Американская медицина может уйти на заслуженный отдых.
В штате Нью-Йорк найден революционный метод мгновенного исцеления тяжелобольных людей, причем совершенно бесплатно для системы здравоохранения.
Зачем тратить миллиарды долларов на лечение инвалидов, реабилитацию после инсультов, слуховые аппараты, неврологов, физиотерапевтов и прочие медицинские излишества, когда существует куда более дешевый и эффективный способ?
Назначить инвалиду судебное заседание с утра пораньше, устроить ему жесткий допрос по десятку-полутора ходатайств, а если не выздоровеет к назначенному часу — наказать.
Автор революционной методики — судья Верховного суда штата Нью-Йорк Кристофер П. Бейкер.
Испытания нового метода состоялись 28 октября 2026 года. Результаты были официально оформлены приказом от 9 ноября 2026 года.
Подопытные — супружеская пара, 63-летняя женщина и ее 79-летний муж. Оба инвалиды.
Женщина перенесла три инсульта, страдает тяжелыми неврологическими последствиями и ограничена в физической активности. Мужчина имеет серьезные нарушения опорно-двигательного аппарата и слуха, перенес многочисленные операции и не может самостоятельно передвигаться без специальных приспособлений.
Казалось бы, чего проще: обеспечить людям с инвалидностью доступные условия участия в судебных заседаниях, как того требует федеральный закон Americans with Disabilities Act (ADA).
Но это скучно, дорого и совершенно не способствует развитию передовой судебной медицины.
Судья Бейкер пошел другим путем.
Первое правило судебной реанимации: подъем пораньше!
Начнем с того, что пожилым инвалидам, один из которых страдает серьезными нарушениями сна вследствие хронической боли и ночных мышечных спазмов, полезно вставать пораньше.
Особенно после трех часов сна.
Поэтому заседания следует назначать на утро, несмотря на неоднократные просьбы о переносе на послеобеденное время в качестве разумного приспособления для инвалидов.
Неважно, что человек физически не может полноценно функционировать утром.
Судебное распоряжение, по всей видимости, обладает целительной силой.
Встал по приказу судьи — и здоров.
Не встал — сам виноват.
Второе правило: никаких отдельных ходатайств! Только оптом!
Обычное судебное заседание по одному ходатайству — это для слабаков. Или госюристов - им по одному-два за то же утро.
Для инвали... этих симулянтов настоящая реабилитация требует интенсивных нагрузок.
Поэтому судья Бейкер назначил на 28 октября 2026 года рассмотрение четырнадцати ходатайств сразу по четырем судебным делам.
При том, что сначала назначил только 4 на то же утро, не дал достаточного времени на подготовку даже к этим четырем, но потом добавил 10 и урезал возможность оппонирования - сказал: только один аффидавит под присягой и всё. Есть в законе такое ограничение - нет. Судья Бейкер - а на кой вы мне закон суёте - я сам закон.
И 14 этих ходатайств 28 октября - как 16 ходатайств 20 мая - это не просто рассмотрение, а hot bench — быстрый жесткий допрос судьи во время устных выступлений сторон, когда необходимо немедленно отвечать на вопросы, ориентироваться в материалах дела, находить нужные документы, реагировать на возражения противной стороны и защищать свою правовую позицию.
И все это — по нескольким разным делам, с разными сторонами, обстоятельствами, процессуальными вопросами и правовыми основаниями.
Для здорового и подготовленного адвоката такая нагрузка была бы весьма существенной. Я видела адвокатов, хлопающихся в обморок от одного ходатайство по hot bench. Здесь - 14 за один раз.
Для пожилого инвалида после бессонной ночи и при тяжелом гриппе с температурой — просто замечательная лечебная гимнастика!
Особенно если человек испытывает неврологические затруднения, боли, нарушения координации и концентрации внимания.
