Стенограмма интервью самарского адвоката Марины Жировой с президентом адвокатской палаты Самарской области Татьяной Бутовченко о грядущей адвокатской монополии, октябрь-ноябрь 2024 г.

Ниже приводится сделанная мною полная стенограмма интервью адвоката Марины Жировой на YouTube, опубликованного 3 месяца назад, с Президентом адвокатской палаты Самарской области Татьяной Бутовченко.

Интервью совершенно эпохальное.  Не только потому, что сделано оно в явном предвкушении введения адвокатской монополии в России - как обещал адвокатам министр юстиции Чуйченко, адвокатская монополия должна быть введена в течение трех первых месяцев 2025 года, а мы на исходе второго месяца.  Но и потому, что в нем сбрасываются практически все маски приличия.  Всё говорится открытым текстом.

В интервью руководитель одной из самых крупных адвокатских палат России откровенно поддерживает о "планах Минюста", а на самом деле, планах ФПА РФ, пролоббированных в Минюсте РФ, о рейдерском захвате юридического рынка России и подчинении всех конкурентов, во много раз превышающих численность адвокатов в стране, власти адвокатской чиновничьей верхушки.

Буду публиковать отдельные статьи с анализом мнений Бутовченко, отражающих, насколько я могу судить по официальным заявлениям других адвокатских чиновников, консенсус российских чиновников от адвокатуры.

Не могу не отдать должное смелости автора интервью.  

Посчитала необходимым сделать стенограмму интервью, так как тема животрепещущая для России и доступа к правосудию населения, этот вопрос в интервью затрагивается.  К тому же, не у всех хватит времени и терпения прослушать всё интервью - и особенно сделать это внимательно, что необходимо для подобной темы.

Текст, на мой взгляд, можно просмотреть быстрее и продуктивнее.

Ну, и, естественно, у меня для создания таких стенограмм личный интерес - мне так проще работать над научными и журналистскими об адвокатской монополии в России.  Адвокатская монополия - моя основная тема научных исследований.

====

Марина Жирова (МЖ):  Откровенно говоря, мне страшно повторение белорусского сценария, для меня адвокатская профессия – это не просто, хотя это и про деньги тоже, да?  У нас у всех есть семьи, которые надо кормить.  И мне страшно оттого, что, вот, ну мой допуск к делу моей жизни будет зависеть, в том числе, например, от каких-то моих взглядов.  Вот моя позиция такая, Татьяна Дмитриевна.

Татьяна Бутовченко (ТБ):  За эти 22 года можно было расправиться, ну, с огромным количеством неугодных.  Приобретая полномочия, человек приобретает и обязанности.  Неадвокатской монополии не существует нигде.

МЖ: Так что наша задача здесь – не, ну, как сказать, не подраться....

====

МЖ:  Друзья!  Приветствую Вас на своем канале.  С Вами я, Марина Жирова, бизнес-адвокат, и у меня сегодня в гостях человек, которого я очень долго ждала.  Это Татьяна Дмитриевна Бутовченко, Президент палаты адвокатской Самарской области, председатель самой крупной в Самарской области коллегии адвокатов «СОКА» («Самарская областная коллегия адвокатов»).  Здравствуйте, Татьяна Дмитриевна!

ТБ:  Приветствую!

МЖ:  И у нас сегодня очень, очень жаркая тема.  Я, честно говоря, даже немножечко её побаиваюсь.  Я знаю, что я сама её предложила и сама пригласила Татьяну Дмитриевну, но у нас сегодня тема адвокатской монополии.  Ни для кого не секрет, что эта тема обсуждается, условно, последние, наверное, лет 10, да?   И постоянно она муссируется с той точки зрения, что вот, ещё чуть-чуть, и, наверное, можно подумать, что и сейчас такая же история, потому что снова поднялась полна обсуждений.  Но, исходя из разных источников, нам понятно, что, скорее всего, сейчас – не то же самое, что в последние 10 лет, сейчас, действительно, мы вышли на финишную прямую и вот-вот адвокатская монополия, действительно, будет принята, да, на законодательном уровне.

ТБ:   Вы абсолютно правы, потому что последний раз на мероприятиях, посвященных 160-летию адвокатуры, министр юстиции Чуйченко, в общем, совершенно ответственно заявил, что адвокатская монополия – это вопрос сегодняшнего дня, и прям вот пообещал, вот, как будто бы до конца года (интервью бралось в ноябре 2024 года – Т.Н.) будут приниматься какие-то решения.

МЖ:  Ну, да, я слышала, что на горизонте примерно в полгода, но, да, наши с Вами источники сходятся.  И... А почему мне немного страшно говорить об этой теме, я честно скажу, я всегда со своими зрителями предельно честна – потому что я адвокат, в адвокатуре я, как таковой, с 2007-го года. 

Татьяна Дмитриевна, Вы с какого года в адвокатуре?  Я даже... (смеется) ... боюсь спрашивать.

ТБ: С 75-го года.

МЖ:  С 75-го года.  И я, как член адвокатской корпорации, но я против адвокатской монополии.  В свою очередь, Татьяна Дмитриевна, как руководитель палаты адвокатов, в которой я состою в качестве адвоката, выступает за адвокатскую монополию.

ТБ:  Я – за адвокатскую монополию. 

МЖ: Поэтому наша сегодняшняя задача – пообсуждать, подискутировать, поговорить об аргументах «за», об аргументах «против», потому что, ну, на мой взгляд, адвокатура... не только на мой взгляд – это часть гражданского общества, а задача гражданского общества – обсуждать, да? Доводить до государства позицию, как сказать, субъектов, да? То есть, понятно, что нас с Вами никто не спросит, вводить адвокатскую монополию или нет, но если мы вообще не будем об этом говорить, то в принципе вообще всё будет вводиться без мнения, да? Общества и тем более представителей той самой корпорации, в которую, собственно, и будет новое вливание.

Поэтому, Татьяна Дмитриевна, давайте, наверное, я попрошу Вас рассказать об основных параметрах, да? вводимой налого... вводимой налоговой – я всё про свои налоги – вводимой адвокатской монополии и о том, что предполагается, вот, в будущем для нас.

ТБ:  Самое неправильное – отвечать вопросом на вопрос.  Я бы спросила Вас – почему Вы против? 

МЖ:  Отлично.  Давайте, наверное, Татьяна Дмитриевна... Я сейчас объясню, но сначала, наверное, для наших зрителей просто расскажем в двух словах, а что же, собственно, планируется, да? Вот на сегодняшний день...

ТБ: А, ну, собственно, общая позиция по так называемой «адвокатской монополии» - далеко не все придерживаются этой терминологии – но они сводятся к тому, что судебное представительство вправе осуществлять только ад-во-каты.

МЖ:  Напомню, что на сегодняшний день только профессиональные представители юридической профессии, т.е. люди, облеченные юридическим дипломом, могут у нас работать... не работать, а представлять интересы в арбитражных судах.  Иные лица могут только, если это прямо упомянуто в законе, ну, например, там, в банкротных процессах, да? могут у нас непрофессиональные представители быть.  Но в остальных судах, таких, как суды общей юрисдикции, да? Мировые судьи /sic/, районные, могут представлять интересы любые лица, даже у нас не обладающие статусом юриста.

Аналогичным образом, в уголовном процессе осуществлять защиту, да?  По уголовным делам могут на сегодняшний день только адвокаты, ...

 

ТБ:  Здесь ничего не изменилось.

МЖ:   …за небольшим исключением, здесь у нас ничего не изменилось.

И в новом законе, законопроекте, который Минюст подготовил и планирует внести, на сегодняшний день, как сказала Татьяна Дмитриевна, предусматривается обязательное представительство только членов адвокатской корпорации.

Второй момент, вводится новая форма адвокатского образования, которая будет называться «адвокатская фирма»...

ТБ:  (Одобрительный звук и кивок)

МЖ:  И учредителями такой адвокатской фирмы могут стать только физические лица, юридические лица не могут быть учредителями, и на этапе законопроекта обсуждалось, что, возможно, как сказать, включение в состав соучредителей инвесторов, ну, вот, юридических лиц, не обладающих... или физических, не обладающих статусом адвоката, в пределах 25%, но от этой идеи отказались.  Т.е. сейчас это будут только физические лица и только адвокаты. 

Ну вот, это, скажем так, основные, да? Основные параметры того, что предлагается.

Вы задали, да? Вопрос, почему я против.

Ну, наверное, основные два параметры, по которым я против, да? это первый и, пожалуй, ну, для меня он самый главный – это параметр, наверное, мы его обсудим, да? и... поэтапно, поаргументно будем двигаться...

Мне в принципе идея даже... наверное, мы чуть выше адвокатской монополии поднимемся, да?  То есть, адвокатская монополия – это ведь только разновидность идеи о возможности допуска в суды только какой-то определенной категории лиц, да?

