К НТВ как источнику информации я отношусь с особой насторожённостью и в основном я НТВ не верю.
Поэтому понимаю читателей, которые отреагировали на статью как на фальшивку или желание раздуть антиамериканские настроения.
Однако, зная систему американского уголовного правосудия изнутри, проработав сначала в офисе уголовного адвоката, а затем и сама - уголовным адвокатом и адвокатом по защите гражданских прав в США несколько лет, я знаю, как просто в США осудить - и даже казнить - невиновного.
Я писала об американском федеральном судье, который изобрел не одно и не два, а целых три оправдания казни невиновного, даже если суду известно, что осужденный(-ая) невинвен (-на).
Ещё студенткой американской школы права я стажировалась в нью-йоркской правозащитной организации помощи заключенным, и наслушалась и начиталась достаточно о прокурорском и полицейском произволе в США.
Я участвую в группах поддержки незаконно осужденных в США, слежу за новостями, и знаю, сколько сейчас людей освобождают после 20 и больше лет тюрьмы, когда раскрываются нарушения в уголовном судопроизводстве.
Однако, я понимаю, что у русскоязычных читателей НТВ с обеих сторон - американской и российской - есть свои причины не доверять НТВ как источнику информации об Америке для россиян.
У россиян смешанные чувства по отношению к Америке, и понятно, что такие чувства подогреваются антиамериканской пропагандой в российских СМИ. Часто встречаю такое отношение россиян к проблемам американского правосудия - "у нас хлеб жесткий, а у вас жемчуг мелкий". По мнению некоторых россиян, в России самые большие проблемы с правосудием, а в благополучной Америке нет таких проблем и быть не может, и кто говорит, что есть, и системные - это всё враньё.
Вот комментарии к статье НТВ о том, что 6 лет после приговора американский суд отклонил петицию и ходатайство Натальи Левченко-Уилсон о новом рассмотрении ее уголовного дела в связи со вновь открывшимися обстоятельствами.
Здесь звучит вера в профессионализм американской прокуратуры и полиции, вера абсолютно ничем не оправданная, так как, да, сплошь и рядом никакой экспертизы не делают, а если и делают, полагаются на экспертов-шарлатанов. Плюс в этом комментарии сквозит вера в добропорядочность полиции и прокуратуры - вера, тоже не имеющая под собой особых оснований.
Личный опыт уголовного адвоката и прочтение многочисленных дел, информация о которых имеется в открытых источниках, плюс свидетельства очевидцев, которые мне присылают в мой англоязычный блог http://attorneyindependence.blogspot.com, свидетельствуют, что добропорядочность прокуратуры и полицейских в США - исключение, а не правило.
Соблюдая все правила, много обвинительных приговоров не настучишь, по карьерной лестнице не продвинешься, в то время как прокурор в США - прямая дорога к судейской скамье, к ничем не ограниченной власти, хорошей зарплате, взяткам за устройство дел нужным людям.
Что касается фактической невиновности осужденных, во-первых, Конгресс США в 1996 году поставил серьезные препятствия на пути отмены незаконных уголовных приговоров введением Акта Против Терроризма и за Эффективную Смертную Казнь (да-да, "за эффективную смертную казнь").
С тех пор, многие судьи воспитаны на этом законодательном акте, который внушает судьям не только равнодушие к судьбе невинно осужденных, но и сознание легитимности содержания невинно осужденного в тюрьме или даже его или ее казни.
Например, федеральный судья Копф опубликовал в своем блоге свое кредо - три причины, по которой он считает, что казнить невиновного можно на совершенно законных основаниях.
В то же время, в этом году и месяце, известный судья федерального апелляционного суда Алекс Козински заявил, что готов отчет комиссии, исследовавшей экспертные теории, на основании которых осуждали, сажали и даже казнили людей в США - и заключение комиссии неутешительное, что науки в этих экспертных заключениях как раз и не было.
Вот ещё один распространенный взгляд - причем не только в России, но и среди американских обывателей, составляющих пулы для отбора присяжных - что обвинения без доказательства не бывает.
Неуважительное отношение мужчин внутри России к женщинам, как, например, в комментарии Николая Дорофеева, который считает русских женщин "добанутыми" и способными на убийство, возможно, и побуждает многих российских женщин искать брачных партнёров за рубежом.
Что касается утвреждения, что "обвинения без доказательств не бывает" - подобные заблуждения большинства присяжных в Америке привели к существованию "стандартной инструкции для присяжных", которая зачитывается каждой коллегии присяжных перед началом судебного процесса - и в этой инструкции суд информирует присяжных, что даже уголовное обвинение, предъявленное большой коллегией присяжных, не является доказательством вины.
Более того, уголовные адвокаты в США всегда отсеивают из коллегий присяжных кандидатов в присяжные, заявляющих, что раз предъявили обвинение, значит, "что-то в этом есть".