Ничто так не способствует восстановлению нервной системы, как необходимость мгновенно переключаться между четырьмя судебными делами под огнем судейских вопросов.
Третье правило: грипп лечится судебной повесткой
К 28 октября 2026 года 63-летняя участница судебного эксперимента заболела гриппом.
С температурой, слабостью, головокружением и прочими симптомами, совершенно несовместимыми с многочасовыми интеллектуальными упражнениями.
Но судья Бейкер, видимо, не признает грипп уважительной причиной для нарушения судебного расписания.
Лежишь в постели? Вещай из постели!
Голова кружится? Пусть кружится быстрее!
Не можешь сосредоточиться?Сосредоточься на четырнадцати ходатайствах одновременно!
А если не получается — значит, недостаточно стараешься.
Судебная медицина не терпит симулянтов.
Четвертое правило: нечего грипповать! Судебные сроки сами себя не соблюдут
Но у медицинской методики судьи Бейкера есть еще одна замечательная особенность.
Почему больная женщина, лежа в постели с гриппом, вообще должна надиктовывает судебные документы?
Потому что судья Бейкер не предоставляет ей дополнительного времени на их подготовку и подачу в связи с болезнью.
Сроки идут. Документы необходимо подавать. Грипп, три перенесенных инсульта и неврологические нарушения, температура, слабость и головокружение судейское расписание не интересуют.
Поэтому приходится лежа в постели надиктовывать документы с помощью голосового ввода.
И что же?
На странице 4 своего приказа от 9 ноября 2026 года судья Бейкер использует сам факт подачи этих документов как аргумент против невозможности участвовать в устном заседании! Раз можешь диктовать из постели - можешь и в суд явиться на hotbench оттуда же.
То есть сначала больному инвалиду не дают дополнительного времени на подготовку документов, вынуждая работать во время болезни.
А затем эту вынужденную работу предъявляют ему как доказательство способности выдержать утренний жесткий судебный допрос по четырнадцати ходатайствам.
Ведь какая разница между возможностью лежа в постели надиктовать несколько абзацев в собственном темпе и необходимостью в реальном времени отвечать на вопросы судьи, ориентироваться в сотнях страниц материалов, переключаться между четырьмя делами и немедленно реагировать на выступления адвокатов противной стороны?
Никакой!
Во всяком случае, в новой медицинской доктрине судьи Бейкера.
Можешь говорить — значит, здорова. Можешь надиктовать документ — значит, готова к судебному допросу. Можешь уведомить суд о болезни — значит, симулируешь болезнь.
А если не явилась — лишишься исков.
И впредь без разрешения судьи даже не вздумай обращаться за защитой своих конституционных прав.
Вот так голосовой ввод превращается из вспомогательной технологии для человека с инвалидностью в доказательство отсутствия инвалидности.
Не подала документы — сама виновата.
Подала документы — значит, здорова.
Не явилась на заседание — лишишься исков.
Продолжаешь защищать свои права — запретим подавать новые.
Нечего грипповать!
Пятое правило: лечение глухоты немым кино
Особенно интересна инновационная методика лечения 79-летнего супруга.
У него серьезные нарушения слуха. Для полноценного участия в судебном заседании ему необходима система CART — синхронная текстовая расшифровка устной речи отдельным стенографистом.
Такая технология существует. Она позволяет человеку с нарушением слуха читать происходящее в заседании в реальном времени. Судебная система штата Нью-Йорк гарантирует подобную помощь участникам судебных слушаний с пониженным слухом.
Но зачем пользоваться достижениями современной техники, когда можно предложить инвалиду древнейший способ коммуникации — чтение по губам?
Не слышишь судью?
Читай по губам!
Не видишь губы говорящего на экране?
Смотри внимательнее!
Не умеешь читать по губам?
В 79 лет никогда не поздно освоить новый навык.
А если в заседании одновременно участвуют несколько адвокатов и судья, если выступающие сменяют друг друга, если непонятно, кто именно говорит, — тем лучше.