То есть, Это может быть не обязательно адвокатская монополия.  Это может быть, допустим, какой-то реестр Минюста, да?  В который включают только определенных лиц и выдают, ну, некий сертификат, лицензию, как это реализовано, собственно, в Белоруссии.

То есть, есть некий список лиц.  Для того, чтобы быть в этом списке, нужно отвечать определенным критериям, и этот критерий – не только юридический диплом.  Да?

И вот именно это меня очень сильно пугает, потому что, ну, откровенно говоря мне страшно повторение белорусского сценария в российских условиях.

Для тех, кто не знает, расскажу, у меня довольно немало есть коллег из Беларуси, которые были успешными адвокатами, имели успешную адвокатскую практику, и на сегодняшний день они по сути лишены своей профессии, потому что в своё время – и не только в свое время – они каким-то образом политически высказывались, в том числе, допустим, участвовали в белорусских протестах 20-х годов.  В дальнейшем их политические взгляды не совпадают с генеральной линией политического руководства Беларуси, и поэтому на сегодняшний день они, по сути, лишены адвокатского статуса, т.е. они попытались, там, да? его получить, буквально 2-3 дня в нем проработали, и после этого были этого статуса лишены.

И сегодня в Белоруссии представители неадвокатские, т.е. те, кто не обладает статусом адвоката, лишены даже возможности общаться с доверителями.  То есть не просто лишены возможности ходить в суды – они лишены возможности даже разговаривать с клиентами.  То есть, они могут, там, сидеть писать документы, например, но разговаривать с клиентами или ходить в суды, или, тем паче, конечно, да? в следственный изолятор или какой-то иное представительство по уголовному делу они осуществлять не могут.

Поэтому для меня, вот, любой реестр, будь то адвокатская монополия или минюстовский просто реестр – это фильтр, который, как мне кажется, может быть использован для того, чтобы не допустить человека в профессию.  А для меня адвокатская профессия – это не просто про деньги, хотя и про деньги тоже, да?  У нас у всех есть семьи, которые надо кормить, не будем говорить, что мы тут такие бессребренники...

Мы, конечно, работаем на благо людей, но о себе, ну, как мне кажется, забывать не надо.

И, во-первых, из-за каких-то там моих, например, моих, чужих, взглядов или, например, неблагонадежности какой-то там наших связей – могут быть лишены доступа в профессию, а доступ к тому, чтобы зарабатывать себе на хлеб, и к тому, чтобы, ну, для меня, например, это не просто профессия, для меня это дело всей жизни, ну, то есть, я, мне кажется... не то, что кажется – я еще в школе училась, мне все говорили, что я буду адвокатом, да? Но это как бы вот...

Собственно, этот путь я прошла, и реализовала его, и я не могу себя представить вне этой профессии.  И мне страшно оттого, что, ну вот, мой допуск к делу моей жизни будет зависеть, в том числе, например, от каких-то моих взглядов.  Вот моя позиция такая, Татьяна Дмитриевна.

ТБ:  Ну, я несколько, я сразу говорю, не разделяю её, по одной простой причине.

В реестре адвокатов Самарской области 1848 адвокатов.  Каким образом состояние в реестре лишает их возможности осуществлять адвокатскую деятельность?  Состояние в реестре предоставляет возможность участия в делах, в том числе, допустим, в уголовном судопроизводстве.  Сейчас все, кто не являются адвокатами, они такой возможности не осуществляют.  И я, например, полагаю, что приобретение статуса адвоката раскрывает для  них дополнительую возможность самореализоваться, которой сейчас эти лица лишены.

Это первое.  Второе.  22 года опыта работы Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре Российской Федерации.  Ну, за эти 22 года можно было расправиться, ну, с огромным количеством неугодных.  Но самое интересное, что адвокат осуществляет защиту интересов и в ангажированных процессах, и в политических процессах, и в антитеррористических процессах, и тем не менее никто из них вот в данном случае не пожаловался, что его каким-то образом притесняют.

Почему после введения адвокатской монополии в России вот это всё будет ... в общем, весь опыт этот будет потерян?  Мне, например, не совсем понятно.

С другой стороны, наличие статуса адвоката в любом случае даёт, кроме обязанностей, они, безусловно, появляются в связи с особыми полномочиями.  Приобретая полномочия, человек приобретает и обязанности.  И в данном случае Минюст, руководствуясь своей идеей создания адвокатской монополии, он исходит из интересов доверителей.  Прежде всего, доверителей.  Потому что вот как раз этот сегмент, когда страдают интересы обычных граждан от занятия профессиональной деятельностью неадвокатами, лишает возможности защитить свои интересы, это раз.

И, во-вторых, создаёт риски неполучения надлежащей помощи и масштабное совершенно юридическое мошенничество – это явление, в общем-то, к сожалению, не единичное, и поэтому все отрицательные какие-то опасения, я думаю, вот, в данном случае они нейтрализуются  именно теми положительными свойствами, которые присущи монополии.

Вы давайте не забывать:  весь мир – это адвокатская монополия.  Возьмите, как мы говорим, развитые страны Запада.  Неадвокатской монополии не существует нигде... практически.

Так что Россия движется к так называемом цивилизованной... а не в противном направлении.

МЖ: Я на всякий случай, Татьяна Дмитриевна, скажу нашим зрителям, что наша задача здесь – не, ну, как сказать, не подраться, в первую очередь... не, возможно, там, переубедить друг друга, а именно обговорить наши опасения и те, наоборот, достоинства, которые, безусловно, есть, для того, чтобы каждый из Вас, мог, там, принять, да? для себя собственное решение и понять, в какую сторону склоняетесь.  Да?

Естественно, поэтому, конечно же, мы не будем по каждому аргументу, да, доходить ... все-таки правила YouTube тоже нам не позволяют сидеть здесь, порядка 6 часов, поэтому мы обозначаем то, да? за что мы переживаем, да? почему мы «за», почему мы «против», и постараемся осветить максимально, да? тот спектр аргументов, которые у нас есть.

Татьяна Дмитриевна, как Вы считаете, вот, второй, например, аргумент, по которому я считаю адвокатскую монополию ... Всё-таки я против адвокатской монополии, я поясню из-за чего.

Этот аргумент в своё время, еще в 2023 году предложил Роман Безенко, наш с Вами земляк, да? Очень известный российский юрист, который не обладает статусом адвоката, при этом является звездной величиной, безусловно, в нашей профессии, и мне очень понравилось то, о чем он написал, ну, я разделяю его подход.

Он написал о том, что, по сути, существует, если мы во всем мире посмотрим, существуют два вида суда.  То есть, у нас есть суд профессиональный и есть суд так называемый социальный, и это такая неформальная терминология, естественно нигде, там, в законе она не описана.

Что собой представляет профессиональный суд?  Ну, это такой суд, когда, например, если истец зашел в этот суд и неправильно сформулировал свои исковые требования, да?  Это суд, как-то неверно... то суд не должен ему в этом помогать, суд как независимый арбитр должен спокойно, ну, как бы выслушать и отказать, даже если сами требования по существу верные, ну, например, там, самый классический пример: там, истец приходит в суд, вместо иска о виндикации он выбирает (виндикация – это требование имущества из чужого незаконного владения) он выбирает, например, какой-то иск, вытекающий из договора, допустим.

И суд понимает, что выбор неправильный, иск.  Но по сути своей, по сути, требование верное, да?  То есть, истец как бы, по справедливости, да? Отошлёмся к этому по справедливости, истец имеет право это требовать, но выбрал, вот, неправомерный способ.  Суд должен ему отказать.  Это так называемый профессиональный процесс, и  такой процесс у нас есть во многих, так сказать, разных странах, Великобритании, в Америке, частично в Германии, и так далее.

И есть так называемый социальный суд, когда суд должен самостоятельно, вне зависимости от того, куда какое требование предъявил истец, рассмотреть это требование и, если истец выбрал неправлиьный способ, да? Или ответчик, там, как-то неправильно защищается, но если суду понятно, что по существу, например, прав истец, а не ответчик, он должен самостоятельно удовлетворить, да? Данное требование.

И у нас как раз в нашей стране суд – социальный.  То есть, судьи должны рассматривать, ну, условно говоря, да? Требования по существу, не по их внешней форме.

И, кстати, это, действительно, вызывает, ну, такую профессиональную зависть у многих специалистов за рубежом и, например, сейчас там во Франции и в Германии суд движется в сторону социального, то есть они как раз, наоборот, хотят такой суд, как у нас, да? Именно чтобы он был социальный, то есть не формальный, вот, именно с точки зрения, да? Вот как заявили, так мы и будем рассматривать, а более быть приближен народу, более был приближен к народу.

