А какие могут быть комментарии - все как всегда, устами самой лошади.
Tuesday, February 26, 2019
Адвокаты - горизонтальные, не вертикальные
А какие могут быть комментарии - все как всегда, устами самой лошади.
Защита прав авдокатов защитой, а власть властью. Как и зачем Пражский клуб и генералы российской адвокатуры "защищают" права адвокатов
Пражский клуб - проект ABA/USAID, находящийся на финансировании и под контролем CEELI, "института"-отделения ABA - последнее время стал выбирать дела для "защиты прав адвокатов".
Выбирает Пражский клуб эти дела, естественно, для собственной пользы, для саморекламы.
Выбор дел объяснил недавно на заседании Пражского клуба его активный член Дмитрий Талантов: не какого-то Васю Пупкина нужно выбирать.
Васю Пупкина бы не выбрали, выбирают громкое дело, где адвокатов физически пытают, чтобы потом - как это было в деле Беньяша, повысить свой "политический капитал" в адвокатском и юридическом сообществе участием в этих делах.
Виталия Буркина, заметим, Пражский клуб защищать не брался, поддержка критика судей Пражскому клубу не нужна, порушит аккуратно прокладываемую дорогу к власти над российским юридическим рынком.
Правда, с саморекламой по таким делам тоже иногда случаются конфузы.
Вот, например, Пражский клуб выбрал для саморекламы дело адвокатов братьев Зломновых -
а потом начала идти информация, что главный защитник прав адвокатов Пражского клуба и адвокатской палаты Санкт-Петербурга, член Оргкомитета Пражского Клуба,
и руководитель проекта Пражского клуба, тоже по защите прав адвокатов
член руководства Пражского клуба, прошедший тренинг ABA в 2009-2011 годах -
Сергей Краузе -
как раз и подыгрывает следствию в этом деле.
Выбирает Пражский клуб эти дела, естественно, для собственной пользы, для саморекламы.
Выбор дел объяснил недавно на заседании Пражского клуба его активный член Дмитрий Талантов: не какого-то Васю Пупкина нужно выбирать.
Виталия Буркина, заметим, Пражский клуб защищать не брался, поддержка критика судей Пражскому клубу не нужна, порушит аккуратно прокладываемую дорогу к власти над российским юридическим рынком.
Правда, с саморекламой по таким делам тоже иногда случаются конфузы.
Вот, например, Пражский клуб выбрал для саморекламы дело адвокатов братьев Зломновых -
а потом начала идти информация, что главный защитник прав адвокатов Пражского клуба и адвокатской палаты Санкт-Петербурга, член Оргкомитета Пражского Клуба,
и руководитель проекта Пражского клуба, тоже по защите прав адвокатов
член руководства Пражского клуба, прошедший тренинг ABA в 2009-2011 годах -
Сергей Краузе -
как раз и подыгрывает следствию в этом деле.
Несмотря на то, что официально, в интервью, выступает, конечно же, как непримиримый защитник прав адвокатов.
А недавно защитник прав адвокатов и в ФПА, и в палате Санкт-Петербурга, и в Пражском клубе (везде поспел) Юрий Новолодский заявил, сначала в Пражском клубе, 2 года назад, что вводит "у себя" в палате институт "полномочных представителей" адвокатов, и теперь пытается распространить этот "институт" на все региональные палаты России.
"Вот такой спорный момент: когда наш адвокат Алисиевич, вы ее знаете, она много раз здесь была, ее не допускали к адвокату... к подзащитному, извините, и комиссия не нашла ничего лучше, чтобы обратиться к Саше Мележко, который не член комиссии, но он поехал туда и решил все вопросы.
А у меня, наоборот, возник вопрос - но вы же говорили, что вы, комиссия, можете всё. Чего же вы такого простого вопроса не могли решить.
Нет, нет-нет-нет, режим работы у них специфический: все зафиксировать и ничего не делать.
И вот сегодня утром за завтраком я задал вопрос председателю комиссии: Саша Мележко добыл прекрасный видеоматериал, где оперативник говорит - может быть, многие видели в Интернете.
"Да плевать я хотел на ваши законы, вот я сказал, что не допущу, и не допущу."
Я задал вопрос - "а министр внутренних дел знает, что у него есть такие офицеры, которые, так сказать, плюют на российские законы?"
Оказалось, что нет.
Последовал вопрос - почему?
Оказывается, Алисиевич не пожелала.
Давайте определимся, что когда речь касается проблем, серьезных, нарастающих, для адвокатуры, мнение адвоката, может быть, и должно учитываться, но в исключительных случаях, потому что добыть вот второе такое видео, где офицер МВД говорит - "а чего мне ваши законы, вы о чем?" - вот такого добыть, может быть, и не получится.
Поэтому вот я сегодня дал указание своей волей вице-президента, курирующего это направление, начать работу по подготовке заявления и письма от имени Семеняко на министра внутренних дел, с приложением вот этой видео-информации".
Иными словами, этот институт будет иметь право разглашать информацию, вещественные доказательства в конкретном уголовном деле, даже если адвокат подсудимого в этом же самом деле, на основании собственной стратегии ведения дела и указаний клиента, не разрешает разглашать эту информацию.
Другими словами, "полномочные представители" Новолодского, которых Новолодский предлагает насадить по всей стране и финансировать их поездки и деятельность за счет обязательных адвокатских взносов, будут иметь возможность подрывать работу адвоката в конкретных уголовных делах под предлогом более высокого понимания и более высоких целей того, что нужно делать в конкретном уголовном деле - "для всей адвокатуры", а не для конкретного клиента.
Вспомним слова Талантова, что адвокатура - "не вещь в себе", и не существует без клиента, и права адвокатов могут рассматриваться только через призму прав клиента.
Но нет.
Права клиента побоку.
И права адвоката тоже побоку.
И даже когда "защитники адвокатов", типа Сергея Краузе и его Пражского клуба, уже объявили о помощи адвокатам, чьи права нарушаются (для собственной саморекламы - как это случилось в деле братьев Зломновых) - и тогда "защитники" могут просто-напросто подыграть следствию.
А уж с созданием института "полномочных представителей" - рыцарей-опричников - такие "защитники" получат еще больше полномочий, а также и финансирование, чтобы распоряжаться информацией, полученной в любом уголовном деле по их собственному усмотрению, которое выше усмотрения адвоката, ведущего это конкретное уголовное дело от имени подсудимого.
Вот такая защита прав.
Saturday, February 23, 2019
ABA недовольна: американским прокурорам надоело стукачество американских адвокатов на своих конкурентов в условиях нарастающего кризиса доступа к правосудию в США
Абсолютная адвокатская монополия в США не регулируется под этим названием. Это экономический термин.
В США регулируется "практика права".
Что такое "практика права", никому, включая регуляторов этой практики - ABA и суды - неизвестно, хотя ВС США давным-давно издал прецедент, по которому неясные законы не являются конституционными.