Дополнительная тренировка внимания.
Особенно полезная после трех часов сна.
Судья Бейкер представляет: немое кино для глухого старичка!
В главных ролях — 79-летний инвалид, которому предлагается читать по губам, и судья, устраивающий утренний жесткий допрос по четырнадцати ходатайствам.
Звук отключен. Субтитры (CART) не предусмотрены.
А в финальных титрах:
Не расслышал? Не ответил? Не явился? Шесть судебных дел закрыты. Дальнейший вход в суд — только с разрешения судьи.
Шестое правило: один протокол на всех
Есть и еще одно замечательное усовершенствование судебного процесса.
Когда рассматриваются многочисленные ходатайства по нескольким делам, совершенно не обязательно обеспечивать отдельную, понятную и проверяемую запись происходящего по каждому делу. Как того требует закон.
Можно провести все одним заседанием и изготовить один общий протокол. Где перемешались кони, люди, даты и инсинуации судьи.
Судебная стенографистка сама признала невозможность разделить происходившее на отдельные дела. Заказали ей 14 протоколов по 14-ти ходатайств - говорит, не могу 14, могу только АДЫН на все четыре дела и 14 ходатайств в них, причем эти 14 вовсе и далеко не все поданы инвалидами - большинство как раз подано против них.
Но разве это недостаток?
Напротив, перед нами новаторский подход к судебной экономии.
Зачем участникам процесса и апелляционному суду точно знать, какое заявление, вопрос или решение относится к какому делу?
Пусть разбираются.
Умственная гимнастика полезна не только инвалидам, но и апелляционным судьям.
Что там закон говорит? Что на апелляции такой протокол неприемлем? Ну и ладно - чем меньше будут апеллировать, тем лучше.
Седьмое правило: судья Бейкер как Золушкина мачеха
Помните Золушкину мачеху?
Ту, что давала Золушке заведомо невыполнимые задания, а потом наказывала за их невыполнение.
Судья Бейкер, похоже, усовершенствовал этот сказочный метод.
Вместо мешков с чечевицей и горохом — четырнадцать ходатайств по четырем судебным делам.
Вместо требования закончить работу до бала — требование явиться с утра пораньше на жесткий судебный допрос.
Болеешь гриппом? Перебирай горох!
Не спал всю ночь от боли и мышечных спазмов? Перебирай чечевицу!
Не слышишь вопросов судьи? Читай по губам!
Перенесла три инсульта? Тем более полезно потренироваться!
А если к назначенному часу не справились — никаких вам балов, никаких карет, никаких хрустальных туфелек.
Шесть судебных дел — в мусорную корзину.
И впредь без разрешения судьи даже на порог суда не показываться!
Правда, у Золушки была фея-крестная, а у американских инвалидов — федеральный закон ADA.
Только вот судья Бейкер, судя по результатам заседания 28 октября и приказа от 9 ноября 2026 года, предпочел роль мачехи.
И даже пошел дальше сказочного оригинала.
Мачеха запрещала Золушке ехать на бал.
Судья Бейкер запретил инвалидам свободно обращаться в суд за защитой своих гражданских прав.
Восьмое правило: изобрести новые проступки
В своем приказе от 9 ноября 2026 года судья Бейкер продемонстрировал еще один замечательный талант: изобретение проступков, не известных законодательству штата Нью-Йорк.
Оказывается, нельзя изменять исковое заявление после того, как ответчики потратились на ходатайство о прекращении дела.
Правда, CPLR 3025(a) прямо разрешает это делать. И судья Бейкер сам цитирует соответствующую норму.
Но это закон. А у нас суд по понятиям.
Нельзя существенно менять содержание иска. Нельзя добавлять новые конституционные требования. Нельзя исключать старые требования. Нельзя добавлять новых участников.