И, соответственно, в суде социальном нет необходимости вот в таком супер-повышенном уровне профессионализма представителей, потому что у нас суд профессиональный /sic/, который сможет рассудить по существу.

А вот непосредственно в профессиональном суде, действительно, нужна монополия, потому что в профессиональный суд можно допускать только прошедших строгий отбор, да? представителей, чтобы они, ну, не, там, из-за своей некомпетентности, да? не подвели, действительно, своего доверителя.

Вот на мой взгляд вот эта аргументация тоже мне близка, она имеет право на существование.

ТБ:  А какой риск, если в каждом виде судопроизводства будет профессиональный юрист?  От этого, в общем-то, гарантии-то каждого участника судопроизводства – они только усиливаются. 

МЖ:  Ну, мне кажется, здесь немножко ущемляются гарантии профессионального участника судопроизводства, которого всё-таки обязывают войти в корпорацию и обязывают нести определенное, в том числе, финансовое бремя, нести определенное бремя с точки зрения, да, организационно-правовой формы... Ну, не будем забывать, что сейчас, например, юрист может оформиться как самозанятый, допустим, да?  Или как индивидуальный предприниматель, и при этом у него, действительно, льготное налогообложение...

ТБ: Я могу сказать, что обязанность по содержанию корпорации – это, в общем-то, реальная обязанность, но почему лица не-адвокатской профессии должны иметь какие-то преференции?  Я как раз очень жестко к этому отношусь.  Если вы работаете на этом же поле, то почему вы не несете тех обязанностей, которые, в общем-то, предусмотрены для профессиональных юристов? 

И чаще всего пугают... тогда... размер затрат на квалифицированную юридическую помощь возрастет.  Неправда это.  Совершенно неправда.  От количества юристов цены на юридические услуги только сокращаются.  От неплатежеспособности населения гонорары и адвокатов упали в несколько раз.  Поэтому, в общем-то, это барометр такой вот тонкой настройки.  И печалиться об интересах частнопрактикующих юристов я бы здесь не стала.  Я, например, больше полагаю, что здесь заинтересованность не в таких вот каких-то незначительных интеллектуальных вложениях в то или иное судопроизводство.  Здесь борьба и бой профессионального юридического бизнеса.  Вот кто не хочет в корпо... монополии адвокатуры.

И здесь совершенно речь не о тех юристах, которые в общем-то по ничтожным вопросам гуляют по судам и поддерживают граждан в том или ином вопросе.  Чаще всего вот такие вот ... такое участие – оно как раз и основано на том, что это легкие деньги, это отсутствие ответственности перед доверителем, перед корпорацией, перед законом, отсутствие требований о том, что каждый должен руководствоваться определенным уровнем судопроизводства, и вся вот эта свобода – она не в интересах граждан, вот совершенно точно.

Не нужно печалиться и плакать, что, в общем-то, ах, они бедные-несчастные, вместо 6% будут платить 13%, либо сейчас повышенные ставки.  Мы все – граждане, мы все одинаково платим, в том числе и повышенные, и избирая путь профессионального оказания юридической помощи, каждый должен готов /sic/ к определенным ... такой мере профессионального, финансового, всего прочего участия.

МЖ:  Татьяна Дмитриевна, я понимаю, что от меня как от представителя адвокатской корпорации, который несет, безусловно, всегда всё бремя...

ТБ:  В Ваших интересах разложить это бремя на большее количество...

МЖ:  Да, скорее, в моих интересах, наверное, было бы разложить это бремя, но, тем не менее, вот для меня, я буду говорить о себе, да?  Для меня адвокатская корпорация – это свободный выбор, ну, то есть, я в принципе почему-то, и так с детства было, в моей, вот, в моем представлении адвокат – это именно результат выбора, да?  Когда ты делаешь этот выбор и выбираешь этот статус.

Если я хочу, я могу этот статус выбрать, то есть, для меня это про свободу выбора.

А когда все, условно говоря, много сотен тысяч – по средним оценкам, я так понимаю, сейчас чуть не 600 000, да? Юристов в стране, ну, вот, примерно, какие-то я слышала, может быть, мои оценки не очень, да? Может, я что-то не очень достоверное слышала, но когда, действительно, всех обяжут становиться адвокатами, всё-таки я здесь, наверное, позволю себе с Вами не согласиться в части того, что цены не поднимутся.

Я уверена, что цены поднимутся, потому что не один предприниматель, а  юристы, да, которые сейчас в свободном рынке, мы можем свободно говорить о том, что они занимаются предпринимательской деятельностью, да, ни один предприниматель не, ну, не переложит, как сказать... не будет из своей прибыли, да, нести убытки.

То есть, для того, чтобы платить налоги по новым ставкам, для того, чтобы, мы с Вами не должны забывать, что, если, например, есть юридическая фирма, да? вот какая-то, свободный бизнес, сейчас там просто работают, ну, кто? Юристы, да? Вот, они числятся юристами.  Вот, в их, например, 50 юристов.  Ведь каждый из них должен будет, помимо сдачи вступительного экзамена, что, например, меня это не пугает, вот, здесь я просто про вступительный экзамен даже спорить не буду, я слышала вот эти аргументы, да, что вот, экзамен, ну, тут как бы ... на мой взгляд вот здесь как раз ничего страшного нет.  Я здесь не разделяю, наверное, боль многих, как человек, который его сдавал, я могу сказать, что, ну, всё посильно.  Но с точки зрения именно владельца юридического бизнеса вот есть, там, 50 человек, и все они будут не иметь права ходить в суды.  Для того, чтобы каждый из них имел право, каждый из них должен будет получить статус адвоката.  А это немаленькие деньги.  То есть, я понимаю, что у нас сейчас изменят тарификацию, да, с точки зрения взносов в адвокатскую палату, но ведь на сегодняшний день, например, в Барнауле, взнос составляет космические 500 000 рублей.  Это, действительно, колоссальные деньги.

Понятно, что это не будет 500 000 рублей после введения Закона, но в Москве, допустим, это, там 80 000 рублей.  Да?  Cкорее всего, как-то вот усреднят по стране, вероятно, там, сделают от 100 до 200 тысяч какой-то вот этот порог, но как может себе, там, ну, какая-нибудь региональная, не говорим о топовых московских фирмах, да?  Давайте какую-нибудь региональную возьмем юридическую фирму.  Вот, нормально трудится себе, там, 15 человек, да?  Малый бизнес, ну, условно сейчас.  Нужно будет заплатить по 100 000 рублей каждому?  Ну, во-первых, как работники они не будут этого делать.  Да? Ну, они же работники.  То есть, получается, это работодатель за них должен эту вот... вот эти там полтора-два миллиона найти?  Вот мне вот это не совсем понятно.  Аспект.

ТБ:  Ну, если исходить из того, «если бы директором был я», если б министром юстиции была я...

МЖ:  Давайте представим...

ТБ:  Зачем скромничать?  Я бы, допустим, вход в адвокатуру для частнопрактикующих юристов установила совершенно другой.  Я бы освободила их от вступительных взносов.  Полностью.  100%.  Потому что изменение их вот такого правового положения – это реально расходы, реально расходы серьезные, и в общем-то вот такое.... Сдать экзамены они обязаны.  Вот просто обязаны, чтобы подтвердить, как минимум, свои... наличие профессиональных знаний.  Сегодня квалификационный экзамен на присвоение статуса адвоката ну не сдаёт только полный дебил.  Вот простите за такое достаточно неформальное...

МЖ:  Я полностью поддерживаю, да.

ТБ:  Потому что 45 минут, человек пользуется консульт... правовой базой Консультант-Плюс, хочешь - Гарант, пожалуйста.  За 45 минут чтоб 4 вопроса не... если ты не найдешь ответа в правовом поле, ты не юрист и, тем более, не адвокат.  Такие юристы нам не нужны.

МЖ:  Не обо всём мы с Вами сегодня спорим, Татьяна Дмитриевна.

ТБ:  Вы согласитесь?

МЖ: Нет, здесь я с Вами согласна.

ТБ:  Освободить его от вступительного взноса – это я согласна, потому что справедливо и правильно.

МЖ:  Потому что у меня много коллег, я много общаюсь в профессиональном сообществе, я состою в различных клубах, и я, действительно, знаю очень порядочные, большие, хорошие фирмы, да?  Ну, региональные, которые, действительно, в ужасе от этой перспективы, потому что, ну, объективно заплатить за своих работников, да? а они сегодня твои работники, а завтра они, извините, да? сказали – ну, у нас свободный рынок, они сказали, извините, да, здрасьте, я дальше пошел работать.