Данный комментарий отражает незнание системы апелляций при пожизненном заключении.
После того, как все прямые аппеляции истощены, при открытии новых доказательств возможно представление ходатайства о новом рассмотрении дела, а также возможно подача петиции habeas corpus, о предоставлении заключённого в суд для рассмотрения законности содержания под стражей.
Эти петиции подаются не только годами, но и десятилетиями.
Люди освобождаются после 20 и более лет тюрьмы, как невиновные.
Поэтому совершенно неправомерно говорить о том, что "НТВ накопало 6ти летней давности 'новость'" - как отметила Ирина Штейн.
Какое бы недоверие я ни испытывала к НТВ как новостному каналу, эта новость абсолютно достоверна, ее можно проверить по материалам судебного дела, если дело федеральное (петиции habeas corpus подаются и в судах штатах, и в федеральных судах), то материалы дела можно посмотреть по Интернету за небольшую постраничную плату.
То, что Наталья Левченко-Уилсон борется за доказательство своей невиновности - не старая новость. То, что в США большинство заключённых осуждено по сделкам с правосудием, без нормальной экспертизы и зачастую без предоставления подсудимым квалифицированных уголовных адвокатов - тоже уже давно не тайна.
В деле Натальи Левченко-Уилсон ещё присутствует другая проблема - судя по первоначальному интервью с золовкой Натальи (сестрой мужа), Наталья плохо владела английским языком, настолько плохо, что золовка не могла с ней нормально общаться.
В этой связи возникает вопрос - во-первых, был ли предоставлен квалифицированный переводчик на стадии допроса (утверждается, что полиция использовала переводчика, но какой квалификации и на какой стадии - неизвестно), хорошо ли Наталье объяснили через переводчика ее права хранить молчание и на адвоката, и, во-вторых, стресс 20-часового допроса на родном языке не идет в сравнение со стрессом 20-часового допроса на чужом языке.
Наталья - уроженка Ставрополя, по сообщениям прессы, жила до переезда в США в Новороссийске с дочерью 1985 года рождения.
"Призналась в убийстве. Точка."
Эта нехитрая "царица доказательств" царила и в российском 1937-м, и, к сожалению, в современных американских судах. Глубоко за 95% (выше, по разным статистическим источникам) уголовных дел разрешается через сделки с правосудием, не потому, что виновен, а потому, что подсудимому рассказали. что если не признается (виновен или не виновен) - сидеть ему и сидеть по максимуму, а в штатах со смертной казнью - вопрос признания или непризнания (опять-таки, вне зависимости, виновен или не виновен) - это вопрос жизни и смерти.
Наталье Левченко-Уилсон смертная казнь грозила.
Ее тогдашние адвокаты убедили ее признаться и отказаться от суда присяжных, чтобы сберечь себе жизнь - вне зависимости от своей вины или невиновности.
Трудно осуждать человека за то, что она избрала для себя жизнь, пусть даже и за решёткой в чужой стране.
Вот ещё один комментарий с верой в справедливую американскую систему правосудия.
В Америке, по убеждению Эльвиши Гусейновой, "не осудят человека, пока все не выяснят".
И вот ещё комментарий - без веских доказательств вины не дают пожизненное. Хорошо, когда люди верят в профессионализм прокуроров, полицейских и судей. Только в этом случае, к сожалению, вера не оправдана.
В признании деле Натальи много темных пятен.
Как она попала, не имея машины и не зная языка, в дом убитых, находящийся далеко от места жительства Натальи?
Почему полиция не исследовала возможность того, что убитая Славка Найденова, сестра убитого за 7 лет перед тем болгарского миллиардера и мафиози Илии Павлова, могла пасть жертвой киллера. Возможно, она что-то знала о делах брата? О его деньгах?
Во всяком случае, отец убитой высказал версию, что его дочь была убита наемным убийцей. Очень возможно, что Наталью, просто подставили и припугнули. А припугнуть, чтобы она сделала признание, было чем - в Америке у нее была дочь.
Наемных убийц искать трудно, и громкое дело, да ещё и с убийством ребенка, раскрыть - и получить продвижение по службе - хотелось.
Убитая познакомилась с мужем, по сообщениям в прессе и блогах, на похоронах брата, имея на тот момент годовалого сына.
Почему Филип Николов был на похоронах убитого миллиардера и предполагаемого босса болгарской мафии? На таких мероприятиях, людей такого ранга, бывают только свои. Филип Николов был либо другом семьи, либо имел профессиональные связи с Павловым.
После этой встречи убитая разводится с американским мужем и выходит замуж за человека, встреченного на похоронах убитого мафиози-брата-миллиардера.
И, совершенно случайно, именно этот человек нашел Славку и ее сына - своего пасынка - убитыми.
Экспертиза, понятное, дело, не проводилась - зачем? Наталья же призналась.