Нельзя подавать измененное заявление поздно вечером, потому что судье и адвокатам ответчиков наутро придется ехать в суд, а ходатайство ответчиков уже потеряло актуальность. Что? Закон это позволяет? Что? Для этого и делается, чтобы не ехали в суд? Наказать!
Нельзя подавать слишком много документов. Сколько - слишком много? А что ни подашь - всё много.
Нельзя писать слишком длинные объяснения. Что такое слишком длинные? А что ни напишешь - всё слишком длинно.
Нельзя пытаться наблюдать за открытым судебным заседанием через публичный портал.
Нельзя требовать соответствия доказательств правилам допустимости.
И, наконец, нельзя подавать иск в другом судебном округе, даже если незаконно наложенный без предварительного уведомления запрет распространяется только на один округ.
Особенно - нельзя подавать иски против государственных органов, муниципальных чиновников и представляющих их адвокатов.
А если гражданин ссылается на закон, который прямо разрешает ему совершать эти действия, тем хуже для закона. И особенно для гражданина.
Потому что главное правило суда по понятиям — не сметь судиться с государством.
Иначе судья Бейкер найдет, за что наказать.
Девятое правило: не выздоровел — лишить доступа к суду
И вот наступает кульминация эксперимента.
Пожилые инвалиды не смогли принять участие в заседании 28 октября 2026 года на условиях, которые судья Бейкер счел необходимым им навязать.
Что же сделал судья?
Может быть, назначил отдельные заседания по каждому делу?
Может быть, рассмотрел ранее поданные заявления об обеспечении доступности судебного процесса?
Может быть, предоставил необходимую технологию для участия человека с нарушением слуха?
Может быть, учел заболевание гриппом?
Нет.
9 ноября 2026 года судья Бейкер прекратил четыре находившихся в производстве судебных дела за неявку истцов на заседания, применив 22 NYCRR § 202.27(b), а еще два ранее прекращенных дела объявил окончательно закрытыми, отказав в рассмотрении оставшихся ходатайств.
Таким образом, одним приказом были устранены из производства все шесть дел, включая несколько исков о защите гражданских прав, без рассмотрения их требований по существу.
Все находившиеся на рассмотрении ходатайства он объявил утратившими актуальность.
Но этим дело не закончилось.
Судья Бейкер дополнительно ввел против обоих супругов запрет на обращение в суды штата Нью-Йорк без предварительного разрешения — так называемый anti-filing injunction.
Низзя заниматься журналистикой - осуществляя сбор информации через закон о свободе информации с подачей исков за отказ в информации, как разрешено законом, через суд. И низзя отстаивать права собственника недвижимости. ПАТАМУШТА НИЗЗЯ!
То есть инвалиды, которые добивались возможности участвовать в судебном процессе на доступных для них условиях, в результате лишились не только своих судебных дел, но и свободного доступа к судебной системе штата.
И все это — без отдельного предварительно назначенного слушания по вопросу введения такого запрета.
Вот это действительно революционный метод!
Не можешь участвовать в судебном заседании из-за инвалидности? Мы тебя вылечим. Не вылечился? Тогда тебе вообще незачем обращаться в суд.
А что там написано в федеральном законодательстве?
В Соединенных Штатах существует федеральный закон Americans with Disabilities Act, запрещающий дискриминацию инвалидов государственными учреждениями, включая суды.
В частности, 42 U.S.C. § 12132 запрещает исключать квалифицированного человека с инвалидностью из участия в услугах, программах и деятельности публичного учреждения по причине инвалидности.
А 28 C.F.R. § 35.160 требует обеспечения эффективной коммуникации с людьми с инвалидностью, включая предоставление соответствующих вспомогательных средств и услуг.
Для человека с нарушением слуха это может означать предоставление CART. Для человека с серьезными неврологическими ограничениями — соответствующее расписание, перерывы и доступный формат участия.
Но метод судьи Бейкера предлагает принципиально иную концепцию.