ТБ:  Впрочем, после того, ка был принят Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре 2002 года, крупные фирмы поступили сразу и мудро.  Они располовинили состав, половина приобрели статус адвоката, половина остались сотрудниками, то есть, у них в штате есть всё, все случаи адвокатской деятельности.

МЖ:  Но всё-таки и помощники у нас, юристы, да? Ходят в суды, бывают, скажем, не всегда какие-то важные процессы, да?  Не обязательно самому адвокату идти в суд, когда можно отправить юриста, допустим, да?  Который в состоянии самостоятельно провести судебный процесс.

И, ну вот, возвращаясь, там, к следующему аргументу, я всё-таки, Татьяна Дмитриевна, считаю, что взносы в адвокатскую палату, которые потом будут, да?  Они повысят стоимость помощи, особенно в каких-то, ну, небольших населенных пунктах, небольших городах, где, ну, юридическая помощь сама по себе стоит недорого, да?  Ну, допустим, по сравнению, да, там, с Москвой или с Питером или даже с Самарой.

И вот это вот увеличение, там, даже налоговой нагрузки на 5-7%, оно, на мой взгляд... и плюс взносы, не забываем, да?  в палату, которые тоже будут, обязательно оно, на мой взгляд, скажется на стоимости, в том числи для граждан.

ТБ:  Ну как может сказаться на стоимости для  граждан, если я ... никто, в общем-то, не знает, сколько частнопрактикующих юристов.  Вот сколько лет мы говорим о монополии – цифры различные.  Вот Вы предполагаете, что это 600 000.

МЖ:  Ну, это не утверждение, да? это только ... прикидка.

ТБ:  Мы пытались прикинуть по Самарскому региону, потому что за всю Россию отвечать очень сложно.  Вот по Самарскому региону более такого же числа, вот, максимального, вот в самом-самом вот вот максимальном приближении, если нас сейчас 2000 чуть-чуть меньше адвокатов, то не больше двух тысяч юристов.

МЖ:  Поэтому это число кажется слишком таким завышенным?

ТБ:  Слишком завышенные, вот настолько завышенные, даже это объективно не может быть такого – раз, во-вторых, если, опять же говорю, рынок – он правит всем.  Количество адвокатов на количество дел и количество адвокатов плюс частнопрактикующих юристов на то же количество дел – они придут уже со своей фактически базой, наработанной.  Они в адвокатуре определенную нишу займут только в общем-то вот вливанием новых таких ... позиций.  А по количеству, по сферам деятельности, потому что юридические фирмы, мое личное мнение, они, если занимаются конкретным направлением деятельности, то это высокие профессионалы.

Нужно отдать должное, что не все, в общем-то, мошенники, которые, там, под мостом где-то там приглашают, фирмы-однодневки рисуют, собирают документы и пропадают.

В слезах таких граждан я, в общем-то, на приемах своих купаюсь, когда, «вот, адвокат забрал деньги, собрал документы, пропал, потом по реестру проверяешь, говоришь, что нет такого адвоката”.  А она утверждает, женщина, плачет и рыдает, есть, он сказал, что адвокат.  Объясняешь, что понимаете, вот документы, можно проверить наличие – «а он сказал, что он адвокат».

Вот единственный довод, который на самом таком вот примитивном уровне – а если бы он сказал, что он Владимир Владимирович Путин, Вы бы поверили в это?  Вот здесь у человека происходит прояснение какое-то, осознание, что его обманули.  Не хочет в это верить.

Я по большей части не отношу неквалифицированных юристов именно в общем-то к тем, кто может претендовать на статус.  Это в основном грамотные, занимающиеся строго определенным направлением юридической практики, поэтому для них, я считаю, никакой проблемы не будет сдать экзамен.

С точки зрения финансовой, ну это должна быть разумная практика.   Допустим, по 500 000 – это ... взносы первоначальные... это и в предыдущий год /sic/, и в настоящее время, я считаю, какое-то заоблачный первоначальный взнос, и такой...

МЖ:  Блокирующий вход в профессию.

ТБ:  Конечно, конечно, именно блокирующий.  С целью создать минимальное количество адвокатов, чтобы количество дел в производстве было больше.  Это, в общем-то, я считаю, и непрофессионально, и полукриминально.  Создает, во-первых, почву для коррупционных таких вот историй, совершенно точно.

Не хвалясь нисколько, но констатируя факт, у нас сдают экзамены из других регионов, вот приезжают, прописка, проходит время, и человек ищет возможности быть допущенным к сдаче квалификационного экзамена.   Спрашиваю – почему, почему Вы из своих регионов в Самару-то приезжаете? – «Здесь всё прозрачно».  «Здесь всё прозрачно и относительно недорого».

Нужно же в общем-то какой-то разум иметь, что это должна быть – и вступительный взнос должен быть, подчиняться каким-то определенным разумным требованиям.  Тут я соглашусь, что вот таким образом только путем вот щелчка в изменении законодательства что материальное положение адвокатских палат сразу внезапно расцветет – это неправильно, просто неправильно.

Продолжая эту тему, я могу сказать, что, приобретая статус адвоката, юрист – он же не только обязанности приобретает, материальные, предусмотренные Кодексом.  Он же приобретает защиту.  Он же приобретает, во-первых, адвокатский иммунитет, давайте об этом не забывать.  Это святое право только адвоката – не быть допрошенным по делам, по которым он принимал... оказывал юридическую помощь.  Такого статуса нет у юриста, просто юриста.  Он допрашивается в качестве обычного свидетеля по делу.

Адвокатское досье адвоката имеет также право на секретность и неприкосновенность, адвокатская тайна.  Этого не имеет.

Потом, по дисциплинарному производству.  Это отдельная тема, когда адвокат, я об этом, вот, с полной ответственностью заявляю, приобретает защиту корпорации от необоснованных претензий доверителей.  Это же целый пласт отношений.  И квалификационная комиссия как раз отсекает вот такие вот способы давления на адвоката, способы получения обратно гонорара, уплаченного адвокату – это только, в общем-то, квалификационная комиссия, Совет Палаты.

МЖ:  Ну, здесь, Татьяна Дмитриевна, я с Вами полностью соглашусь в части того, что это, действительно, защита, и именно поэтому я, лично, свой выбор сделала в пользу адвокатской корпорации.  Я не занимаюсь уголовными делами, то есть, мне по моей работе нет необходимости быть адвокатом, да?  То есть, я знаю, что – и для наших зрителей, кто вдруг не знает, да? Что быть, если ты хочешь заниматься уголовными делами, у тебя нет выбора, так ведь?  Должен обладать статусом адвоката.  Но, если ты занимаешься, как я, налоговыми делами, арбитражными делами, тогда можно быть просто квалифицированным юристом, да?  Не быть адвокатом.

Но я для себя ...

ТБ:  Уважение к профессии – Вы ведь не можете отрицать, что ...

МЖ:  Безусловно, Татьяна Дмитриевна, не могу отрицать, но я должна сказать, что, например, вот, на налоговом поле, да, там, где я практикую в основном, разницы не то чтобы почти нет... Ведущие юридические компании, которые сегодня являются топовыми компаниями во всей стране, представляющими интересы налоговиков...

Ну, по налоговым спорам – не обладают статусом адвокатов.  Например, есть компания «Таксоложу» (фонетическая передача - Т.Н.) - у которых 22 победы в Верховном Суде Российской Федерации, да? по нвлоговым спорам.  Представляете, какой это уровень, да?  И они – не адвокаты, и как бы не собираются.  Другое дело – есть, например, да, там, «Пепеляев Груп», да, там тоже есть адвокаты внутри компании, но у них есть прекрасные не-адвокаты, которые великолепно практикуют по налоговым спорам.

Поэтому например вот в моей, конкретно в моей отрасли вот такой разницы нет... она не чувствуется.

Да, ну, я думаю, что на этой ноте, когда мы рассказали, да, о возможностях, которые дает адвокатская корпорация, я для себя, наверное, услышала, много подтверждений тому, почему я выбрала адвокатскую профессию.

В то же время, как бы как резюме я сделаю и Татьяну Дмитриевну попрошу, да, я для себя все-таки поддерживаю ... вот, придерживаюсь того взгляда, что профессия – это выбор, и мне хотелось бы иметь это право, выбирать, хочу я быть адвокатом или не хочу, потому что для меня само слово «адвокат» - это, вот для меня, это – про свободу, про свободу выбора в том числе.

Татьяна Дмитриевна, Вам, наверное, тоже такое резюмирующее слово...

ТБ:  Мне хочется, в общем-то, коль мы в такую полемику с Вами углубились, мне хочется сказать, что профессия – это выбор, и, если ты видишь себя в качестве лица, представляющего интересы другого человека, ты должен выбрать профессию адвоката.  Есть такая профессия – защищать.  И эта профессия называется «адвокат».

