status — институциональный статус.

³³ Implicitly invoked — неявно используется.

³⁴ Expertise — профессиональная компетенция.

³⁵ Appellate amicus participation — участие в качестве amicus curiae в апелляционном процессе.

³⁶ Affirmatively erased — целенаправленно стираются.

³⁷ Public record — публичный официальный массив материалов.

³⁸ Instead — напротив.

³⁹ Foundational constitutional decisions — основополагающие конституционные решения.

⁴⁰ Publicly documented constitutional scholarship — публично документированные научные исследования по конституционному праву.

⁴¹ Specifically addresses — специально рассматривает.

⁴² Constitutional foundations — конституционные основания.

⁴³ Materially undermines — существенно подрывает.

⁴⁴ Constitutional arguments — конституционные аргументы.

⁴⁵ Selective references — выборочные ссылки.

⁴⁶ Broader constitutional context — более широкий конституционный контекст.

Данный public constitutional record therefore materially undermines попытку Ответчиков представить constitutional arguments Истца как inherently frivolous, irrational или vexatious merely посредством selective references к дисциплинарной истории Истца при одновременном сокрытии broader constitutional context.

IX. Судебный процесс Berrian, Inc. как источник оппортунистического использования Ответчиками факта лишения Истца лицензии в качестве allegedly¹ доказательства фривольности конституционных требований Истца

Модель, отражённая в litigation² Berrian (Berrian, Inc. v. Neroni, EF2023-322; Berrian, Inc. v. Neroni, EF2023-943), имеет существенное значение, поскольку Ответчики и их counsel³ были поставлены в известность о данных процессах в Neroni v Mole, EF2024-880 и активно использовали их во вред Истцу, добившись от суда dismissal⁴, отрицающего существование инвалидности у Истца и её супруга — contrary to the record⁵, contrary to Plaintiff’s requests for ADA accommodations⁶ и без задействования процедуры 22 NYCRR Part 52, — exactly as⁷ настоящий Суд до настоящего момента действовал и здесь.

Таким образом, Ответчики были осведомлены о содержании всех filings в данном litigation и therefore знали из этих процессов, что история suspension⁸ Истца стала intertwined⁹ с documentation¹⁰ инвалидности Истца, личными обстоятельствами Истца и более широкими constitutional objections¹¹ Истца относительно регулирования адвокатской деятельности.

Действительно, Истец и её супруг specifically referred¹² в Neroni v Mole к частям record процесса Berrian как к источникам disability-related documentation¹³ и factual background¹⁴ относительно практического давления, под которым функционировал Истец.

Тем не менее Ответчики извлекли из того же самого record litigation не контекст инвалидности, не factual nuance¹⁵ и не evidentiary limitations¹⁶, а instead¹⁷ одну inflammatory theme¹⁸, repeatedly invoked¹⁹ throughout affirmations²⁰ адвоката Gerard Misk: факт suspension Истца от адвокатской практики.

Данная тема затем функционально стала centerpiece²¹ и substitute for actual evidence²².

На протяжении litigation относительно easement²³ в деле Berrian адвокат Misk repeatedly invoked статус suspension Истца как основной rhetorical vehicle²⁴ для insinuate²⁵:

что Истец действовал недобросовестно;

что Истец неправомерно возводил fencing²⁶ на собственной земле;

что поведение Истца относительно easement dispute²⁷ inherently wrongful²⁸;

что сам Истец не заслуживает доверия;

и что witnesses²⁹ Истца также не должны вызывать доверия вследствие дисциплинарной истории Истца.

Данные insinuations³⁰ permeated³¹ litigation от earliest affirmations³² до later stages³³ процесса.

И critically³⁴ Истец не являлся plaintiff³⁵ в том деле. Истец являлся defendant³⁶ в споре относительно easement.