Кстати, моя коротенькая (на 3 с половиной странички) недавняя статья на эту тему на английском языке почему-то вызвала бурный интерес мировой профессуры права и вынесла эту статью в верхние 3% на Academia.edu.
Как в сказке Андерсена о платье короля - все знают, но никто не говорит, а кто скажет - сразу всем становится очень интересно.
Насаждается монополия в США, тем не менее, при всей ее неконституционности, жестко.
Я уже рассказывала, как в 1975 году ABA вместе с судами погасила коллективный иск потребителей признать абсолютную адвокатскую монополию неконституционной и разрешить дееспособным людям свободный выбор представителя в суде.
В качестве со-ответчиков выступали все 9 действующих на тот момент судей Верховного суда США. Что и предопределило исход исков, поданных в разных федеральных юрисдикциях. Ответчики-судьи использовали свою власть, чтобы консолидировать иск, выбрали и назначили себе судью для разбора иска, своего подчиненного, который и решил иск так, как было нужно судьям - и ABA.
В иске было отказано на тех основаниях, что суд не мог помыслить, что у него могут отнять право решать "кто появляется перед ним", и не пускать в судебные представители "людей с улицы", если даже их избрали для представительских услуг потребители этих услуг, в здравом уме, твердой памяти и за собственные деньги.
Лучше населению США после 1975 года в плане доступа к правосудию не стало.
Интернет-форумы и группы, создаваемые американцами в соцсетях, кишат криками SOS - нет возможности заплатить 300, 400, 500 долларов в час, 10, 15, 20 тысяч стартового гонорара адвокату, подскажите хоть кто-нибудь, что мне делать в такой-то ситуации?
Профессура отмечает, что все больше и больше американцев (и больше, в сравнении, американцев, чем европейцев) отказываются от своих прав или от подачи исков за нарушение своих прав - т.к. не могут себе позволить юридическую помощь.
"Современные заголовки, блоги, радио ток-шоу избегают упоминать молчаливый постыдный кризис, навлекающий страдания и стоящий нации денег, чувства законности и достоинства. Наша правовая система стала недоступна миллионам людей - неимущих, малоимущих и даже среднего класса. В результате, каждый день мы нарушаем обещание "равенства перед законом", выгравированное на фронтоне торжественного здания Верховного суда США. Американцы, не в состоянии себе позволить юридическую помощь, сплошь и рядом отказываются от основных своих прав, т.к. не могут себе позволить их защиту".
И там же, стр. 23:
"Мы начнем с "макро"-взгляда, сравнивая на консолидированном уровне ресурсы, выделяемые на правовую систему в США, по сравнению с другими странами. Здесь мы находим доказательства удивительного факта: хотя расходы из общественного бюджета, ассигнования на юридическую помощь бедным, количество судей и количество адвокатов сравнимо (или выше) при расчете на душу населения, более высокое число судебных дел в США предполагает, что США выделяет гораздо менее ресурсов для поддержки своей правовой системы, если считать затраты на каждое судебное дело. Другими словами, американцы предпочитают, или, скорее, у американцев нет другого выбора, кроме как проходить через основанные на судах процедуры в гораздо больших количествах, но, по сравнению с другими странами, в их распоряжении при этом оказывается гораздо меньше общественных долларов, судей и даже адвокатов.
Далее мы переходим к "микро"-взгляду, просматривая опубликованные исследования, документирующие индивидуальные правовые потребности и частоту, с которой отдельные люди предпочитают (или вынуждены) представлять себя сами в суде, сравнивая исследования, проведенные на уровне штатов и на федеральном уровне в США с исследованиями в других, сравнимых по богатству, странах. Здесь мы встречаемся с удручающим свидетельством того, что американцы в больших количествах накапливают свои правовые проблемы и ничего не делают относительно этих проблем, чем это делают люди в других странах. При более подробном рассмотрении этих исследований, выясняется, что основной причиной является то, что у американцев меньше мест, куда можно обратиться за юридической помощью: в пространствах, где у людей имеются более открытые системы регулирования, позволяющие более широкому кругу профессионалов помогать людям с их правовыми проблемами - не только юристы, как это происходит в США - люди явно менее склонны накапливать свои правовые проблемы или ничего не делать, если такие проблемы возникают. Данный момент важен: игнорировать правовую проблему - с большой вероятностью означает усугубить ее и породить еще больше проблем. Более того, и игнорирование правовых проблем, и спотыкание через систему без юридической помощи подрывает нашу веру в то, что сложные правовые правила и права, которые мы создали выполняют цели, для выполнения которых они были созданы".
На настоящее время даже американские суды, регуляторы американской адвокатуры, откровенно признают наличие "пропасти правосудия", когда большинство населения США, включая уже и средний класс, не могут себе позволить юридическую помощь.
И тем не менее, немногие американские профессора права, изучающие "неразрешенную практику права" - наиболее выдающимися из них являются профессора Quintin Johnstone (ныне почивший) и Deborah Rhodes (ныне здравствующая, бывший федеральный прокурор) - дружно отмечают, что чисто статистически, подавляющее большинство жалоб на "неразрешенную практику права" поступает от самих адвокатов, то есть это жалобы на конкурентов с просьбой их подавления, несмотря на то, что поставщиков юридической помощи для всех слоев населения США катастрофически не хватает, и что большинство лицензированных адвокатов США на бедных и даже средний класс не работают, а работают на большие корпорации.
Учитывая,что ЧТО такое "практика права", в законе не определено, уголовному наказанию "неразрешенная практика права" подлежать не может - как всякое уголовное преступление, данное преступление должно быть доказано в суде присяжных по стандарту "вне всяких разумных сомнений". В то же время нет никаких разумных сомнений - не только у присяжных, но и у суда, адвоката и прокурора, что никто не знает, что такое "практика права", основной элемент предполагаемого преступления, таким образом, такое "преступление" недоказуемо ни по какому стандарту.
Тем не менее, адвокатура США, охваченная страхом потерять лицензию, если пикнет о неконституционности самой системы лицензирования адвокатов, молчит и исков особо после Тернер против ABA не подает. Потребители подают такие иски, но суды их быстро гасят. Потому как дело решено на самом высоком уровне, ВС США ясно проявил свою волю через Тернер против ABA, у ВС США есть своя "адвокатская монополия" - отдельная адвокатская корпорация, так что ожидать со стороны ВС США, что суд "выстрелит себе в ногу" и лишит себя власти по крайней мере наивно, и то же можно сказать и о судах других юрисдикций США, регулирующих адвокатуру.
Но вот в 2017 году ABA стала жаловаться, что прокуроры (сами являясь обладателями стандартной лицензии на "практику права", как и все остальные юристы, и судьи в США) обнаглели и перестали ловить мышей.
Перестали так уж охотно возбуждать уголовные дела на тему "неразрешенной практики права".