МЖ:  Спасибо большое, Татьяна Дмитриевна, я рада, что у нас с Вами получилась, ну, на мой взгляд, довольно плодотворная дискуссия.  Мы не поругались, несмотря на нахождение на разных полюсах.  Я надеюсь, что меня после сегодняшнего из палаты адвокатов не исключат, потому что у меня есть защита как у адвоката.  Ну, это, конечно, я шучу.  А, Татьяна Дмитриевна, спасибо огромное.  Мне было очень интересно и, уважаемые зрители, оставайтесь с нами, на этом канале, подписывайтесь, Вас ждет еще очень много интересных тем.

 

 

 

НашПареньВВашингтоне: о профессиональной подготовке юридического комментатора о событиях в США Игоря Слабых, "60 судах" и "отсутствии фальсификаций на выборах 2020 года"

 Эта статья - вторая из серии "Наш парень в Вашингтоне" о полити... ой, юридическом русскоязычном комментаторе американских леваков Игоре Слабых.

Т.к. вещать он пытается с высоты своего предположительно юридического образования и опыта работы судебного юриста, и, таким образом, пытается влиять на публику, включая российских юристов, особенно на тех, которым, в силу языковых ограничений, невозможно перепроверить "профессиональные" проповеди Слабых, я решила начать описание данной мифологической фигуры с его биографии.

Вот такую информацию о Слабых подарил tadviser.ru:

Занимался в России с 2007 года (возраст 27 лет) защитой авторских прав через свою юридическую фирму "Ваш правовой помощник", которая с 2008 года (возраст 28 лет) представляла интересы Adobe.  Понятное дело, что подобные контракты на юридическое сопровождение на земле просто так - особенно в России - не валяются, и у Слабых была неслабая поддержка, чтобы такой контракт получить.

Как Слабых рассказал в программе СлухайЭхо, уже в 2016 году (год избрания на первый срок президента Трампа) он перебрался в США, штат Вирджиния, и живет в 30 минутах езды до столицы США, Вашингтона, округ Колумбия.

Получил степень LLM (магистр права, 1 год школы права).

Признался в одном из постов в своем телеграм-канале, что лицензии юриста в США не имеет и никогда не практиковал в американских судах.

На СлухайЭхо на вопрос о своем знании американского права упомянул LLM и то, что опубликовал несколько статей на английском языке об американском праве.  Где опубликовал и о какой области американского права статьи, не сказал, так что проверить невозможно.

Рекламирует свою программу на "Живом гвозде" "Трифекты" с Яном Веселовым (политолог) и Павлом Дубравским (политтехнолог).  А Слабых, стало быть, единственный юрист в этой команде, #НашПареньВВашингтоне, "который знает".  Говорит, "Живой Гвоздь" и Алексей Алексеевич Венедиктов "решили, что это интересно, и спасибо им".  Чтобы все понимали, кто игроки и кто кого куда продвигает. 

Это в дополнение к Каспарову.ru, который тоже не каждого автора пригласит на свою платформу, а только проверенного левака.

"Согласился" участвовать в программе "Живой гвоздь", чтобы, говорит, у слушателей был доступ к доброкачественной аналитической программе о событиях в США. 

Хотелось бы, чтобы аудитория понимала, что привлекательность Слабых для тех, кто оплачивает его активную деятельность, в том, что он российский юрист, владеет российской терминологией права, и может завернуть в нее как в фантик свои (или своих хозяев) разглагольствования об американском праве под видом знатока.

Профессиональная подготовка "знатока" начинает хромать и проявляется вместо нее политическая ангажированность, когда Слабых настойчиво, до тошноты, продавливает линию американских леваков (сенаторы-демократы тоже этим грешили на сенатских слушаниях по кандидатам - назначенцам Трампа) на тему "60 судов" и "отсутствия доказательств фальсификаций на выборах 2020 года".

Сенаторы так ультиматум предъявляли кандидатам - вот скажи прямо сейчас под присягой, были фальсификации или не было.  АААА, не можешь сказать, не хочешь отвечать, а вот суды-то установили.

Я писала на эту тему в другом блоге, 8 января 2021 года и на английском языке - называется статья "О доказательствах и праве".

Похоже, дезинформация о "60 судах" крепко въелась в нарратив псевдо-аналитиков, так что придется повторить.

В статье рассказывается то, что Слабых не может не знать как предположительно американский юрист с дипломом LLM из элитной школы права (Джорджтаунская, в Вашингтоне, округ Колумбия - интересно, кто платил за обучение? 116 000 доллариев в этом году, не могло быть намного дешевле в 2016 году, когда Слабых предположительно там учился).  

Уж за год гражданский-то процесс в американских судах ему в голову предположительно вложили в американской школе права?  Не вложили, так сам должен был прочесть, прежде чем нести чушь в эфире как знаток- "американский юрист".

60 судов, хором отклонивших все иски избирателей о нарушении гражданских прав на выборах США, все, без исключения, сделали это ДО процедуры раскрытия доказательств, в то время как практически вся доказательственная база была в руках ответчиков, соответственно, является нарушением конституционных прав истцов заявлять, что ОНИ не предоставили доказательств, которые были в распоряжении ОППОНЕНТА.

Более того, ни в одном из этих исков не дошло дело до судов присяжных, а в федеральном гражданском процессе только присяжные могут устанавливать факты.  Судья может разрешить дело по существу только в виде исключения, когда подается ходатайство о суммарном разрешении дела, и в этом случае подаются заявления под присягой от свидетелей, которые должны судье доказать, что не существует спорных фактов.

Более того, такое ходатайство может быть подано только после процедуры раскрытия доказательств, а до такой процедуры суда не допустили ни один из "60 исков".  

Кстати, не уверена, что Слабых сможет назвать поименно иски, на которые он опирается, наверняка он их просто не читал.

Я читала.  Скачала из федерального архива за собственные деньги и читала.

Соответственно, у судей в этих "60 исках" не было полномочий установить, что не было фальсификаций на выборах.  Это был главный спорный факт во всех исках, на процессуальной стадии, на которой иски были отклонены, доказательства не требуются, соответственно, отклонили иски не по существу и без установления фактов - но раструбили, что с установлением фактов, и что подобное отклонение исков есть доказательство, что не было фальсификаций на выборах.

В дополнение ко всему, устроили рейды у Джулиани, отняли у него все цифровые носители, обыскали квартиру и офис, лишили лицензии за то, что он стоял на своем и не сдал свидетелей и доказательства, хорошо запрятанные.  Поэтому такой уровень мести против него.  

Я о процессе над Джулиани написала серию статей, на русском и английском, опубликовала на Academia.edu, там подробно расписан уровень давления, которому подвергались истцы и их юристы, включая Джулиани, в этих самых "60 исках".  Включая угрозы жизни и захват заложников.

И теперь Слабых гнет, вместе с сенаторами-демократами, линию о том, что "судами установлено", и нельзя не слушать суды:

"После проигрыша выборов 20-го года Трамп развернул небывалую кампанию вранья о фальсификациях на выборах. Можно много рассказать о том, почему это было вранье, но решения более чем 60-ти судов об отсутствии фальсификаций и нарушений говорят сами за себя, и вот тут институты как раз защитили демократию. Но затем президент попросил своего вице-президента игнорировать решения судов, и отказаться проводить процедуру сертификации результатов выборов на совместной сессии Конгресса."

Кстати, интересно, знает ли Слабых не даты окончательного разрешения исков в этих "60-ти судах", "авторитетно" заявляя в статье о том, что "президент попросил своего вице-президента игнорировать решения судов".  Привел ссылки на решение судов, которые президент, предположительно, "попросил своего вице-президента игнорировать".

Такое впечатление, что Слабых не слышал об ответственности за клевету.  Трамп ведь и иск вменить может, мало не покажется.  Слабых нигде не упоминал, что был вхож в Белый дом и взаимоотношения между Трампом и вице-президентом, поэтому откуда такие познания, неизвестно.

Впечатление, что просто несет в эфире, что приказано нести.

Для меня как американского юриста, весьма хорошо знакомого с процедурой ведения гражданского процесса в федеральных судах, сама этим занималась, всё кристально просто - суды не только не установили, что не было фальсификаций на выборах 2020 года, но и, на процессуальной стадии, на которой были отклонены иски, не могли этого установить, не имели таких полномочий.

Так что оцените профессионализм Слабых хотя бы по тому, что он чуть не в каждом втором своем посте о Трампе продолжает срыгивать эту же самую тошнотворную процессуальную чушь про 60 судов, установивших отсутствия фальсификаций на выборах 2020 года.

Ну не может честный, добросовестный юрист, знающий азы гражданского процесса в федеральном американском суде, поддерживать эту галиматью.