Таким образом, адвокат Misk не merely³⁷ отвечал defensively³⁸ на требования, предъявленные Истцом. Напротив, он repeatedly attempted³⁹ использовать историю suspension Истца affirmatively⁴⁰ как форму reputational contamination⁴¹ для inflame the court⁴² против Истца по factual issues⁴³, касавшимся fencing, использования easement и credibility witnesses Истца.

Однако once the case proceeded beyond pleading-stage rhetoric⁴⁴ к joinder и discovery, factual foundation⁴⁵ данных insinuations collapsed⁴⁶.

Как Истец already knew⁴⁷ ещё до joinder, адвокат Misk фактически не располагал никакими evidence⁴⁸, подтверждающими inflammatory insinuations, repeatedly advanced⁴⁹ против Истца throughout litigation.

И это стало especially clear⁵⁰ during discovery.

Действительно, когда Истец cornered⁵¹ адвоката Misk during discovery относительно actual evidentiary basis⁵² его repeated insinuations относительно allegedly improper fencing conduct Истца и supposedly bad faith Истца, адвокат Misk ultimately blurted out⁵³ during settlement discussions⁵⁴, в очевидной фрустрации, что он никогда в действительности не утверждал, будто Истец:

«ходил ночью с post hole digger⁵⁵».

Данное заявление было highly revealing⁵⁶.

Поскольку к тому моменту litigation стало очевидно, что repeated insinuations throughout affirmations функционировали rhetorically⁵⁷ precisely as though⁵⁸ адвокат Misk обладал доказательствами личного clandestine misconduct⁵⁹ Истца относительно строительства fencing и вмешательства в easement, — тогда как в действительности он такими доказательствами не обладал.

Данная модель имеет значение и здесь, поскольку Истец теперь наблюдает повторение той же structural tactic⁶⁰.

Вместо того чтобы напрямую отвечать на constitutional claims Истца согласно Carr и CPLR 3211(a)(7), Ответчики вновь пытаются substitute reputational framing⁶¹, основанное на истории suspension Истца, supposedly vexatiousness, allegedly prolixity⁶² и generalized institutional inconvenience⁶³.

И вновь actual constitutional and factual issues⁶⁴ рискуют оказаться submerged⁶⁵ beneath identity-based insinuations⁶⁶, которые irrelevant⁶⁷ относительно вопроса suspension и false⁶⁸ относительно allegedly frivolous и vexatious характера constitutional claims Истца.

Сноски

¹ Allegedly — предположительно.

² Litigation — судебный процесс.

³ Counsel — адвокаты стороны.

⁴ Dismissal — отклонение иска.

⁵ Contrary to the record — вопреки материалам дела.

⁶ ADA accommodations — accommodations в рамках Americans with Disabilities Act.

⁷ Exactly as — точно так же, как.

⁸ Suspension — приостановление адвокатской лицензии.

⁹ Intertwined — тесно переплелась.

¹⁰ Documentation — документация.

¹¹ Constitutional objections — конституционные возражения.

¹² Specifically referred — прямо ссылались.

¹³ Disability-related documentation — документация, связанная с инвалидностью.

¹⁴ Factual background — фактический контекст.

¹⁵ Factual nuance — фактические нюансы.

¹⁶ Evidentiary limitations — ограничения доказательственной базы.

¹⁷ Instead — вместо этого.

¹⁸ Inflammatory theme — провокационная, разжигающая тема.

¹⁹ Repeatedly invoked — неоднократно использовавшаяся.

²⁰ Affirmations — письменные заявления под страхом ответственности за ложность.

²¹ Centerpiece — центральный элемент.

²² Substitute for actual evidence — замена реальных доказательств.

²³ Easement — сервитут.

²⁴ Rhetorical vehicle — риторический инструмент.

²⁵ Insinuate — намекать, внушать.

²⁶ Fencing — установка ограждений.

²⁷ Easement dispute — спор о сервитуте.

²⁸ Inherently wrongful — неправомерным по своей природе.

²⁹ Witnesses — свидетели.

³⁰ Insinuations — намёки, внушения.

³¹ Permeated — пронизывали.

³² Earliest affirmations — самые ранние affirmations.