Вот что об этом писала ABA в 2017 году:
Перевод:
"Не так давно, по воспоминаниями Джорджа Брауна, исполнительного директора государственной адвокатской корпорации штата Висконсин, корпорация обнаружила, что "адвокат", который без проблем практиковал в штате в течение 5 лет, никогда не сдавал лицензионный экзамен.
Корпорация попросила местного прокурора возбудить против этого человека уголовное дело за неразрешенную практику права, в нарушение законодательства штата. Однако, прокурор ответил, что сделает это только в случае, если будет доказано, что действия этого человека нанесли вред, сказал Браун.
Последующие беседы с его клиентами выявили, что все клиенты довольны его работой. Уголовное дело так и не было возбуждено.
Я был невероятно обескуражен, говорит Браун. Это как раз одно из дел, от которых члены корпорации только руками разводят от отвращения. Они очень резко настроены против неразрешенной практики права. Практиковать право и так достаточно тяжело, без того, чтобы иметь дело с людьми, которые не должны практиковать".
Просуммируем, что произошло.
Человек предоставлял клиентам юридические услуги.
Клиенты довольны, никто не пострадал.
Недовольны конкуренты этого человека, которым нужно, чтобы он практиковал только с их разрешения.
Они пролоббировали себе неконституционный закон и хотят, чтобы его применяли в уголовном суде, чтобы прокурор возбудил для них против конкурента уголовное дело.
А прокурор не хочет.
Требует, чтобы ему показали, какой вред конкурент причинил клиентам - а клиенты счастливы и вреда нет, соответственно, и уголовного дела нет.
И адвокаты-конкуренты нелицензированного поставщика юридических услуг - разгневаны тем, что кто-то осмелился предоставлять ХОРОШИЕ, качественные юридические услуги, которые нравятся клиентам, и что за эти ХОРОШИЕ, качественные услуги, прокуратура отказывается уголовно наказывать этого конкурента.
Вот такая благородная профессия и такая история.
Есть в теории уголовного права два параметра, каким образом действия людей определяются как преступления.
Первый - malum per se - абсолютное зло. Убил, ограбил, поджег дом, изнасиловал.
Второй - malum prohibitum - зло запрещенное. То, что запрещает закон.
Адвокаты - эксперты права - придумали еще одну категорию, как об этом свидетельствует раздражение господина Брауна, исполнительного директора государственной адвокатской корпорации штата Висконсин (кстати, суд штата Висконсин инкорпорировал эту адвокатскую корпорацию прямо в себя, сделав ее своей частью и "рукой", таким образом в дисциплинарных процессах суд выступает во всех трех ипостасях сразу - законодательной, правила пишет, исполнительной и судебной).
Я называю эту категорию bonum prohibitum - запрещенное добро.
Вреда нет, клиенты счастливы, но конкуренты несчастливы, стало быть, нужно запретить.
История раздражения господина Брауна и ABA по поводу bonum prohibitum имеет продолжение - уже в России.
Какое - расскажу в следующем блоге.
В США регулируется "практика права".
Что такое "практика права", никому, включая регуляторов этой практики - ABA и суды - неизвестно, хотя ВС США давным-давно издал прецедент, по которому неясные законы не являются конституционными.
Кстати, моя коротенькая (на 3 с половиной странички) недавняя статья на эту тему на английском языке почему-то вызвала бурный интерес мировой профессуры права и вынесла эту статью в верхние 3% на Academia.edu.
Как в сказке Андерсена о платье короля - все знают, но никто не говорит, а кто скажет - сразу всем становится очень интересно.
Насаждается монополия в США, тем не менее, при всей ее неконституционности, жестко.
Я уже рассказывала, как в 1975 году ABA вместе с судами погасила коллективный иск потребителей признать абсолютную адвокатскую монополию неконституционной и разрешить дееспособным людям свободный выбор представителя в суде.
В качестве со-ответчиков выступали все 9 действующих на тот момент судей Верховного суда США. Что и предопределило исход исков, поданных в разных федеральных юрисдикциях. Ответчики-судьи использовали свою власть, чтобы консолидировать иск, выбрали и назначили себе судью для разбора иска, своего подчиненного, который и решил иск так, как было нужно судьям - и ABA.
В иске было отказано на тех основаниях, что суд не мог помыслить, что у него могут отнять право решать "кто появляется перед ним", и не пускать в судебные представители "людей с улицы", если даже их избрали для представительских услуг потребители этих услуг, в здравом уме, твердой памяти и за собственные деньги.
Лучше населению США после 1975 года в плане доступа к правосудию не стало.
Интернет-форумы и группы, создаваемые американцами в соцсетях, кишат криками SOS - нет возможности заплатить 300, 400, 500 долларов в час, 10, 15, 20 тысяч стартового гонорара адвокату, подскажите хоть кто-нибудь, что мне делать в такой-то ситуации?
Профессура отмечает, что все больше и больше американцев (и больше, в сравнении, американцев, чем европейцев) отказываются от своих прав или от подачи исков за нарушение своих прав - т.к. не могут себе позволить юридическую помощь.
"Современные заголовки, блоги, радио ток-шоу избегают упоминать молчаливый постыдный кризис, навлекающий страдания и стоящий нации денег, чувства законности и достоинства. Наша правовая система стала недоступна миллионам людей - неимущих, малоимущих и даже среднего класса. В результате, каждый день мы нарушаем обещание "равенства перед законом", выгравированное на фронтоне торжественного здания Верховного суда США. Американцы, не в состоянии себе позволить юридическую помощь, сплошь и рядом отказываются от основных своих прав, т.к. не могут себе позволить их защиту".
Dean Martha Minow, Foreword, Beyond Elite Law: Access to Civil Justice in America (p. xv). Cambridge University Press. Kindle Edition.
И там же, стр. 23:
"Мы начнем с "макро"-взгляда, сравнивая на консолидированном уровне ресурсы, выделяемые на правовую систему в США, по сравнению с другими странами. Здесь мы находим доказательства удивительного факта: хотя расходы из общественного бюджета, ассигнования на юридическую помощь бедным, количество судей и количество адвокатов сравнимо (или выше) при расчете на душу населения, более высокое число судебных дел в США предполагает, что США выделяет гораздо менее ресурсов для поддержки своей правовой системы, если считать затраты на каждое судебное дело. Другими словами, американцы предпочитают, или, скорее, у американцев нет другого выбора, кроме как проходить через основанные на судах процедуры в гораздо больших количествах, но, по сравнению с другими странами, в их распоряжении при этом оказывается гораздо меньше общественных долларов, судей и даже адвокатов.