Судей во всех этих 60 исках нужно судить за измену присяге и подчинение приказу из некоего центра, в нарушение нормальной гражданской процедуры, но никто пока не предпринимает такого шага.

Просто потому, что Джулиани и других честных адвокатов, борющихся за право честного установления фактов в гражданских процессах о фальсификациях на выборах 2020 года полишали лицензий и практически обанкротили, чтобы другим юристам было неповадно вякать - и они не вякают - не значит, что суды что-то там "установили", хотя гражданская процедура совершенно ясно и четко говорит каждому студенту права, что это невозможно на стадии процессов, когда иски были отклонены.

А те, кто верят профессионализму "юридического аналитика по американскому праву" Игоря Слабых, могут еще поверить в Деда Мороза.

НашПареньВВашингтоне: Будет ли подвергнут уголовному преследованию как враждебный иноагент влияния, лишен статуса законного мигранта и депортирован новый оплот американских леваков юрист Игорь Слабых?

Больше всего не люблю вранья и лицемерия.  Много об этом писала, на примерах.

Вот, например, теперь уже бывший адвокат Иван Павлов - продвигал и продвигает себя как защитник прав человека, но вместо этого активно продвигает в России адвокатскую монополию американского типа, причем действует под руководством предположительно бывшей американки-жены, давнишнего агента американских леваков.  Посмотрите в этом блоге статью "Может, хватит врать" и другие статьи об Иване Павлове, в блоге есть поиск по словам.  Сейчас Павлов отсиживается за рубежом и постит редко.

То же с т.н. защитницей прав человека Каринной Москаленко, тоже много о ней писала, посмотрите блог по ключевым словам и мои посты в группах в Фейсбуке.  Москаленко тоже отсиживается за рубежом и тоже, особенно после победы Трампа, постит редко.

Не отстает во вранье и продвигатель американской монополии со стороны ФПА, Гасан Мирзоев (первоначальное имя Григорий Евдаев).  Целая серия статей у меня в этом блоге посвящена этому конкретному герою, серия называется "Вся жизнь - фантастика".

И вот, похоже, нужно начинать новую серию, посвященную новому юристу-оборотню, продвигающему под соусом прав человека совсем другие цели той же группы людей и интересов, что поддерживают Павлова и Москаленко.

Пару лет назад мой интерес привлек такой новый кандидат в герои, юрист Игорь Слабых.  Я внимательно следила за его постами и выступлениями в Фейсбуке, на Телеграм-канале USLegalNews, в программе СлухайЭхо, за его статьями как разрешенно-приглашенного автора блога на портале Kasparov.ru и вот, наконец, решила, что настало время начать комментировать его непрофессиональную пропаганду, преподносимую публике как профессиональную оценку американского юриста.  

Что привлекло мой интерес?  Плодовитость и грамотная терминология текстов в сочетании с совершенно определенным отсутствием компетентности судебного юриста (в американских судах, где процедуру я как раз знаю отлично из собственной практики) и политизированными левацкими выводами уровня канала CNN.

Недавно, после победы Трампа на выборах, у Слабых сдали нервы и он признался в письменном посте на Фейсбуке, что боится, в связи с объявлением Трампа о возможности изменения статуса легальных мигрантов и их депортации в связи с их враждебной политической позицией, что его могут депортировать:

"...мне как легальному мигранту не по себе, что вице-президент может в любой момент заявить о том, что несмотря на соблюдение законов, десятки тысяч людей являются нелегалами. Вдвойне мне не уютно, поскольку Трамп, угрожая депортацией нелегалов, постоянно упоминает Закон о враждебных иностранцах: этот закон конца 18-го века использовался для того, чтобы во время Второй мировой войны поместить в лагеря даже американских граждан японского происхождения; уж против неграждан он точно может применяться…".

Но нервы сдали, видимо, еще недостаточно, или профессиональной подготовки не хватает, или хозяева, кто платит зарплату, недостаточно объяснили, чем может грозить бурная деятельность Слабых на основании существующего федерального уголовного законодательства, и не только упоминаемого Слабых "закона конца 18-го века".  Кстати, у нас и основной закон (Конституция США) тоже 18-го века, что Слабых не мешает публиковать комментарии о предположительном соответствии или несоответствии действий того или другого политического деятеля США этому древнему документу.

По моему мнению, Слабых могут не только депортировать, но и привлечь к уголовному преследованию как враждебного агента влияния, вспомним Марию Бутину.  

Слабых признался, письменно, что не является гражданином США, но при этом активно и публично распространяет на Фейсбуке созданные им и его политическим нон-профитом болванки писем к сенаторам, чтобы не дать пройти кандидатуре президента США на пост главы внешней разведки, причем еще и с благодарностью анонимным консультантам, посоветовавшим, как лучше добраться до уха сенатора.

Не знаю, хорошо ли Слабых изучал законодательство о нон-профитах, я изучила спецкурс по этой области права в американской школе права и много лет отслеживаю правовые аспекты регулирования нон-профитов.  

Так вот, нон-профиты получают безналоговый статус только при условии отсутствия политической активности.  

Нон-профит Игоря Слабых может запросто лишиться безналогового статуса и, попросту говоря, полностью накрыться, если Трамп серьезно обратит внимание на политическую активность многочисленных нон-профитов, существующих на деньги американских налогоплательщиков, тем более, если эта политическая активность осуществляется, как это происходит с Игорем Слабых, с участием иностранных граждан, в данном случае, гражданина России.

Нон-профит, где трудится в Вашингтоне, округ Колумбия, Игорь Слабых, создал и распространяет. с помощью не-гражданина США, но гражданина России, болванки писем для того, чтобы американский электорат, воспользовавшись этими болванками, надавил на своих избранных представителей в сенате США и чтобы таким образом предотвратить назначение номинантку на пост руководителя ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ США Тулси Габбард.

Для того, чтобы представить, до какой степени обнаглел Слабых, представьте на секунду, что действие происходит где-нибудь в другой стране, и Слабых, не-гражданин этой страны, не только выражает свое ЛИЧНОЕ недовольство выбором кандидата на пост главы внешней разведки этой страны, но еще и консультируется с анонимными консультантами, как быстрее добраться до ушей сенаторов и распространяет листовки среди населения, чтобы не допустить назначения именно этого кандидата на пост главы внешней разведки страны.

В любой другой стране Слабых уже бы сидел.

Распространяя эту болванку письма на своей странице в Фейсбуке, на которой подписано множество друзей, включая российских юристов, Игорь Слабых одновременно выражал тревогу, как было процитировано ранее, что его легальный статус администрация Трампа может отменить и депортировать его из страны.

На самом деле, когда иностранный гражданин, пусть и с легальным статусом, открыто пытается влиять на назначение главы внешней разведки страны, которая его пустила к себе пожить, при этом утверждая, без каких-либо доказательств, что номинантка на этот пост, честно отслужившая в вооруженных силах США, является агентом России, он - кандидат № 1 не только на депортацию, за попытку влияния при назначении такой важности и такого уровня, но и подвергает себя опасности возможного уголовного преследования как враждебного иноагента влияния на государственную политику и национальную безопасность США.  Не находите?

Не знаю, понимает ли Игорь Слабых, что он перешел грань, за которой могут последовать весьма неприятные в его жизни события.  Думаю, что все еще не совсем понимает, хотя и проявил тревожность.

Эта статья - начало серии статей.  Я решила начать комментировать статьи Игоря Слабых как антидот против попытки воздействия американских глобалистов на россиян и российских юристов с помощью "своего парня в Вашингтоне", который имеет российское и американское юридическое образование, и потому якобы "всё знает".

Слабых сам признался на своем телеграм-канале что никогда не имел лицензии юриста в США и никогда не работал в суде.  Его посты, как я буду писать отдельно и подробно, показывают совершенную некомпетентность Слабых как судебного юриста, и его попытка влияния как "своего парня в Вашингтоне" на российских юристов, российскую публику и русскоязычных американцев может принести значительный вред большому количеству людей.

По Габбард сказать ни мне, ни Слабых нечего - мы не специалисты в области разведки, и уверена, что Слабых не обладает доступом к информации уровня, на который опирается, пытаясь не допустить назначения Габбард.

Слабых раздает советы о Габбард на уровне бабушки на скамейке.

А вот по поводу судов в делах по фальсификациям на выборах 2020 года я вполне компетентна высказаться - а Слабых только гнет линию американских леваков и никак не хочет признать того, чему его учили в американской школе права в отношении гражданской процедуры в судебных процессах федеральных судов.  Но об этом в отдельной статье.