³³ Later stages — поздние стадии.

³⁴ Critically — что особенно важно.

³⁵ Plaintiff — истец.

³⁶ Defendant — ответчик.

³⁷ Merely — лишь.

³⁸ Defensively — в порядке защиты.

³⁹ Repeatedly attempted — неоднократно пытался.

⁴⁰ Affirmatively — активно и прямо.

⁴¹ Reputational contamination — репутационное загрязнение.

⁴² Inflame the court — настроить суд против стороны.

⁴³ Factual issues — фактические вопросы.

⁴⁴ Pleading-stage rhetoric — риторика стадии pleadings.

⁴⁵ Factual foundation — фактическая основа.

⁴⁶ Collapsed — рухнула.

⁴⁷ Already knew — уже знал.

⁴⁸ Evidence — доказательства.

⁴⁹ Repeatedly advanced — неоднократно продвигавшиеся.

⁵⁰ Especially clear — особенно очевидным.

⁵¹ Cornered — прижал вопросами.

⁵² Actual evidentiary basis — реальная доказательственная основа.

⁵³ Ultimately blurted out — в конечном итоге выпалил.

⁵⁴ Settlement discussions — переговоры о мировом соглашении.

⁵⁵ Post hole digger — бур/инструмент для рытья ям под столбы.

⁵⁶ Highly revealing — крайне показательное.

⁵⁷ Rhetorically — риторически.

⁵⁸ As though — как будто.

⁵⁹ Clandestine misconduct — тайное неправомерное поведение.

⁶⁰ Structural tactic — структурная тактика.

⁶¹ Substitute reputational framing — подменить анализ репутационным конструированием образа.

⁶² Allegedly prolixity — якобы многословие.

⁶³ Generalized institutional inconvenience — общая институциональная неудобность.

⁶⁴ Actual constitutional and factual issues — реальные конституционные и фактические вопросы.

⁶⁵ Submerged — утоплены, скрыты.

⁶⁶ Identity-based insinuations — намёки, основанные на личности.

⁶⁷ Irrelevant — не относящиеся к делу.

⁶⁸ False — ложные.

Судебный процесс Berrian therefore предоставляет важный cautionary example¹ того, как repeated rhetorical emphasis² на дисциплинарной истории Истца может создавать false impression³ доказательственной силы и фактической неправомерности задолго до actual factual development⁴.

И в самом Berrian, once factual development finally occurred⁵, supposedly sinister factual narrative⁶, repeatedly implied⁷ через affirmations адвоката Misk, ultimately proved unsupported by actual evidence⁸ — и дело было dismissed⁹ дважды: сначала вследствие facial insufficiency of service¹⁰, а затем, после повторной подачи дела и продолжения той же риторики, — по существу, посредством summary judgment¹¹.

Конституционные и due process concerns¹² в настоящем деле усиливаются уникальным institutional posture¹³ Ответчика Haley L. Gransbury.

Ответчик Грансбери является не merely ordinary adverse litigant¹⁴.

Ответчик Грансбери является конституционным County Clerk¹⁵ округа Делавэр согласно статье XIII, § 13(a) Конституции штата Нью-Йорк и одновременно функционирует как:

конституционный секретарь самого Суда;

официальный хранитель судебных материалов;

должностное лицо, ответственное за администрирование локальных систем доступа к судебным материалам;

должностное лицо, ответственное за внедрение и поддержание оспариваемой системы paywall¹⁶ и структуры сборов;

и named Defendant¹⁷ в настоящем деле, чьё поведение составляет часть федеральных constitutional claims¹⁸ Истца согласно 42 U.S.C. § 1983.

Данное положение создаёт extraordinary constitutional tension¹⁹.

Требования Истца против Ответчика Грансбери не являются collateral procedural disputes²⁰.