Далее мы переходим к "микро"-взгляду, просматривая опубликованные исследования, документирующие индивидуальные правовые потребности и частоту, с которой отдельные люди предпочитают (или вынуждены) представлять себя сами в суде, сравнивая исследования, проведенные на уровне штатов и на федеральном уровне в США с исследованиями в других, сравнимых по богатству, странах. Здесь мы встречаемся с удручающим свидетельством того, что американцы в больших количествах накапливают свои правовые проблемы и ничего не делают относительно этих проблем, чем это делают люди в других странах. При более подробном рассмотрении этих исследований, выясняется, что основной причиной является то, что у американцев меньше мест, куда можно обратиться за юридической помощью: в пространствах, где у людей имеются более открытые системы регулирования, позволяющие более широкому кругу профессионалов помогать людям с их правовыми проблемами - не только юристы, как это происходит в США - люди явно менее склонны накапливать свои правовые проблемы или ничего не делать, если такие проблемы возникают. Данный момент важен: игнорировать правовую проблему - с большой вероятностью означает усугубить ее и породить еще больше проблем. Более того, и игнорирование правовых проблем, и спотыкание через систему без юридической помощи подрывает нашу веру в то, что сложные правовые правила и права, которые мы создали выполняют цели, для выполнения которых они были созданы".
На настоящее время даже американские суды, регуляторы американской адвокатуры, откровенно признают наличие "пропасти правосудия", когда большинство населения США, включая уже и средний класс, не могут себе позволить юридическую помощь.
И тем не менее, немногие американские профессора права, изучающие "неразрешенную практику права" - наиболее выдающимися из них являются профессора Quintin Johnstone (ныне почивший) и Deborah Rhodes (ныне здравствующая, бывший федеральный прокурор) - дружно отмечают, что чисто статистически, подавляющее большинство жалоб на "неразрешенную практику права" поступает от самих адвокатов, то есть это жалобы на конкурентов с просьбой их подавления, несмотря на то, что поставщиков юридической помощи для всех слоев населения США катастрофически не хватает, и что большинство лицензированных адвокатов США на бедных и даже средний класс не работают, а работают на большие корпорации.
Учитывая,что ЧТО такое "практика права", в законе не определено, уголовному наказанию "неразрешенная практика права" подлежать не может - как всякое уголовное преступление, данное преступление должно быть доказано в суде присяжных по стандарту "вне всяких разумных сомнений". В то же время нет никаких разумных сомнений - не только у присяжных, но и у суда, адвоката и прокурора, что никто не знает, что такое "практика права", основной элемент предполагаемого преступления, таким образом, такое "преступление" недоказуемо ни по какому стандарту.
Тем не менее, адвокатура США, охваченная страхом потерять лицензию, если пикнет о неконституционности самой системы лицензирования адвокатов, молчит и исков особо после Тернер против ABA не подает. Потребители подают такие иски, но суды их быстро гасят. Потому как дело решено на самом высоком уровне, ВС США ясно проявил свою волю через Тернер против ABA, у ВС США есть своя "адвокатская монополия" - отдельная адвокатская корпорация, так что ожидать со стороны ВС США, что суд "выстрелит себе в ногу" и лишит себя власти по крайней мере наивно, и то же можно сказать и о судах других юрисдикций США, регулирующих адвокатуру.
Но вот в 2017 году ABA стала жаловаться, что прокуроры (сами являясь обладателями стандартной лицензии на "практику права", как и все остальные юристы, и судьи в США) обнаглели и перестали ловить мышей.
Перестали так уж охотно возбуждать уголовные дела на тему "неразрешенной практики права".
Вот что об этом писала ABA в 2017 году:
Перевод:
"Не так давно, по воспоминаниями Джорджа Брауна, исполнительного директора государственной адвокатской корпорации штата Висконсин, корпорация обнаружила, что "адвокат", который без проблем практиковал в штате в течение 5 лет, никогда не сдавал лицензионный экзамен.
Корпорация попросила местного прокурора возбудить против этого человека уголовное дело за неразрешенную практику права, в нарушение законодательства штата. Однако, прокурор ответил, что сделает это только в случае, если будет доказано, что действия этого человека нанесли вред, сказал Браун.
Последующие беседы с его клиентами выявили, что все клиенты довольны его работой. Уголовное дело так и не было возбуждено.
Я был невероятно обескуражен, говорит Браун. Это как раз одно из дел, от которых члены корпорации только руками разводят от отвращения. Они очень резко настроены против неразрешенной практики права. Практиковать право и так достаточно тяжело, без того, чтобы иметь дело с людьми, которые не должны практиковать".
Просуммируем, что произошло.
Человек предоставлял клиентам юридические услуги.
Клиенты довольны, никто не пострадал.
Недовольны конкуренты этого человека, которым нужно, чтобы он практиковал только с их разрешения.
Они пролоббировали себе неконституционный закон и хотят, чтобы его применяли в уголовном суде, чтобы прокурор возбудил для них против конкурента уголовное дело.
А прокурор не хочет.
Требует, чтобы ему показали, какой вред конкурент причинил клиентам - а клиенты счастливы и вреда нет, соответственно, и уголовного дела нет.
И адвокаты-конкуренты нелицензированного поставщика юридических услуг - разгневаны тем, что кто-то осмелился предоставлять ХОРОШИЕ, качественные юридические услуги, которые нравятся клиентам, и что за эти ХОРОШИЕ, качественные услуги, прокуратура отказывается уголовно наказывать этого конкурента.
Вот такая благородная профессия и такая история.
Есть в теории уголовного права два параметра, каким образом действия людей определяются как преступления.
Первый - malum per se - абсолютное зло. Убил, ограбил, поджег дом, изнасиловал.
Второй - malum prohibitum - зло запрещенное. То, что запрещает закон.
Адвокаты - эксперты права - придумали еще одну категорию, как об этом свидетельствует раздражение господина Брауна, исполнительного директора государственной адвокатской корпорации штата Висконсин (кстати, суд штата Висконсин инкорпорировал эту адвокатскую корпорацию прямо в себя, сделав ее своей частью и "рукой", таким образом в дисциплинарных процессах суд выступает во всех трех ипостасях сразу - законодательной, правила пишет, исполнительной и судебной).
Я называю эту категорию bonum prohibitum - запрещенное добро.
Вреда нет, клиенты счастливы, но конкуренты несчастливы, стало быть, нужно запретить.
История раздражения господина Брауна и ABA по поводу bonum prohibitum имеет продолжение - уже в России.
Какое - расскажу в следующем блоге.
#ВремяПлатитьПоСчетамДанайцев. Талантов и его стандарты. Как из щита куют меч.
Кто за девушку платит, тот девушку и танцует - очень древний принцип.
И, когда принимаешь чье-то спонсорство, должен быть готов к моменту, когда от тебя попросят платить по счетам - или оказать взаимную услугу спонсору.
Причем услуга спонсору может оказываться в таких выражениях, что, если не смотреть под микроскопом, то комар носа не подточит, вроде все делается для благих целей.
Если не знать предыстории спонсора, как спонсор работает, какими приемами пользуется.
Если не знаешь - кажется, что все чинно, мирно и благородно, и даже в защиту чьих-то прав.
Если не знать предыстории спонсора, как спонсор работает, какими приемами пользуется.
Если не знаешь - кажется, что все чинно, мирно и благородно, и даже в защиту чьих-то прав.