Каринна Москаленко: я крала у своей коллегии только дважды

  https://www.peoples.ru/state/lawyers/moskalenko/interview.html

"у меня была такая идея, что раз я противопоставляю себя государству, то я должна быть независима от него, то есть у меня все должно быть кристально чисто. Я считала невозможным брать с клиентов деньги помимо кассы. Я брала «миксты» всего дважды, но понимала, что это плата за реальную работу и мне нечего было стыдиться. Потолок зарплаты в адвокатуре в советское время был 330 рублей — куда уж больше! Тогда еще можно было прожить и на сто рублей в месяц и ни о чем не думать."

Вот так, откровенно.

Если нельзя, но очень хочется,  то можно и совесть позволяет - красть у своей коллегии.

Причём любому нормальному разумному человеку понятно, что если человек в интервью признается, что он крал, но только дважды, это все равно, что алкоголик признается,  что пьёт, но только по праздникам.

Крала.  И считала это нормальным, т к папа, начальник космических войск СССР, прикрыл бы в случае чего. 

Это о моральном облике "строителя всего хорошего против всего плохого".

Как зовут Каринну Москаленко и Ивана Павлова? Об особенностях получения американского гражданства.

 Возможно, россияне не знают об интересной особенности предоставления гражданства в США - возможности полной смены имени.

Был Иван Павлов - стал, к примеру, Douglas McNugget.

Была Каринна Москаленко - стала, к примеру, Takesha Ogilvie.

И ищи-свищи имущество оных, зарегистрированное, в публичном доступе, но на новые имена, а смена имени засекречена.

Вот и посадите.

Каринна Москаленко была завербована ABA/CEELI в начале 90-х (якобы за кастрюлю борща, а не потому, что папа - глава космических войск) как раз в то самое время, когда начался неоколониальный проект ABA "Верховенство закона" и началась вербовка агентов влияния под этот проект по всему миру, см. Перевод манифеста ABA.

В начале 2000х американцы уже перетащили её и её семью за границу, где она и остаётся до сих пор.  С тех пор сенат США дважды вступился в защиту Москаленко - когда её якобы отравили (2008) и когда её пытались лишить адвокатского статуса,  см. Также 189-ю резолюцию 111-го Конгресса США.  15 сенаторов США обратились аж к Путину, чтобы не лишать её статуса, хотя этот вопрос был в руках её дружбана Генри Резника, который не собирался ее чего-либо лишать.

Более того, она была весьма активна в пропагандистской деятельности, распространении т н "международных" (американских) стандартов юридической профессии, прямо по Манифесту ABA, в особняке в Праге, штаб-квартире ABA/Госдепа (глубинного государства США).

И, наконец, немедленно по потере базы для оперативных действий, ЕСПЧ,  ей была предоставлена другая база - ООН, в удобном статусе эксперта (вдруг) по Беларуси, чтобы не лишили в России статуса по уголовной статье после начала войны с Украиной.

Что вместе взятое свидетельствует о том, что у неё давно имеется американское гражданство.  На неизвестное нам имя.  Так что проследить её проживание и имущество в США не представляется возможным.

И то же можно сказать об Иване Павлове, женатом на американской оперативнице Дженнифер Гаспар с начала 2000х.

Поэтому, когда вы, уважаемые российские юристы, адвокаты и просто люди, западаете на пламенные речи этих оперативников и пламенно же их защищаете,  при отсутствии достоверной информации о них, включая нынешнее имя, подумайте об этом.

Нет, конечно Москаленко выступает в ООН под старым именем, наработанным, это часть службы.

Но какое у неё настоящее имя - сказать невозможно.  Это удобно.  Не для вас.

Каринна Москаленко - еще один пиар-проект ABA-CEELI. Откуда интерес к этой фигуре?

Статья эта была подготовлена в 2019 году и не была опубликована из-за моей тяжёлой болезни, нарушившей многие мои планы.

Статья, первая из серии, стала актуальной сейчас, поэтому публикую.

==

Мой блог называется - "Доступ к правосудию, в США и не только".  

Моя цель - устранить барьеры для этого доступа, по обе стороны океана, доступными мне способами.

По темам, связанным с доступом к правосудию, я провожу журналистские расследования.

Я бы, наверное, не стала проводить журналистское расследование в отношении российского/французского адвоката Каринны Москаленко - она мне была не интересна - если бы не ее собственное поведение на конференции "Российская адвокатура: от конфликта к диалогу".

В ее двух выступлениях на этой конференции, стенограммы здесь и здесь, было столько 

• рисовки, 
• непонятного кокетства 65-летней женщины перед намного более молодой аудиторией ("бедная Каринночка", "и уж поскольку мне абсолютно нечего сказать, я скажу" - и монолог Гамлета, сверкая глазами, разводя руками, тряся головой и грозя пальцем);
• нарочитой театральщины, 
• лести в сочетании с угрозами к одним и тем же лицам, к которым она одновременно признавалась в любви, обещала переизбрать их на будущее - и грозила вниманием "международного юридического сообщества", при этом скромно опуская, что осуществляющая этот предполагаемая "международная юридическая организация" International Commission of Jurists - ее собственная, 
• та, что дала ей статус филиала аж в 1999 году, в самом начале ее деятельности, 
• та, чьим статусом филиала она спасалась от нападок налоговых российских властей,
• та, чьим "комиссаром" она стала в 2003 года, отслужила 3 срока этим "комиссаром" и стала "почетным комиссаром",
• та, что сама по себе является - так же, как и, по цепочке, "Голос адвоката" (устроитель конференции) и "Пражский клуб" (членом которого Каринна Москаленко являетсяя, спонсор "Голоса адвоката") - дочкой и проектом ABA/CEELI/USAID "Верховенство закона", а проще выражаясь - проектом неоколониального проникновения и замены законов, правительств и системы правосудия по всему миру.

Мое внимание привлекла, скажем так, эта фигура умолчания как ложь, в сочетании с разговором с аудиторией адвокатов и юристов, ну, не совсем, как с дебилами, ну, скажем - как с аудиторией ТЮЗа на спектакле "Синяя птица"/

Мое внимание привлекло неуважение к людям, коллегам в аудитории, выражающееся в этой театральщине, в переборе минут и краже у последующих ораторов времени на выступления - а особенно в сопровождении заявлений "так как мне абсолютно нечего сказать, я уложусь в 9 минут" - и потом об "абсолютно нечего сказать" говорится, с превышением регламента, более 14 минут, и затем, еще раз с превышением регламента и враньем о своем праве на минуты, которого не было, в последней сессии.

Конечно, все это в заверении в любви и уважении - но слова дела не меняют.

Мое внимание также привлекло патетически-театральное "не люблю! терпеть не могу!" от Каринны Москаленко на конференции 13 июля 2019 г. в отношении людей, "запугивающих тех, кто едет в Прагу" - само собой, не пива  чешского попить, наслаждаясь архитектурными красотами Златы Праги, а посетить инструктаж в "Пражском клубе", проекте ABA/СEELI, которого Каринна Москаленко является членом.

Что собой представляет "запугивание", особенно в устах представителя организации, борящейся за "открытость в адвокатуре" - но, конечно же, не в финансировании собственной организации - непонятно, возможно, это просто критика и рассказ о том, чем на самом деле является и "Пражский клуб", и различные "правозащитные" проекты, финансируемые американцами.

Когда я ранее писала о пиар-проектах ABA/CEELI/USAID 

1. Докторе Лизе и Глебе Глинке (супружеской паре "русская-американец русского происхождения", с темным прошлым у обеих сторон, продвигавших в России адвокатскую монополию);
2. Иване Павлове и Дженнифер Гаспар (супружеской паре "русский и американка", с интересным прошлым и настоящим у обеих сторон, продвигающих в России и сейчас, через различных дочек ABA/CEELI, включая "Пражский клуб" и "Голос адвоката", адвокатскую монополию

я отмечала в первом случае, что муж доктора Лизы Глеб Глинка, эмиссар ABA/CEELI и путешественник, вместе со своей женой-"анестезиологом", по горячим точкам постсоветского пространства, хотя бы не скрывал своей принадлежности к проекту ABA/CEELI.

Скрыть это было трудно, так как Глеб Глинка был директором московского офиса ABA/CEELI - пока его не закрыли, побоявшись расследований деятельности проекта со стороны российских властей после введения закона об иноагентах.

Но потрудиться этот офис в России успех с лихвой.

Я отмечала во втором случае, что жена Ивана Павлова Дженнифер Гаспар (сейчас, по удобному заявлению Павлова - бывшая жена, что не мешает ей руководить проектом Павлова в качестве "директора по стратегическим проектам") была депортирована из России ФСБ на основании вопросов национальной безопасности, по поводу которых и Павлов, и Гаспар дали в Верховном суде РФ подписку о неразглашении.

Я также отмечала во втором случае, что по какой-то интересной причине "CEELI Institute" в Праге, куда катается "Пражский клуб", не стремится раскрыть свои корни, не указывая, что является проектом ABA на своем сайте, хотя родительская организация, ABA, своё родительство "института CEELI" открыто признает.  