Напротив, Истец прямо утверждает, что Ответчик Грансбери:

ограничивал practical access²¹ Истца к судебным и окружным материалам;

поддерживал barriers to documentary access²²;

поддерживал структуру paywall, вмешивающуюся в расследовательскую и litigation activity Истца;

препятствовал способности Истца проводить public-record investigation²³ по вопросам общественного интереса;

и вмешивался в способность Истца получать материалы, необходимые как для журналистики, так и для litigation, оспаривающего governmental conduct²⁴.

Более того, Истец утверждает, что Ответчик Грансбери признал под присягой, что challenged access structure²⁵ была сознательно designed²⁶ для ограничения либо обусловливания дистанционного доступа к материалам.

Таким образом, restriction of access to records²⁷ сама по себе является частью constitutional injury²⁸, оспариваемого в настоящем litigation.

В то же время Ответчики now seek²⁹:

санкции;

attorney-fee shifting³⁰;

findings of frivolousness and vexatiousness³¹;

anti-filing injunctions³²;

и prospective restrictions³³ на будущую litigation activity и petitioning activity Истца,

одновременно:

ускоряя график litigation;

сопротивляясь предоставлению accommodations по инвалидности либо отказывая в них;

добиваясь dismissal до discovery;

поддерживая существенные documentary evidence³⁴ преимущественно в собственном владении и под собственным контролем;

и продолжая поддерживать barriers³⁵, ограничивающие practical access Истца к собственным судебным материалам Суда.

Подобная структура constitutionally intolerable³⁶.

Суд не вправе налагать sanctions, anti-filing injunctions или иные punitive restrictions³⁷ на Истца, одновременно лишая Истца practical access к собственным судебным материалам Суда, необходимым для защиты Истца.

Разрешение санкций при таких обстоятельствах создало бы self-validating deprivation structure³⁸:

государственные акторы ограничивают practical access к материалам;

государственные акторы сохраняют контроль над documentary evidence;

график litigation ускоряется;

accommodations по инвалидности отказываются либо блокируются;

Истец лишается meaningful opportunity³⁹ собрать documentary evidence;

и затем resulting evidentiary deprivation⁴⁰ используется как supposedly proof⁴¹ того, что constitutional claims Истца frivolous либо inadequately supported⁴².

Due process не допускает подобной структуры.

Государственные акторы также не вправе manufacture evidentiary asymmetry⁴³, а затем weaponize⁴⁴ resulting deprivation против litigant, чей доступ был ограничен.

Сноски

¹ Cautionary example — предостерегающий пример.

² Repeated rhetorical emphasis — повторяющийся риторический акцент.

³ False impression — ложное впечатление.

⁴ Actual factual development — реальное развитие фактической базы дела.

⁵ Once factual development finally occurred — когда фактическое развитие дела наконец произошло.

⁶ Supposedly sinister factual narrative — якобы зловещий фактический нарратив.

⁷ Repeatedly implied — неоднократно внушавшийся.

⁸ Ultimately proved unsupported by actual evidence — в конечном итоге оказался не подтверждённым реальными доказательствами.

⁹ Dismissed — отклонено.

¹⁰ Facial insufficiency of service — формальная недостаточность вручения процессуальных документов.

¹¹ Summary judgment — решение без полноценного судебного разбирательства при отсутствии, по мнению суда, спора о существенных фактах.

¹² Due process concerns — проблемы, связанные с надлежащей правовой процедурой.

¹³ Institutional posture — институциональное положение.

¹⁴ Merely ordinary adverse litigant — просто обычной противоположной стороной процесса.

¹⁵ County Clerk — конституционная должность секретаря округа и хранителя судебных материалов.

¹⁶ Paywall — система платного ограничения доступа.

¹⁷ Named Defendant — прямо указанный ответчик.

¹⁸ Constitutional claims — конституционные требования.

¹⁹ Extraordinary constitutional tension — чрезвычайное конституционное напряжение.

²⁰ Collateral procedural disputes — побочные процессуальные споры.

²¹ Practical access — практический доступ.

²² Barriers to documentary access — барьеры доступа к документам.

²³ Public-record investigation — расследование на основе публичных документов.