Когда я писала о спонсорстве Пражского клуба со стороны ABA/СEELI/USAID, меня беспокоило именно это.
Лицемерие спонсора, история деятельности спонсора, и весьма нетеоретическая вероятность, что в скором будущем спонсор отзовет долговые расписки.
Лицемерие спонсора, история деятельности спонсора, и весьма нетеоретическая вероятность, что в скором будущем спонсор отзовет долговые расписки.
Насколько я могла судить в результате просмотра документов к сессиям и видео самих сессий Пражского клуба в этом месяце в Праге, пора платить по счетам данайцев уже пришла.
Например, ABA (корпорация штата Иллинойс с тайным, включая иностранное, членством), отличается в США тем, что заменяет своими указаниями (стандартами, "эталонными правилами"), законы всех юрисдикций всей страны:
- как вести себя адвокатам:
- в уголовном и гражданском процессе,
- в публичных выступлениях и
- в личной жизни
- как вести себя судьям.
Делает это ABA, как показывают ссылки выше, через некие "эталонные правила" (Model Rules), которые потом ABA, суды и адвокаты считают чуть не обязательными для применения - ВМЕСТО закона и ВМЕСТО Конституции США.
Та же тенденция наметилась и в российской адвокатуре - и проталкивает ее Пражский клуб, включая одного из его членов, одного "лидеров мнений" в российской адвокатуре, харизматичного и активно продвигающего себя, своего сына, своих друзей, свою палату и "принципы корпоративности" президента адвокатской палаты Республики Удмуртия Дмитрия Талантова.
Я не знаю, ведает ли Дмитрий Талантов, что он на самом деле творит, в курсе ли он того, как работает у его спонсоров то, что он предлагает или ему просто нравится идея предоставления самому себе как президенту региональной адвокатской палаты "права" создания неких "стандартов" работы адвокатов чисто для самопродвижения, без каких-либо задних мыслей о помощи спонсору.
Но что бы Талантов ни думал при том, что он говорил на только что прошедшей в Праге встрече Пражского клуба, а помогал-то он именно спонсору, и тенденции в его речах прослеживаются те же, что и в работе спонсора Пражского клуба, Американской ассоциации адвокатов.
Но что бы Талантов ни думал при том, что он говорил на только что прошедшей в Праге встрече Пражского клуба, а помогал-то он именно спонсору, и тенденции в его речах прослеживаются те же, что и в работе спонсора Пражского клуба, Американской ассоциации адвокатов.
Вот что сказал Дмитрий Талантов на недавнем заседании Пражского клуба, здесь
и здесь
Первый видео-отрывок:
"...как защищать и свои профессиональные права, и права доверителей, каким образом это можно делать.
Тут у нас и механизмов-то у нас не так много в этом общем взгляде на проблему.
Мы в свое время принимали в Удмуртии резолюции о недопустимости тех обычаев, которые сложились в уголовном судопроизводстве.
Сказать, что это ничего и никогда не дает?
Нет, отнюдь.
Приехала даже целая комиссия из Верховного суда, так сказать, посмотреть на существующую у нас в Республике практику, наверное, это каким-то образом повлияло.
Но вот что мы, действительно, можем делать - это создавать какое-то внутрикорпоративное регулирование, которое будет давать опору нашим адвокатам, опору, чтобы действовать, не бояться, ссылаться на мнение корпоративных органов, органов адвокатского самоуправления, и не бояться быть привлеченным к какой-то ответственности или хотя бы минимизировать таковую ответственность.
Я о чем - это, например, стандарты уголовной защиты.
Ну, не получилось, то, что я пытался на федеральном уровне ФПА продвигать по стандарту уголовного судопроизводства
- ну, не получился и не получился.
Мы, например, у себя адаптировали в Республике в рекомендациях по уголовному судопроизводству.
Чем это документ полезен?
Он дает нашим адвокатам, мне так кажется, более-менее уверенность, что при определенном алгоритме действий и когда не будет сугубых каких-то уже, так сказать, безобразий с адвокатской стороны, дает возможность на защиту и дает возможность делать ссылку на соответствующие решения адвокатской палаты.
Например, мы документ очень серьезный, по-моему, прописали по поводу дел по статье 217-й УПК РФ.
Его уже, более того, его уже суды иногда начинают применять и говорят - вот, адвокатское сообщество смотрит примерно так на вопросы изучения. Что изучение - это не механическое чтение, не фотографирование, это и формирование позиции, и так далее, и так далее, и так далее."
Второй видео-отрывок:
"...Пражский клуб - он неоценимую поддержку на самом деле оказывает субъектам адвокатских палат по регионам, да? Когда некие модельные... модельные отношения выстраивает, мы с удовольствием мы лично используем...".
Вроде все благочинно - защита прав, что может быть в этом плохого?
Но есть в предложениях Талантова проблемы. Большие, с моей точки зрения.
Проблема № 1 - юрист, адвокат и руководитель региональной адвокатуры предлагает внесудебное решение проблемы в случае нарушения прав
Заметьте, что адвокатская монополия в уголовном суде была навязана российскому населению под предлогом, что адвокаты ЛУЧШЕ всех других поставщиков юридических услуг - юристов и неюристов, заявление, пролоббированное адвокатами в собственных финансовых интересах и ничем эмпирически не подтвержденное.
Однако, юрист, адвокат и президент адвокатской палаты Дмитрий Талантов, лучший из лучших предположительно, видит решение проблем нарушения прав доверителей и адвокатов судами не в судебном же решении этих проблем - жалоба в КС далее в ЕСПЧ - а в "корпоративном" законотворчестве, на которое палаты права по Конституции России не имеют, во внесудебном решении проблемы, для повышения престижа корпорации в глазах судебной власти.
Таким образом, суды, нарушающие и права адвокатов, и права "доверителей", адвокатами не критикуются, а, наоборот, адвокатами приглашаются посмотреть на адвокатское корпоративное законотворчество и принять его ВМЕСТО законов и ВМЕСТО конституционных гарантий - то же самое, что делает ABA у себя на родине.
Проблема № 2 - юрист, адвокат и руководитель региональной адвокатуры предлагает замену неясной статьи 217 УПК собственным толкованием в качестве метода законотворчества и правоприменения
Недавно Санкт-Петербуржский адвокат Владимир Марков, тоже, насколько я понимаю, член руководства палаты - только другого региона - упомянул решение ЕСПЧ от 1979 годика о необходимости внятности закона.
«Норма не может считаться «законом», если она не сформулирована с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину сообразовывать с ней свое поведение: он должен иметь возможность- пользуясь при необходимости советами-предвидеть, в разумной применительно к обстоятельствам степени, последствия, которые может повлечь за собой данное действие».
(Пост ЕСПЧ 26.04.1979 г. по делу «Санди Таймс против Соединенного Королевства»).