Для не читающих по-английски я перевела источник, многостраничный и многосносочный парадный отчет ABA/СEELI от 2018 года, в котором руководитель проекта, федеральная американская судья, в подробностях и откровенно излагает, как проект проникал в различные ветви власти стран постсоветского пространства и Третьего мира, как менял законы и Конституции, как менял доступ к правосудию в этих странах через "реформы юридической профессии" - естественно, под себя.

Идеолог проекта ABA/CEELI Rachel Kleinfeld, на книгу и консультации с которой постоянно ссылалась в своем парадном отчете руководительница проекта ABA/CEELI судья M. Margaret McKeown (коллега отца Rachel Kleinfeld, кстати, по 9-му федеральному апелляционному округу судов США) не скрывала в своей книге, что

• "несение верховенства закона" в страны-мишени неэффективно, что 
• страны-мишени выбираются по принципу интересов безопасности США, а не потому, что в них что-то не так - Rachel Kleinfeld, и
• уже давно слышна критика вмешательства проекта в суверенитет стран-мишеней.

Заметим, что из двух предыдущих пиар-проектов,

Первая пара ушла в подполье:

• "д-р Лиза" якобы погибла на российском военном самолете (где нечего делать американской гражданке и жене американского гражданина), летящем в зону военных действий в Сирию и который якобы упал в море,
• безутешный муж продолжает преподавать в МГУ, является теперь российским гражданином и российским же адвокатом, но офис ABA/CEELI в Москве давно закрыл (в 2012 году еще).

Вторая пара ушла в полуподполье:

• Дженнифер Гаспар депортировали из России, она уехала не обратно домой, а в Прагу, куда к моменту ее депортации прибыл, в качестве директора миссии института CEELI, внук одного из президентов ABA и бывший куратор Дженнифер Гаспар в России, бывший советник посольства США в Москве,
• Ее муж адвокат Иван Павлов сначала поерепенился, заявляя, что вынужден покинуть Родину, последовав, как декабрист, за женой, потом заявил, что развелся, вернулся на покинутую Родину и продолжает продвигать на российском рынке проекты жены - как-то "Пражский клуб", "Голос адвоката" и т.д., но сам с начала этого года ушел в туман, и даже финансирование проектов теперь осторожно проводит под предлогом учреждения разных "премий" (жена его занималась в России грантодательством от правительства США в крупных размерах).

И вот на этом фоне ухода в туман или в относительный туман двух пиар-проектов ABA/CEELI, двух супружеских пар, вдруг ярко зазияла… засияла Каринна Москаленко, которая стала ездить на конференции "Голоса адвоката" в Москву, как на работу - включая во время болезни, что для пожилого человека должно быть очень тяжело.

И у меня возник вопрос - почему "как" на работу?

А не является ли продвижение "Пражского клуба" для Каринны Москаленко - работой?  Основной деятельностью, как и для всех членов сети "международного юридического сообщества", любовно и откровенно названного руководителем проекта ABA/CEELI как CEELI mafia?

И я стала копать - благо, недостатка в информации о Каринне Москаленко, ее семье и ее деятельности в открытом доступе нет.

Так же, как и во время моего участия в общественном журналистском расследовании по поводу "д-ра Лизы" с помощью русскоязычного сообщества по обе стороны океана в 2014-15 годах (после опубликования результатов которого пиар-проект д-ра Лизы и исчез с горизонта), я увидела тот же почерк и те же ляпы - и те же источники финансирования.

Выстроенная мною на основании информации из открытых источников хронологическая цепочка являет собой совсем не ту биографию, которая хрестоматийно публикуется о Каринне Москаленко - Каринна Москаленко возведена в ранг святых практически точно так же, как это было сделано с "д-ром Лизой".

Я - уголовный адвокат, в публичные оговорки профессиональных адвокатов, всю жизнь проводящих под светом софитов, не верю, в фантастические совпадения не верю, заявлениям в "веру в Бога", особенно, "найденную" в очень взрослом состоянии, особенно, на фоне весьма интересных схем финансирования, тоже не верю.

Задавалась я, конечно, мыслью - как получилось, что то, что накопала я, за достаточно недолгий срок, и из открытых источников, не накопали до меня коллеги Каринны Москаленко, причем, большОе их количество пришло в адвокатуру "с другой стороны", предварительно отработав в милиции-полиции, следствии и прокуратуре.

Куда глядели их глаза?

Глаза, возможно, глядели в КПЭА и на кусок хлеба, зарабатываемый с помощью статуса - в КПЭА сказано, что критиковать коллег низзя, а то будет плохо.

Мне абсолютно всё равно, кто что обо мне скажет по поводу моих публикаций об очередной святой, созданной, "по совпадению", в орбите проектов ABA/СEELI.

Что меня тревожит - это то, что эту святую продвигают на пьедестал нового кумира адвокатского сообщества, по принципу козла-провокатора.

Уже на конференции эта святая, вслед за Дмитрием Талантовым, выступившим с панегириком "методу Ганди", патетически вопросила публику - "ну чего же нам бояться"?

Москаленко в Страсбурге бояться, конечно же, можно мало чего, бояться можно и нужно тем, кто остался в России - зная, что и как могут сделать с адвокатами и российские "структуры", и сама "адвокатура".

Об этом рассказывали на конференции адвокаты Екатерина Семина (уголовное преследование адвоката и отсутствие поддержки со стороны адвокат-уры) и Алексей Аванесян (угрозы со стороны управленцев адвокатуры в сговоре с судьями "обеспечить" повышение сроков клиентам непокорного адвоката в случае продолжения его гражданских акций протеста).

Встревожило меня также и интервью Москаленко в мае 2019 г. "Эху Москвы", где она намекала, что хочет "через несколько лет" удалиться на покой - и что теперь борется за то, "какую адвокатуру оставить" той "школе адвокатов", "которую она воспитала".

В сочетании с приездом на конференции проектов ABA/CEELI из Страсбурга пожилой женщины, профессионального занятого адвоката, жены, матери несовершеннолетних детей и бабушки, "как" на работу, в любом состоянии, включая совершенно больной, в сочетании с истерической театральщиной двух выступлений Москаленко на конференции 13 июля 2019 года, я не могу отказаться от ощущения, что "что-то грядет".

А грядет - в этом самом месяце - новая рекрутинговая кампания того же "Пражского клуба" в Берлине, уже не только из России, но из нескольких стран постсоветского пространства.

У Каринны Москаленко растет не "школа", "воспитанная" ею, а молодые, зубастые конкуренты.

Поддерживая свой имидж правозащитника, она заявляет в интервью, что подача ее центром заявлений в Страсбург стоит 0 рублей и 0 копеек.

На 0 рублей и 0 копеек во Франции, в Страсбурге, офис не снимешь и не поддержишь, и также не поддержишь квартиру, одежду, еду и так далее для семьи со все еще двумя несовершеннолетними детьми.

И даже в Москву то и дело на конференцию не слетаешь.

А "отчаянные люди идут на отчаянные меры", как говорят у нас в америках.

Поэтому я просто хочу опубликовать ту картину - маслом - которая открылась мне при сопоставлении некоторых дат, фактов, исторических событий и заявлений самой Москаленко, о Москаленко и о событиях, которые к биографии Москаленко имеют отношение.

Публиковать буду понемногу, не перегружая читателя информацией в каждой отдельной статье.  Вопрос за вопросом, этап за этапом жизни.

Для меня является абсолютно непреложной истиной, что сколько бы и какого бы добра человек в жизни не сделал - я читала решения ЕСПЧ, которые выиграл центр Москаленко - это 

1. не делает этого человека непогрешимым и недоступным критике, и

2. не дает этому человеку, используя себя в качестве приманки, делать дела или помогать другим делать дела не столь кошерного свойства.

В России эта простая истина пока еще не вошла в общественное сознание.

Насколько я увидела по поведению аудитории и модераторов на конференции, Каринне Москаленко можно всё, потому что она - кумир и икона.

Ну, только что с другого кумира, ее "друга" Резник, который публично признается ей в любви, одновременно костеря ее и ее со-товарищей по "делу 32-х" последними словами.

Зачем вообще создавать кумиров - мне непонятно.  Расставание с иллюзиями - вещь болезненная, лучше их вообще не создавать.

Так вот - не обладая пиететом к любым представителям российского (и любого другого) юридического и адвокатского сообщества - я рассмотрела имеющуюся информацию о Каринне Москаленко, как рассматривают информацию в журналистских расследованиях по отношению к любому простому смертному.

В следующей статье я начну публиковать непосредственно альтернативную биографию Каринны Москаленко.

Заходите позже.