²⁴ Governmental conduct — поведение государственных акторов.

²⁵ Challenged access structure — оспариваемая система доступа.

²⁶ Designed — сконструирована.

²⁷ Restriction of access to records — ограничение доступа к документам.

²⁸ Constitutional injury — конституционное нарушение.

²⁹ Now seek — теперь добиваются.

³⁰ Attorney-fee shifting — возложение расходов на адвокатов другой стороны.

³¹ Findings of frivolousness and vexatiousness — выводы суда о фривольности и злоупотребительном характере поведения.

³² Anti-filing injunctions — судебные запреты на дальнейшую подачу исков или документов.

³³ Prospective restrictions — ограничения на будущую деятельность.

³⁴ Documentary evidence — документальные доказательства.

³⁵ Barriers — барьеры.

³⁶ Constitutionally intolerable — конституционно недопустима.

³⁷ Punitive restrictions — карательные ограничения.

³⁸ Self-validating deprivation structure — самоутверждающаяся структура лишения прав.

³⁹ Meaningful opportunity — реальная, полноценная возможность.

⁴⁰ Resulting evidentiary deprivation — возникшее вследствие этого лишение доступа к доказательствам.

⁴¹ Supposedly proof — якобы доказательство.

⁴² Inadequately supported — недостаточно подтверждены.

⁴³ Manufacture evidentiary asymmetry — искусственно создавать неравенство доступа к доказательствам.

⁴⁴ Weaponize — использовать как оружие против стороны.

Конституционная проблема становится особенно серьёзной потому, что Ответчик Грансбери является не merely¹ ещё одним должностным лицом округа.

Она является конституционным секретарём самого Суда.

Таким образом, Истец фактически вынужден защищаться против extraordinary punitive applications², одновременно утверждая, что собственный конституционный секретарь Суда ограничивал practical access³ Истца к материалам, необходимым для данной защиты.

Данное противоречие cannot be reconciled⁴ с due process⁵, fundamental fairness⁶, CPLR 3211(d) или pleading-stage limitations⁷, установленных Carr v. Wegmans Food Markets, Inc., 182 A.D.3d 667 (3d Dept. 2020).

Конституционные проблемы additionally⁸ усиливаются allegations⁹ Истца относительно monitoring and surveillance¹⁰ access activity¹¹ Истца.

Как утверждает Истец, attorney¹² Frank Miller вне formal record¹³ настоящего дела признал, что системы округа поддерживали IP-related surveillance logs¹⁴, отражающие access activity¹⁵ Истца относительно окружных материалов и систем, и что такие logs сохранялись в течение продолжительных периодов времени.

Таким образом, согласно allegations Истца:

акторы округа мониторили record-access activity¹⁶ Истца;

акторы округа поддерживали long-term logs¹⁷ относительно расследовательской access activity Истца;

Ответчик Грансбери поддерживал и обеспечивал barriers¹⁸, ограничивающие practical access Истца к материалам;

и Ответчики теперь добиваются sanctions и anti-filing restrictions¹⁹, одновременно ограничивая practical ability²⁰ Истца получать материалы, необходимые для защиты и factual development²¹.

Подобная combined structure²² вызывает profound constitutional concerns²³ согласно Первой поправке, procedural due process²⁴, equal protection principles²⁵ и fundamental access-to-court doctrines²⁶.

Государственные акторы не вправе:

monitor²⁷ access activity журналиста;

ограничивать practical access к материалам;

удерживать relevant documentary evidence²⁸ под государственным контролем;

ускорять график litigation;

отказывать в meaningful accommodations²⁹, необходимых для подготовки защиты;

и затем добиваться punitive sanctions³⁰ потому, что targeted litigant³¹ allegedly lacks immediate evidentiary access³² к материалам, доступ к которым само государство ограничило.

Суд также не вправе constitutionally impose sanctions³³, пока остаются unresolved allegations pending³⁴ о том, что собственный конституционный секретарь Суда участвовал в ограничении practical access Истца к материалам, необходимым как для журналистики, так и для защиты против самих applications for sanctions³⁵.