Если статья 217 УПК РФ неясна, с точки зрения юриста, адвоката и президента региональной адвокатуры Дмитрия Талантова, и настолько неточна, что нарушает права подсудимых, необходимо сделать что по Конституции Российской Федерации?
1. Оспорить конституционность статьи 217 УПК РФ в суде, вплоть до ЕСПЧ - прецедент имеется,
2. Обратиться к депутату Госдумы с просьбой об изменении закона, для приведения его в соответствии с конституционными правами подсудимых, с правом на квалифицированную юридическую помощь, ст. 48 Конституции РФ.
Дмитрий Талантов не предлагает ни того, ни другого.
Вместо этого, он радостно сообщает, что уже переписал статью 217 УПК РФ, как ему кажется более правильным и считает, что его "рекомендациям", "корпоративному регулированию", должны следовать адвокаты и суды - вместо реального текста статьи 217 УПК РФ.
Проблема № 3. Корпоративные стандарты, предлагаемые как щит, будут использованы как дисциплинарный меч против адвокатов
"Но вот что мы, действительно, можем делать - это создавать какое-то внутрикорпоративное регулирование, которое будет давать опору нашим адвокатам, опору, чтобы действовать, не бояться, ссылаться на мнение корпоративных органов, органов адвокатского самоуправления, и не бояться быть привлеченным к какой-то ответственности или хотя бы минимизировать таковую ответственность."
Корпоративные стандарты, как вести уголовный процесс, предлагаются, как щит для адвоката.
Но совершенно четко просматривается угроза использовать те же стандарты как меч против адвоката, а через адвоката, против подсудимых - и так это уже и используется.
К какой "какой-то" ответственности можно не бояться быть привлеченным адвокату, если он будет следовать стандартам ведения уголовной защиты, установленным палатой?
Конечно, дисциплинарной ответственности.
Потому что "корпоративное регулирование" палаты, ее "стандарты" и "рекомендации" не имеют силы закона и для судов не обязательны, так что единственного вида "ответственности", которого нужно бояться адвокату, если он не будет следовать стандартам палаты - это мести самой палаты, через дисциплинарное производство.
Конечно, адвокат может спросить - Талантов, Вы кто такой, чтобы мне, профессионалу, диктовать какие-то "стандарты", "алгоритмы" работы, ведения уникального в каждом случае уголовного дела?
Первый видео-отрывок:
"...как защищать и свои профессиональные права, и права доверителей, каким образом это можно делать.
Тут у нас и механизмов-то у нас не так много в этом общем взгляде на проблему.
Мы в свое время принимали в Удмуртии резолюции о недопустимости тех обычаев, которые сложились в уголовном судопроизводстве.
Сказать, что это ничего и никогда не дает?
Нет, отнюдь.
Приехала даже целая комиссия из Верховного суда, так сказать, посмотреть на существующую у нас в Республике практику, наверное, это каким-то образом повлияло.
Но вот что мы, действительно, можем делать - это создавать какое-то внутрикорпоративное регулирование, которое будет давать опору нашим адвокатам, опору, чтобы действовать, не бояться, ссылаться на мнение корпоративных органов, органов адвокатского самоуправления, и не бояться быть привлеченным к какой-то ответственности или хотя бы минимизировать таковую ответственность.
Я о чем - это, например, стандарты уголовной защиты.
Ну, не получилось, то, что я пытался на федеральном уровне ФПА продвигать по стандарту уголовного судопроизводства
- ну, не получился и не получился.
Мы, например, у себя адаптировали в Республике в рекомендациях по уголовному судопроизводству.
Чем это документ полезен?
Он дает нашим адвокатам, мне так кажется, более-менее уверенность, что при определенном алгоритме действий и когда не будет сугубых каких-то уже, так сказать, безобразий с адвокатской стороны, дает возможность на защиту и дает возможность делать ссылку на соответствующие решения адвокатской палаты.
Например, мы документ очень серьезный, по-моему, прописали по поводу дел по статье 217-й УПК РФ.
Его уже, более того, его уже суды иногда начинают применять и говорят - вот, адвокатское сообщество смотрит примерно так на вопросы изучения. Что изучение - это не механическое чтение, не фотографирование, это и формирование позиции, и так далее, и так далее, и так далее."
Второй видео-отрывок:
"...Пражский клуб - он неоценимую поддержку на самом деле оказывает субъектам адвокатских палат по регионам, да? Когда некие модельные... модельные отношения выстраивает, мы с удовольствием мы лично используем...".
Вроде все благочинно - защита прав, что может быть в этом плохого?
Но есть в предложениях Талантова проблемы. Большие, с моей точки зрения.
Проблема № 1 - юрист, адвокат и руководитель региональной адвокатуры предлагает внесудебное решение проблемы в случае нарушения прав
Заметьте, что адвокатская монополия в уголовном суде была навязана российскому населению под предлогом, что адвокаты ЛУЧШЕ всех других поставщиков юридических услуг - юристов и неюристов, заявление, пролоббированное адвокатами в собственных финансовых интересах и ничем эмпирически не подтвержденное.
Однако, юрист, адвокат и президент адвокатской палаты Дмитрий Талантов, лучший из лучших предположительно, видит решение проблем нарушения прав доверителей и адвокатов судами не в судебном же решении этих проблем - жалоба в КС далее в ЕСПЧ - а в "корпоративном" законотворчестве, на которое палаты права по Конституции России не имеют, во внесудебном решении проблемы, для повышения престижа корпорации в глазах судебной власти.
Таким образом, суды, нарушающие и права адвокатов, и права "доверителей", адвокатами не критикуются, а, наоборот, адвокатами приглашаются посмотреть на адвокатское корпоративное законотворчество и принять его ВМЕСТО законов и ВМЕСТО конституционных гарантий - то же самое, что делает ABA у себя на родине.
Проблема № 2 - юрист, адвокат и руководитель региональной адвокатуры предлагает замену неясной статьи 217 УПК собственным толкованием в качестве метода законотворчества и правоприменения
Недавно Санкт-Петербуржский адвокат Владимир Марков, тоже, насколько я понимаю, член руководства палаты - только другого региона - упомянул решение ЕСПЧ от 1979 годика о необходимости внятности закона.
«Норма не может считаться «законом», если она не сформулирована с достаточной степенью точности, позволяющей гражданину сообразовывать с ней свое поведение: он должен иметь возможность- пользуясь при необходимости советами-предвидеть, в разумной применительно к обстоятельствам степени, последствия, которые может повлечь за собой данное действие».
(Пост ЕСПЧ 26.04.1979 г. по делу «Санди Таймс против Соединенного Королевства»).
Если статья 217 УПК РФ неясна, с точки зрения юриста, адвоката и президента региональной адвокатуры Дмитрия Талантова, и настолько неточна, что нарушает права подсудимых, необходимо сделать что по Конституции Российской Федерации?