Вместо приспособления судебной процедуры к документированным ограничениям человека — принудительное приспособление человека к судебной процедуре.
Вместо обеспечения доступа — наказание за невозможность воспользоваться недоступным процессом.
Вместо рассмотрения ходатайств — их массовое уничтожение вместе с судебными делами.
Вместо индивидуальной оценки состояния каждого участника — коллективное наказание супружеской пары.
Причем 79-летний супруг оказался наказан наряду с женой, хотя его процессуальное положение, действия и участие в отдельных делах существенно отличались от ее положения.
Это уже не просто медицинская инновация.
Это новая философия правосудия.
Медицинская династия: мама была медсестрой
В своей предвыборной кампании судья Бейкер с гордостью рассказывал, что его воспитала мать-медсестра.
И вот теперь становится особенно интересно сопоставить эту биографическую подробность с его собственными методами обращения с больными и инвалидами.
Медицинское образование, конечно, по наследству не передается. Зато, судя по судебным распоряжениям, судья Бейкер разработал собственную систему лечения.
Вместо постельного режима при гриппе и отдыха после бессонных ночей, проведенных в мучительных болях и мышечных спазмах, — утренний жесткий судебный допрос по четырнадцати ходатайствам сразу.
Вместо реабилитации после инсультов — интенсивная интеллектуальная нагрузка по четырем судебным делам.
Вместо CART для человека с нарушением слуха — читай по губам, дедушка!
Вместо разумных приспособлений для инвалидов — прекращение судебных дел.
И наконец, вместо последующего медицинского наблюдения — бессрочный судебный карантин: запрет на обращение в суд без предварительного разрешения.
Интересно, что бы сказала мама-медсестра о таком способе лечения больных?
Особенно о заключительной стадии терапии: если пациент не выздоровел к назначенному часу, лишить его права жаловаться.
От судебной реабилитации — к судебной эвтаназии прав
Особенно примечательно, что речь идет не о людях, впервые попросивших суд о специальных условиях.
Просьбы об обеспечении доступности судебного процесса подавались неоднократно.
Проблемы со слухом, передвижением, неврологическим состоянием, утренним расписанием и необходимостью эффективной коммуникации были доведены до сведения судебной системы.
Однако 9 ноября 2026 года вместо решения этих вопросов последовало прекращение судебных дел и введение запрета на дальнейшие обращения в суд.
Таким образом, процедура, которую суд обязан был сделать доступной для инвалидов, превратилась в инструмент лишения этих инвалидов судебной защиты.
И здесь возникает вопрос, выходящий далеко за пределы конкретных шести дел.
Если судья может назначить человеку с инвалидностью физически недоступную процедуру, а затем наказать его за неспособность в ней участвовать, что остается от гарантированного законом права на доступ к правосудию?
По логике такого подхода можно заставить человека в инвалидной коляске подняться на пятый этаж без лифта, а затем прекратить его дело за неявку.
Можно потребовать от слепого прочитать документ с экрана, а затем наказать за неподготовленность.
Можно приказать глухому отвечать на устные вопросы без средств коммуникации, а затем обвинить его в неуважении к суду.
И все это объявить поддержанием судебной дисциплины.
Суд по понятиям: не сметь судиться с государством!
Но самое замечательное в революционном методе судьи Бейкера — его заключительная стадия.
Когда 63-летняя женщина, перенесшая три инсульта и заболевшая гриппом, и ее 79-летний супруг, страдающий тяжелыми нарушениями слуха и опорно-двигательного аппарата, не явились на утренний жесткий судебный допрос после бессонных ночей, судья Бейкер не ограничился констатацией неявки.
9 ноября 2026 года он одним приказом прекратил или окончательно закрыл шесть судебных дел, в том числе несколько исков о защите гражданских прав, без рассмотрения их требований по существу.
А заодно объявил все ожидавшие разрешения ходатайства утратившими актуальность.