И никто не задался вопросом, что Наталья утверждала, что не помнит, чтобы она наносила удары ножом женщине или ребенку.
И никто не задался вопросом, почему кровь на одежде Натальи только ее собственная. Если она перерезала горло женщине и ребенку, кровь из обоих должна была хлестать фонтантом. То, что на Наталье не было крови жертв, указывает, что не она убийца, и что ей, возможно, что-то вкололи и подставили.
Интересно отметить, что Наталью в прессе единодушно и презрительно окрестили "mail order bride" - "невеста по каталогу". Если бы Наталья была из любой другой страны, кроме России, в прессе не посмели бы таким образом ее описывать. Множество людей в наше время знакомятся через брачные агентства и по Интернету.
Представьте себе описание француженки, китаянки, филиппинки, японки, кореянки, англичанки, немки, голландки, датчанки, финки как "невесты по каталогу". Не посмеют.
С русскими можно. В американских СМИ и фильмах, к сожалению, подогревается стереотип, что русский - значит, тупой, продажный и вообще плохой.
Русский - значит, мафиози, коррупционер, террорист или, если женщина - проститутка. Если женщина из России вышла замуж за американца - она непременно "невеста по каталогу". Тем не менее, под "невестой по каталогу" подразумевается женщина, которая хочет жить за счет мужа.
В случае с Натальей Левченко-Уилсон, было известно, что она работала, даже не владея как следует английским языком, работала, где могла - няней в русскоязычных семьях.
Однако, после выбитого из нее 20-часовым допросом признания, все оказалось не просто, а очень просто. Было неинтересно, почему Филип Николов, человек, присутствовавший на похоронах болгарского миллиардера, женился на сестре этого миллиардера и через несколько лет "нашел" эту самую сестру зарезанной - с уликами, указывавшими на убийство на почве ревности русской женой бывшего мужа убитой.
"Убийство на бытовой почве" было явной ложной версией следствия, предоставленной неразборчивой прессе, для которой главное в истории было убийство на почве ревностью русской "невестой по каталогу", дальше воображение не работало.
Братом убитой был убитый за 7 лет до того Илия Павлов, состояние которого на момент его убийства в 2003 года оценивалось в 1,5 миллиарда долларов. В промышленном комплексе Павлова работало 10 000 человек.
К расследованию убийства на якобы бытовой почве было, по сообщениям прессы города Новороссийска, куда прибыли для предварительного расследования адвокаты Левченко, подключено Федеральное Бюро Расследований.
Болгарская пресса указывала на возможные политические корни убийства Илии Павлова, брата убитой якобы Натальей Славки Найденовой. Илия Павлов, по сообщениям болгарской прессы, был якобы убит непосредственно после того, как, встретившись с президентами Болгарии и России, Павлов на один день съездил в Украину, и через два дня после того как он дал показания в деле об убийстве первого пост-коммунистического президента страны.
В болгарской прессе также сообщалось о возможной осведомлённости Павлова о деловых соглашениях между российским и болгарским президентом в области энергетики, и о том, что Павлов был, возможно, двойным агентом России и Вашингтона. Интересно, что, как сообщается, Павлов был убит одной пулей в сердце, причем его телохранители не пострадали.
Также, болгарская пресса сообщала о пожизненном содержании, полагавшемся убитой по завещанию ее брата. О размере содержания не сообщалось, но сообщалось, что убитая не была в дружеских отношениях с вдовой брата Дариной Павловой и не общалась с ней на протяжении последних 4 лет перед своей смертью.
Несомненно, история убийства Андрея Луканова (первого пост-коммунистического президента Болгарии) - потом Илии Павлова, два дня после дачи показаний на судебном процессе по делу об убийстве Андрея Луканова и непосредственно после встречи с президентами России и Болгарии, произошедшей во время этого судебного процесса - и потом сестры Илии Павлова - могла иметь политические и финансовые корни.
Но такая версия затрагивала слишком много интересов слишком многих очень богатых людей.
Поэтому выбрали стрелочника.
"Она призналась". Зачем делать что-то ещё.
Тем не менее, версия, что Наталья Лещенко-Уилсон, 47-летняя женщина, не владеющая английским языком, была нанята для совершения двойного убийства в американском городе, и что она совершила это двойное убийство, непонятным образом добравшись до дома бывшей жены своего мужа, напросившись в туалет и потом нанеся 50 ножевых ран женщине и перерезав горло женщине и ребенку - и при этом на нее не попало ни капли крови ни женщины, ни ребенка - невероятна.
И тем не менее, Наталья Лещенко-Уилсон сидит в американской тюрьме, штата Вирджинии, отбывая два пожизненных заключения за два убийства.
О том, какой механизм использовали американские суды, чтобы отказать Наталье Лещенко-Уилсон в пересмотре дела, несмотря на новые вещественные доказательства ее невиновности, я напишу в отдельном блоге.