1. Оспорить конституционность статьи 217 УПК РФ в суде, вплоть до ЕСПЧ - прецедент имеется,
2. Обратиться к депутату Госдумы с просьбой об изменении закона, для приведения его в соответствии с конституционными правами подсудимых, с правом на квалифицированную юридическую помощь, ст. 48 Конституции РФ.
Дмитрий Талантов не предлагает ни того, ни другого.
Вместо этого, он радостно сообщает, что уже переписал статью 217 УПК РФ, как ему кажется более правильным и считает, что его "рекомендациям", "корпоративному регулированию", должны следовать адвокаты и суды - вместо реального текста статьи 217 УПК РФ.
Проблема № 3. Корпоративные стандарты, предлагаемые как щит, будут использованы как дисциплинарный меч против адвокатов
"Но вот что мы, действительно, можем делать - это создавать какое-то внутрикорпоративное регулирование, которое будет давать опору нашим адвокатам, опору, чтобы действовать, не бояться, ссылаться на мнение корпоративных органов, органов адвокатского самоуправления, и не бояться быть привлеченным к какой-то ответственности или хотя бы минимизировать таковую ответственность."
Корпоративные стандарты, как вести уголовный процесс, предлагаются, как щит для адвоката.
Но совершенно четко просматривается угроза использовать те же стандарты как меч против адвоката, а через адвоката, против подсудимых - и так это уже и используется.
К какой "какой-то" ответственности можно не бояться быть привлеченным адвокату, если он будет следовать стандартам ведения уголовной защиты, установленным палатой?
Конечно, дисциплинарной ответственности.
Потому что "корпоративное регулирование" палаты, ее "стандарты" и "рекомендации" не имеют силы закона и для судов не обязательны, так что единственного вида "ответственности", которого нужно бояться адвокату, если он не будет следовать стандартам палаты - это мести самой палаты, через дисциплинарное производство.
Конечно, адвокат может спросить - Талантов, Вы кто такой, чтобы мне, профессионалу, диктовать какие-то "стандарты", "алгоритмы" работы, ведения уникального в каждом случае уголовного дела?
И мягко меня, профессионала, предупреждать, что мне можно "не бояться какой-то ответственности" - но только если я этим стандартам палаты буду следовать? А если не буду, то тогда нужно бояться.
Почему вообще должны существовать какие-то "стандарты" ведения уголовного дела?
По какому праву палаты берут на себя функцию контроля и изобретения шаблонов и "алгоритмов" (с), как адвокату работать в конкретном деле для конкретного клиента - причем с весьма неаккуратно завуалированной угрозой: если не будешь следовать "алгоритмов", нужно тебе "бояться какой-то ответственности"?
Причем, в квалификационных комиссиях адвокатских палат, изобретающих эти алгоритмы, стандарты и шаблоны, сидят представители всех трех ветвей власти, включая суды и включая фактических оппонентов адвокатов в судах - Минюст, что делает изобретение прокурором стандартов работы адвоката, без соблюдения которых адвокату "нужно бояться", совершенно сюрреалистичным идиотизмом.
Эту тропинку ABA уже протоптала у себя в стране.
Начинали "за профессионализм" и "стандарты" а закончили - абсолютной монополией, запретом на профессию для критиков регуляторов этой монополии и жесточайшим кризисом правосудия для населения.
Но методика отработана - изобретаешь "стандарты", предлагаешь и вводишь их под благовидным предлогом, для защиты чьих-нибудь "прав".
Когда введешь, можно требовать соблюдения этих стандартов как законов и карать за несоблюдение лишением профессии.
И теперь ту же тропинку та же ABA, руками и ногами харизматичных лидеров адвокатуры, под дудку "продвижения демократии" и "защиты прав адвокатов и доверителей" - протаптывает и для России.
Когда щит обернется мечом, а растущий прыщ ограниченной адвокатской монополией - гангреной монополии абсолютной, с ее запретом на профессию и общенациональным жестоким кризисом доступа к правосудию, уже будет поздно.
Сейчас еще есть время процесс остановить.
ABA поднимает ставки - уже нанимают координатора по России, из членов Пражского клуба.
Сегодняшний пост Дженнифер Гаспар, директора по стратегическому развитию/оcобым проектам ABA/СEELI.
Уже не стесняются.
Что самое интересное - возобновляя должность куратора по России - каковым раньше был матерый... волк, скажем так, и бизнес-партнер американских судей Глеб Глинка, муж "доктора Лизы",
(ABA стерла эту страничку, но информация осталась в поисковике)
ABA/USAID несколько снизило планку квалификации для "юридического координатора" по России.
Адвокату Кириллу Маментьеву, пошутившему о своем недостаточном знании английского языка, Дженнивер Гаспар ответила, что у него избыточная квалификация для этой должности.
Интересно, интересно, кого выберут для этого замечательного поста.
А пока - просто для информации - вот что пишет о своем интервью с Глебом Глинкой, директором программы "Верховенство закона" ABA в Москве в публикации William and Mary Law School, студентка этой школы права Мария Калинина (фото укрупнила, может, кто узнает девушка, "чьих" она):
Перевод:
"Родившись в России и желая использовать мои знания языка и культуры в карьере юриста, я очень обрадовалась получить возможность поработать стажером в Инициативе "Верховенство закона" Американской ассоциации адвокатов (ABA ROLI) в Москве, летом 2009 года.
ABA ROLI работает в Москве с 1992 года и финансируется Агентством США по международному развитию (US AID).
С самого начала своей работы в России, ABA приложила много усилий для возвращения судов присяжных, написании нового Уголовно-процессуального кодекса, основании программ по практическому обучению юристов, введению программ обучения для общественных защитников, чтобы помочь им в их работе с жертвами домашнего насилия, и поддерживала введение профессиональных кодексов этики для судей и юристов.
В ходе моего интервью по Скайпу с Глебом Глинкой, директора ABA ROLI в стране, мне был предложен шанс помочь их усилиям и самой выбрать программу, где я буду работать. В настоящее время у ABA ROLI есть программы в России по противодействию коррупции и общественному контролю за действиями государственных чиновников; реформы уголовного законодательства и противодействию торговле людьми; судебной реформой; реформой юридической профессии; и по правам женщин.
В качестве стажера ABA ROLI я буду помогать во внедрении этих инициатив, призванных принести правосудие гражданам, в настоящее время не защищенным их собственным правительством и правовой системой. Я принесу с собой уникальную перспективу гражданина и будущего адвоката США и бывшей гражданки России, поддерживающей тесные связи со своей бывшей страной. Я надеюсь, что этот опыт поможет мне лучше понять правовую систему России и подтолкнет других студентов пройти эту же стажировку."
1992 - тот же год, когда был основан "институт" (отделение ABA) СEELI в Праге, под эгидой и при спонсорстве которого работает "Пражский клуб", откуда ABA и пытается завербовать (зачеркнуть) нанять следующего куратора по России.