Но и этого оказалось мало.
Судья Бейкер дополнительно наложил на обоих супругов запрет подавать иски в суды штата Нью-Йорк без предварительного разрешения судьи соответствующего уровня.
Иными словами, сначала инвалидам отказали в необходимых условиях участия в судебном процессе. Затем наказали за невозможность участвовать в нем на навязанных условиях. А потом еще и ограничили возможность обращаться за судебной защитой в будущем.
Прекрасная профилактическая медицина!
Не можешь явиться в суд с гриппом? Лишим тебя иска.
Не слышишь происходящего в заседании? Лишим тебя иска.
Не можешь после бессонной ночи выдержать утренний допрос по четырнадцати ходатайствам? Лишим тебя сразу нескольких исков.
А чтобы больше не беспокоил судебную систему своими инвалидностями, конституционными правами и федеральными законами о защите инвалидов, запретим подавать новые иски без специального разрешения.
Нечего инвалидам здесь шастать, правами потрясать!
И особенно восхитительно, что этот революционный метод судебной медицины разработал судья, который во время предвыборной кампании с гордостью рассказывал избирателям, что его воспитала мама-медсестра.
Интересно, что сказала бы мама-медсестра, узнав, что ее сын придумал лечить грипп, последствия инсультов, глухоту и хронические боли утренними судебными допросами, а не поддавшихся лечению пациентов — лишением доступа к правосудию?
Впрочем, с точки зрения судебной статистики лечение оказалось чрезвычайно успешным: шесть дел исчезли, а инвалиды остались без свободного доступа к суду.
Пациенты не выздоровели.
Зато судебная система избавилась от пациентов.
И от их гражданских прав.
Нобелевскую премию — в студию!
Итак, подведем итоги.
28 октября 2026 года судья Бейкер назначил двум пожилым инвалидам утреннее заседание с рассмотрением примерно четырнадцати ходатайств по нескольким делам, в формате интенсивного судебного допроса.
Одна участница болела гриппом и страдала последствиями трех инсультов.
Другой участник, 79-летний инвалид с серьезными нарушениями слуха и опорно-двигательного аппарата, нуждался в специальных средствах коммуникации.
9 ноября 2026 года судья Бейкер прекратил четыре дела, окончательно закрыл еще два и ввел против обоих запрет на обращение в суд без предварительного разрешения.
Результат эксперимента впечатляет.
Грипп, конечно, никуда не делся.
Последствия инсультов тоже.
Слух у 79-летнего инвалида не восстановился.
Зато исчезли шесть судебных дел.
А вместе с ними — право свободно обращаться в суды штата Нью-Йорк.
Медицина бессильна. Судебная власть всемогуща.
Остается только пожелать судье Бейкеру дальнейших успехов в разработке инновационных методов судебной реабилитации пожилых инвалидов.
И предложить девиз для его революционной программы:
Взбодрим старичка и старушку! А кто не выздоровеет к десяти утра после бессонной ночи — тому в суде делать нечего!
И не забывать главное правило:
НЕ СМЕТЬ СУДИТЬСЯ С ГОСУДАРСТВОМ!
Десятое правило: никаких апелляций! Приговор окончательный и обжалованию не подлежит
Но и на этом судебные инновации судьи Бейкера не заканчиваются.
Мало прекратить шесть судебных дел, не рассмотрев их по существу, и запретить двум пожилым инвалидам подавать новые иски без предварительного разрешения.
Надо еще позаботиться, чтобы они не смогли добиться пересмотра самого приказа.
И здесь судья Бейкер продемонстрировал поистине виртуозное владение процессуальными ловушками.
Дело в том, что в штате Нью-Йорк существует принципиальное различие между судебными приказами, вынесенными по ходатайству стороны, и приказами, которые судья издает по собственной инициативе, без предварительного уведомления сторон, возможности представить возражения и судебного слушания.