При данных обстоятельствах sanctions, anti-filing injunctions, attorney-fee shifting и иные punitive restrictions являются constitutionally barred³⁶.

Ввиду изложенного Ходатайство № 2 должно быть отклонено с возложением costs³⁷ на Ответчиков и присуждением Истцу возмещения расходов по одному из двух service of process jobs³⁸ в размере 209,00 долларов США и filing fee³⁹ в размере 45,00 долларов США за ходатайство относительно frivolous conduct⁴⁰ и disqualification of counsel⁴¹ вследствие сокрытых доказательств того, что Frank Miller на протяжении всего настоящего litigation являлся material and necessary witness⁴² (Ходатайство № 3), что исключает его участие в процессе и представляет собой дополнительное основание для отклонения его applications⁴³.

В случае если Суд пожелает продолжить рассмотрение вопроса sanctions и anti-filing injunctions, я требую, согласно SEC v. Jarkesy, pre-trial discovery⁴⁴, removal of paywall⁴⁵ и предоставления мне доступа к currently paywalled court records⁴⁶, доступ к которым заблокирован конституционным секретарём данного Суда — Ответчиком Грансбери, — чтобы позволить мне подготовиться к jury trial⁴⁷ по данным вопросам и обеспечить мне публичный jury trial по вопросу таких sanctions и anti-filing injunctions.

Датировано: 25 мая 2026 года
Georgetown, South Carolina

Tatiana Neroni

Tatiana Neroni
Истец Pro Se⁴⁸
240 Harvest Moon Drive
Georgetown, SC 29440
Телефон: (843) 240-7745
Электронная почта: Tatiana.neroni@gmail.com

Сноски

¹ Merely — просто.

² Extraordinary punitive applications — чрезвычайные карательные заявления и ходатайства.

³ Practical access — практический доступ.

⁴ Cannot be reconciled — не может быть согласовано.

⁵ Due process — надлежащая правовая процедура.

⁶ Fundamental fairness — фундаментальная процессуальная справедливость.

⁷ Pleading-stage limitations — ограничения стадии pleadings.

⁸ Additionally — дополнительно.

⁹ Allegations — утверждения.

¹⁰ Monitoring and surveillance — мониторинг и слежка.

¹¹ Access activity — деятельность по доступу к материалам.

¹² Attorney — адвокат.

¹³ Formal record — официальный record дела.

¹⁴ IP-related surveillance logs — журналы слежения, связанные с IP-адресами.

¹⁵ Access activity — деятельность по доступу.

¹⁶ Record-access activity — деятельность по доступу к материалам.

¹⁷ Long-term logs — долговременные журналы хранения данных.

¹⁸ Barriers — барьеры.

¹⁹ Anti-filing restrictions — ограничения на дальнейшую подачу исков или документов.

²⁰ Practical ability — практическая возможность.

²¹ Factual development — развитие фактической базы дела.

²² Combined structure — совокупная структура.

²³ Profound constitutional concerns — глубокие конституционные проблемы.

²⁴ Procedural due process — процессуальная надлежащая правовая процедура.

²⁵ Equal protection principles — принципы равной защиты закона.

²⁶ Fundamental access-to-court doctrines — фундаментальные доктрины доступа к суду.

²⁷ Monitor — отслеживать.

²⁸ Relevant documentary evidence — относимые документальные доказательства.

²⁹ Meaningful accommodations — реальные и эффективные accommodations.

³⁰ Punitive sanctions — карательные санкции.

³¹ Targeted litigant — litigant, ставший объектом атаки.

³² Immediate evidentiary access — немедленный доступ к доказательствам.

³³ Constitutionally impose sanctions — конституционно допустимо налагать санкции.

³⁴ Unresolved allegations pending — неразрешённые утверждения, остающиеся на рассмотрении.

³⁵ Applications for sanctions — заявления о санкциях.