Давайте посмотрим еще раз, какие программы ABA проводила в России с 1992 года:
- возвращение судов присяжных,
- написание (!) нового Уголовно-процессуального кодекса,
- основание программ по практическому обучению юристов,
- введение программ обучения для общественных защитников, чтобы помочь им в их работе с жертвами домашнего насилия, и
- введение профессиональных кодексов этики для судей и для юристов.
Для адвокатов уже ввели, для юристов пытаются - сгоняя их в адвокатуру.
Заметим, что Федеральный закон об адвокатуре был написан под диктовку ABA всего за 10 лет ее работы в России.
Поэтому когда российские адвокаты рассказывают о традициях "русской", или "российской адвокатуры" - так вот же нет.
Традиции, насаждаемые через Закон об адвокатуре и всевозможные его расширения растут совсем с другого континента.
Возвращаемся к найму ABA нового координатора по России - из числа членов спонсируемого ABA/USAID Пражского клуба.
Интересные сов.падения, Вы не находите?
16-17 февраля Дженнифер Гаспар проводит в Праге ударные сессии Пражского клуба.
Тут же по окончании этих сессий, медиа-ресурс Пражского клуба "Голос адвоката" и различные участники Пражского клуба начинают бешеную рекламную компанию конференции "Демократизация адвокатуры - веление времени".
23 февраля Дженнифер Гаспар объявляет о найме юридического координатора по России.
ABA больше не устраивает черепаший шаг ФПА и Минюста в продвижении абсолютной адвокатской монополии на российском рынке, и она начинает предпринимать агрессивные шаги по альтернативным способом ее же введения.
Действуя своими обычными маневрами, включая подкуп нужных "лидеров мнений" и использования их как рупор программ ABA - естественно, под благовидными предлогами.
Что-то еще будет.
Возвращаемся к найму ABA нового координатора по России - из числа членов спонсируемого ABA/USAID Пражского клуба.
Интересные сов.падения, Вы не находите?
16-17 февраля Дженнифер Гаспар проводит в Праге ударные сессии Пражского клуба.
Тут же по окончании этих сессий, медиа-ресурс Пражского клуба "Голос адвоката" и различные участники Пражского клуба начинают бешеную рекламную компанию конференции "Демократизация адвокатуры - веление времени".
23 февраля Дженнифер Гаспар объявляет о найме юридического координатора по России.
ABA больше не устраивает черепаший шаг ФПА и Минюста в продвижении абсолютной адвокатской монополии на российском рынке, и она начинает предпринимать агрессивные шаги по альтернативным способом ее же введения.
Действуя своими обычными маневрами, включая подкуп нужных "лидеров мнений" и использования их как рупор программ ABA - естественно, под благовидными предлогами.
Что-то еще будет.
Дмитрий Талантов: "адвокатура как вещь в себе не существует, адвокатура существует только для своих доверителей". Сказки продолжаются.
Это Дмитрий Талантов, говорит речь (одну из) на последнем заседании Пражского Клуба, в Праге:
"Адвокатуры как вещи в себе не существует, адвокатура существует лишь для своих доверителей, вот это основная мысль, которую я хотел бы сегодня провести. Соответственно, и права адвоката - это те правовые возможности, которые гарантируются законом и которые позволяют оказывать эффективную юридическую помощь".
То есть, когда Вы слышите об "интересах корпорации" - это на самом деле говорят об "интересах доверителей".
В том числе в тех случаях, когда
- ограничивают выбор "доверителей" только самими собой - и таким образом вздувают цены на собственные услуги,
- лишают, без ведома и согласия "доверителей", адвокатов, выбранных "доверителями", адвокатского статуса, в том числе по указке суда или Минюста - и выводят их из процесса.
Вы слушайте Талантова, слушайте.
Он Вам еще не таких сказок нарассказывает.
Например, про "демократизацию адвокатуры как веление времени".
Заметим, кстати, что соратник Талантова Юрий Костанов - со-делегат (вместе с дочкой Анастасией) на грядущем 2 марта форуме на тему "Демократизация адвокатуры - веление времени", придерживается другого взгляда на "ПОЗВОЛЯЮТ оказывать эффективную юридическую помощь".
С точки зрения Костанова, статья 48 Конституции России "позволяет" - но только не адвокатам, а гражданам, и не в плане разрешительном, а в плане как раз ограничительном.
Так что вернемся к Талантову:
"Адвокатуры как вещи в себе не существует, адвокатура существует лишь для своих доверителей, вот это основная мысль, которую я хотел бы сегодня провести. Соответственно, и права адвоката - это те правовые возможности, которые гарантируются законом и которые позволяют оказывать эффективную юридическую помощь".
А теперь опять к Костанову:
"Нужно помнить, что по Конституции люди имеют право не на любую юридическую помощь, а на квалифицированную юридическую помощь".
Так на что имеют право люди?
Толкуйте, детки, о демократизации адвокатуры, толкуйте.
Как это говорят у меня в Америках, апдейт: реакция Дмитрия Талантова на данную статью, не поленился в двух группах свою такую интересную реакцию выразить. Этика, КПЭА, критика коллег и т.д.
Это в группе "Мы против такой адвокатуры" Валентина Куклина.
Как это говорят у меня в Америках, апдейт: реакция Дмитрия Талантова на данную статью, не поленился в двух группах свою такую интересную реакцию выразить. Этика, КПЭА, критика коллег и т.д.
Это в группе "Мы против такой адвокатуры" Валентина Куклина.
А это - в моей группе "Против мошенничество в регулировании юридического рынка России"
О чем говорит хамская реакция Талантова на размещение цитат из него самого, с комментариями?
Friday, February 22, 2019
#РоссийскаяАдвокатураВКартинках. Можно ли поручать частной корпорации, сращенной с государством и получающей от государства привилегии взамен на некую деятельность, защиту граждан от государства - и от членов самой корпорации.
Имеющий глаза да увидит.
В данной диаграмме я попыталась представить
неразрешимые конфликты интереса в наделении адвокатской корпорации функцией защитника прав граждан от самих себя, вместе с функцией защитника себя от граждан и попытках монополистического захвата и раздела рынка, необоснованного подавления конкурентов, необоснованной рекламы исключительного качества своих услуг, манипулирования терминологией для лишения потребителей права жалоб в те же инстанции, что и на других поставщиков юридических услуг и т.д.
Другими словами, адвокатская корпорация, в ее нынешнем виде и при ее нынешних действиях имеет все признаки хорошо сращенной с государственной машиной организованной преступной группировки.
Защитой прав граждан, особенно от самих себя (зачем адвокатура, собственно, и была создана - по декларациям ее отцов-основателей) или институтом гражданского общества, что бы ни было написано об этом на заборе или в пролоббированном этой ОПГ Федеральном законе об адвокатуре, эта ОПГ заниматься не может.
И попытки "демократизации" этой ОПГ, но с сохранением "принципа корпоративности" и добытых корпорацией на сей день для себя привилегий, природы этой ОПГ как ОПГ не изменят.
Subscribe to:
Posts (Atom)