Согласно CPLR 5701(a)(2), обычный судебный приказ, вынесенный по ходатайству на уведомлении, может быть обжалован при соблюдении предусмотренных законом условий.
Но приказ, вынесенный sua sponte, по собственной инициативе судьи, без соответствующего ходатайства, не дает такого же непосредственного права на апелляцию.
Как разъяснил Апелляционный суд Нью-Йорка в Sholes v. Meagher, 100 N.Y.2d 333 (2003), для получения апелляционного пересмотра такого распоряжения необходимо сначала обратиться в суд первой инстанции с соответствующим ходатайством, чтобы получить судебное решение по нему.
Вот тут и начинается самое интересное.
Судья Бейкер издал свой приказ от 9 ноября 2026 года без предварительного уведомления о том, что собирается прекратить сразу несколько дел и ввести запрет на обращение в суды всего штата. Без предоставления возможности оппонировать таким мерам. Без отдельного слушания по вопросу введения запрета.
То есть избрал именно такую процедуру, которая лишает пострадавших обычного непосредственного пути к апелляционному пересмотру.
Что же делать гражданам?
Закон предусматривает выход: подать ходатайство об отмене приказа, вынесенного без уведомления, получить решение по этому ходатайству и затем обратиться в апелляционный суд.
Но тут возникает новая проблема.
Ходатайства, необходимые для получения апеллируемого судебного решения, исчезают из судебного календаря.
И это не метафора.
Поданные через NYSCEF ходатайства, за которые уплачены установленные законом пошлины, возвращаются канцелярией с пометкой о необходимости исправления, без указания действительного недостатка, препятствующего их принятию.
В результате они не попадают в календарь судебных ходатайств и не получают рассмотрения.
При этом CPLR 2102(c) прямо регулирует обязанность судебного клерка принимать документы к подаче и не допускает отказа в их принятии лишь по причине несоблюдения формальных требований.
9 ноября 2026 года я письменно потребовала восстановить шесть таких ходатайств в судебных календарях, указав, что пошлины за их подачу, в общей сложности 270 долларов, были получены, а ходатайства фактически исключены из движения без соответствующего судебного приказа.
Итак, получается замечательная конструкция.
Сначала судья издает приказ без уведомления и слушания.
Затем гражданин узнает, что непосредственная апелляция ему недоступна, поскольку приказ вынесен по инициативе суда.
Закон требует подать специальное ходатайство, чтобы создать процессуальную основу для апелляции.
Гражданин подает ходатайство и платит пошлину.
А канцелярия не допускает ходатайство к рассмотрению.
Нет ходатайства в календаре — нет решения по ходатайству.
Нет решения — нет обычного пути к апелляционному пересмотру.
Вот она, судебная система полного цикла: сам придумал наказание, сам назначил, сам исполнил, а обжаловать — не смей!
Особенно впечатляет, что речь идет об исках о защите гражданских и конституционных прав, в том числе о защите от дискриминации инвалидов со стороны государственных учреждений.
То есть судебная система сначала закрывает гражданам доступ к рассмотрению их претензий к государству, а затем препятствует получению судебного решения, необходимого для апелляционной проверки этого закрытия.
И как это назвать?
Суд по понятиям с защитой от апелляций.
Впрочем, в нашей сказке о Золушке это совершенно логичное продолжение.
Мачеха сначала велела Золушке перебрать горох и чечевицу.
Потом объявила, что работа выполнена неправильно.
Затем запретила ехать на бал.
А когда Золушка попыталась пожаловаться фее-крестной, мачеха забрала у нее волшебную палочку, карету и хрустальные туфельки.
Чтобы даже мысли не возникало о пересмотре решения.
Еще раз - нечего инвали... симулянтам всяким здесь шастать, правами потрясать!
И уж тем более нечего жаловаться на судью, который запретил им жаловаться на государство.
No comments:
Post a Comment