³⁶ Constitutionally barred — запрещены Конституцией.

³⁷ Costs — судебные расходы.

³⁸ Service of process jobs — услуги по вручению процессуальных документов.

³⁹ Filing fee — пошлина за подачу ходатайства.

⁴⁰ Frivolous conduct — фривольное или злоупотребительное поведение.

⁴¹ Disqualification of counsel — отстранение адвоката от участия в деле.

⁴² Material and necessary witness — существенный и необходимый свидетель.

⁴³ Applications — заявления и ходатайства.

⁴⁴ Pre-trial discovery — досудебное раскрытие доказательств.

⁴⁵ Removal of paywall — устранение платного барьера доступа.

⁴⁶ Currently paywalled court records — судебные материалы, доступ к которым в настоящее время закрыт paywall.

⁴⁷ Jury trial — суд присяжных.

⁴⁸ Pro Se — представляющая себя самостоятельно без адвоката.

ЗАЯВЛЕНИЕ О КОЛИЧЕСТВЕ СЛОВ И О ПУБЛИЧНОМ СУДЕБНОМ СЛУШАНИИ

Истец настаивает, что вследствие quasi-criminal nature¹ требований Ответчиков против Истца и extraordinary relief², которого они добиваются, никакие ограничения по количеству слов в настоящем возражении не должны применяться как вопрос due process³.

Истец настаивает, что rapid-fire oral argument⁴ по 10 ходатайствам с участием 5 или 6 юридических фирм, проведённый менее чем за 30 минут, — при том, что Истцу были отказаны reasonable accommodations⁵ для подготовки, — не представляет собой pre-deprivation due process hearing⁶.

Истец additionally⁷ настаивает, что audio echo⁸, о котором сообщили представители публики, независимо от того, был ли он deliberate or accidental⁹, лишил Истца публичного слушания, поскольку публика не могла attend¹⁰ oral argument.

Истец подал FOIL/First Amendment request¹¹ в настоящий Суд и в NYS OCA¹² относительно footage¹³ со всех surveillance cameras¹⁴ в здании Верховного суда округа Делавэр в день oral argument для установления наличия либо отсутствия open public access¹⁵ к физическому залу суда, а также для установления того, проводились ли conferences¹⁶ до или после oral argument без доступа публики.

Датировано: 25 мая 2026 года
Georgetown, South Carolina

Tatiana Neroni

Tatiana Neroni
Истец Pro Se¹⁷
240 Harvest Moon Drive
Georgetown, SC 29440
Телефон: (843) 240-7745
Электронная почта: Tatiana.neroni@gmail.com

Сноски

¹ Quasi-criminal nature — квазикриминальный характер.

² Extraordinary relief — чрезвычайные средства судебной защиты.

³ Due process — надлежащая правовая процедура.

⁴ Rapid-fire oral argument — чрезвычайно ускоренные устные прения.

⁵ Reasonable accommodations — разумные accommodations в связи с инвалидностью.

⁶ Pre-deprivation due process hearing — слушание, обеспечивающее due process до лишения прав или наложения ограничений.

⁷ Additionally — дополнительно.

⁸ Audio echo — эхо и искажение звука.

⁹ Deliberate or accidental — намеренным или случайным.

¹⁰ Attend — присутствовать.

¹¹ FOIL/First Amendment request — запрос о предоставлении информации на основании Freedom of Information Law и Первой поправки.

¹² NYS OCA — Office of Court Administration штата Нью-Йорк.

¹³ Footage — видеозаписи.

¹⁴ Surveillance cameras — камеры наблюдения.

¹⁵ Open public access — открытый публичный доступ.

¹⁶ Conferences — закрытые совещания или конференции.

¹⁷ Pro Se — представляющая себя самостоятельно без адвоката.

Доступ к правосудию в США - и не только

Friday, May 22, 2026

О демонизации журналистов в графстве Делавэр, штат Нью-Йорк, США и использовании суда в качестве машины репрессии против прессы